Wikitranslators - Вклад участника [ru]

Каноническое право Римско-католической церкви/Глава 1 Возникновение канонического права

2019-08-17T02:58:57Z

Dimetr: /* Христос и его отношение к системе права */

{{header-ru
| title = [[Каноническое право Римско-католической церкви|«Каноническое право Римско-католической церкви»]]
| section = '''Глава 1. Возникновение канонического права'''
| author = Dmitry Zeus
| previous =
| next = [[Право Римско-католической церкви/Организация католической церкви и органы церковного управления|Организация католической церкви и органы церковного управления]] →
}}

== У истоков новой религии ==

=== Христос и его отношение к системе права ===
{| width="260px" align="right"
|
{| width="250px" border=0 style="text-align:center; background:#7fc7ff"
|-
| [[Файл:20110415152314!Tizian 014.jpg|250px]]
|-
| Тициан. Динарий кесаря, 1516 г.
|}
|}
Мы не будем останавливаться на вопросе об историчности основателя христианства, тем более, что вопрос этот служит предметом бесконечных дискуссий уже в течение без малого двух веков, а конца этим дискуссиям по-прежнему не видно.

Отметим лишь — на правах частного мнения — что у Христа, каким он предстает перед нами в канонических и «запретных» апокрифических Евангелиях, скорее всего, был некий человеческий прототип, оставивший в памяти своих современников неизгладимый след. В дальнейшем на эту основу ложились все новые и новые наслоения, в том числе откровенно сказочные и мифологические; как метко было замечено уже в XXI веке — последователи христианства слышали в проповедях новой религии, «то, что каждый из них желал услышать». В самом деле, для времен Древнего Мира нам известны десятки случаев обожествления тех или иных людей (правителей, мудрецов…) но история не сохранила ни единого, достоверно доказанного случая, «очеловечивания» изначально мифологического образа. Уже это заставляет задуматься; кроме того весьма убедительно звучит довод польского исследователя Зенона Косидовского касательно того, что при жизни Христа подобные ему бродячие учители и проповедники были далеко не редкостью, а порой своей громкой славой даже затмевали скромного мудреца из Галилеи. Обращает также на себя внимание множество деталей, не имеющих вероучительного значения, зато говорящих о реальной политической обстановке и быте того времени, которые некому и незачем было насильственно втискивать в евангелический текст. К таковым относится галилейское происхождение вероучителя; несмотря на то, что мессия и потомок Давида в согласии с ветхозаветными пророчествами должен был обязательно родиться в Вифлееме Иудейском. Посему, как нам известно, составители Евангелий вынуждены были проявить немалую сообразительность, чтобы в нужный момент «переместить» туда Святое Семейство, причем решили эту проблемы кардинально различными способами.

В Евангелиях заметны также смутные, но достаточно заметные для глаза профессионала намеки на тогдашние политические реалии, в частности партию [[ru.wp:Зелоты|зелотов]], пытавшуюся противостоять римскому владычеству с помощью насилия и террора. Имя Симона Зелота носит один из двенадцати апостолов — кому и зачем было вставлять в Евангелие эту совершенно ненужную с точки зрения канона, и пожалуй, небезопасную информацию, также непонятно.

Однако, отвлечемся от этого вопроса, для того чтобы перейти к непосредственному предмету данного исследования: праву новорожденной в те времена проповеди новой религии. Итак, во времена евангельского Христа, в Иудее господствовали сразу две правовых системы: римская (по праву завоевания), в первую очередь политической и уголовной отрасли права, и гражданско-религиозная, по-прежнему принадлежавшая еврейскому суду.

Исследователями как прежних, так и нынешних времен, давно была замечена любопытная особенность: особая атмосфера «идиллии» и определенной оторванности от реальной повседневности, царящая в Евангелиях. Также в полном соответствии с этим, Христос не проявляет ни малейшего интереса к политической системе Иудеи или к аспектам римского права. Единственным небольшим исключением, и то, навязанным Мессии с явно провокационной целью, служит вопрос о «денарии кесаря» — то есть о правомерности уплаты податей римскому императору, на то Христос находчиво отвечает фразой, эхо которой продолжает звучать в веках: ''Воздайте Богу богово, а кесарю — кесарево'' (к чему апокрифические писания добавляют также «''а мое отдайте мне''»). Причина подобного безразличия хорошо известна, и множество раз описана в научной литературе: как представитель своего времени и своей страны, Иисус бен Иосиф пребывал в русле тогдашних религиозных представлений, сводящихся к тому, что время, отпущенное грешному и нечестивому земному миру приближается к концу, грядет Страшный Суд и наступление Царства Господня (''Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем'' (Мф. 16:28)); с подобным учением также был согласен Иоанн Креститель и его ученики — причем истоки подобных верований часть современных ученых желает видеть в учении кумранской секты.

При подобном взгляде на вещи, земное, вещественное, обыденное в самом деле теряло всякую ценность, зато на первый план выходили вопросы духовного плана, спасения души перед скорым Судом Господним. Что же предлагалось с точки зрения религиозного права мессией Иисусом?

Опять же, современные исследователи, в частности, Католический Университет г. Нью-Йорка, полагают, что семья плотника Иосифа, по всей видимости, отличалась суровой и ортодоксальной религиозностью, каковую демонстрирует в описании Иосифа Флавия «Иаков, брат Господень», часами стоявший на коленях в Храме, пытаясь вымолить прощения грехов Израиля и Иудеи, отчего «колени его были как у верблюда». По всей видимости, Иосиф и его сыновья принадлежали к фарисейскому крылу иудаизма<ref>Иосиф Флавий утверждает, что ''Фарисеи верят в бессмертие души; за гробом людей ожидает суд и награда за добродетель или возмездие за преступность при жизни; грешники подвергаются вечному заточению, а добродетельные имеют возможность вновь воскреснуть''.</ref>, как то было характерно для низших классов тогдашнего еврейского общества, тогда как священники и знать, как правило, принадлежали к саддукеям («книжникам» в переводах Евангелий на русский язык). Клер Реджио, принадлежащая нью-йоркскому Католическому университету делает парадоксальный вывод, что Иисус был… еврейским консерватором, желавшим «очистить» исконное учение Моисея от позднейших напластований сложной обрядности, привнесенных многочисленными толкователями позднейших времен.

В согласии с пророческой традицией, для Христа имеет значение прежде всего духовно-моральный аспект, добродетель милосердия и прощения, единственная имеющая вес в глазах Божьих, в особенности отношение к «ближнему» — то есть единоверцу, а также подчеркнутый отказ от мирских благ, в частности, богатства и денег.

В глаза также бросается любопытный момент, достаточно живо интересуясь религией как таковой, моральными заповедями и правилами поведения, Христос, каким мы знаем его из Евангелий, не проявляет ни малейшего интереса к вопросам еврейского религиозного права. Единственное упоминание, которое не без труда удается найти в Евангелиях — требование того, чтобы посмевший оскорбить ближнего своего словом «рака» (пустой человек) подлежит [[ru.wp:Синедрион|синедриону]]. Кроме этого, достаточно строгого указания, Христос предпочитает решать юридические и моральные проблемы посредством обращения к совести самих участников событий («кто из вас без греха, пусть первым кинет в нее камень») — о женщине-прелюбодейке, которую приводят к нему для суда.

Посему, сколь можно о том судить, исторический Иисус не собирался внедрять новую веру и устанавливать новую церковь с некими особыми обрядами, молитвами и правовыми аспектами. Из обязательных обрядовых требований, которые должны были отделить «истино верующих» (то есть иудео-христиан) выступали исключительно Крещение и Евхаристия, как своего рода единение человека с Божеством. На этом правовая система основателя новой религии заканчивалась, и следующий шаг сделать предстоит уже его ученикам и последователям.

=== Первая христианская община — Иерусалим времен «Деяний» ===

== От христианской общины до Церкви Христа ==
{| width="260px" align="right"
|
{| width="250px" border=0 style="text-align:center; background:#7fc7ff"
|-
| [[Файл:Christ teacher.jpg|250px]]
|-
| Изображение в катакомбах Св. Домитиллы (ок. 4 в. н. э.)
|}
|}
Христианская община самая первая форма организации христиан. Каждая община объединяла людей, исповедующих новую христианскую веру. Сначала они были немногочисленны, но со временем росло и количество людей в общинах и количество самих общин. Они проводили собрания, читались проповеди.
Объединения людей не были чем-то необычным для того времени. Люди часто объединялись во всякого рода профессиональные и религиозные союзы. Так, уже в I веке начали получать распространение такие формы общественных объединений как коллегии и фиасы. Наиболее известными были коллегии ремесленные, похоронные и религиозные — с целью отправления культа какого-либо божества. В число последних входили коллегии, ставившие целью поклонение различными языческим богам. Особенностью фиасов было наличие патронимикона у её членов.<ref>Культура Древнего Рима</ref>

В объединении, для общих молитв и отправлении религиозных обрядов, нуждались и христиане. Они также создавали свои объединения. Однако христиане не относили себя ни к коллегиям, ни к фиасам. Они называли себя экклесией, хотя языческие авторы и относили их к фиасам. Экклесиями у греков назывались народные собрания — органы местного самоуправления.<ref>И. С. Свенцицкая. Ранее христианство: страницы истории</ref>

Любая общественная организация имеет свою внутреннюю организацию и внутренние правила. Однако, об ранних христианских общинах исторической науке известно крайне мало. Известно, что все члены общины называли друг друга братьями и сёстрами, а внутренняя иерархия отсутствовала. В Откровении Иоанна Богослова — одном из самых ранних текстов формирующейся церкви, мы находим глухие упоминания об «ангеле Сардийской церкви», «ангеле Филадельфийской церкви» и т. д., однако, нам неизвестно, кто были эти ангелы и в чем состояла их роль. С уверенностью можно сказать, что уже в первоначальных христианских общинах существовали определенные разногласия правового характера. Одним из самых известных является «дело Анании и Сапфиры» известное нам по тексту Деяний Апостолов. В соответствии с текстом, в иерусалимскую общину, возглавляемую Св. Петром, где царило строгое правило отказа и объединения имущества, приходят супруги, утаившие часть своего достояния и солгавшие о том апостолу. Опять же, согласно тексту Деяний их судит и карает смертью Святой Дух, после чего верным остается лишь похоронить провинившихся. Смысл этого отрывка вызывает определенные разногласия в среде исследователей, в частности, по мнению польского исследователя З. Косидовского, речь идет о самосуде, осуществленном с благословения руководителей общины.

«Дидахе» (Учение двенадцати), обыкновенно датируемое началом II века н. э. свидетельствует о начавшемся разделении функций между собственно проповедниками (пророками и учителями) с одной стороны, и чисто административными работниками — епископами и дьяконами, осуществлявшими, вероятно, надзор за казной, сбором и распределением средств, а возможно, и связанными с тем правовыми вопросами. Примечательно, что Дидахе наставляет верующих «не презирать» администраторов, специально оговаривая что по рангу они стоят наравне с собственно учителями веры. Дидахе запрещает рядовым верующим «судить» пророков, возлагая эту обязанность непосредственно на Бога; наказание для грешников в среде самой общины состоит в их полном бойкоте вплоть до покаяния — мера, во многом сходная с той, что практиковалась в среде кумранитов.

Также представляется интересным вопрос о наличии в христианских общинах общности имущества и имущественного распределения. Самым известным представлением об обобществлении имущества христиан является иерусалимская община, которая считается первородной христианской общиной. Община описывается в «Деяниях святых апостолов» как идиллическая, где «все же верующие были вместе и имели все общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого.» Однако, возникают некоторые и противоречия. В тех же «Деяниях» говорится «И каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца, хваля Бога и находясь в любви у всего народа». Следовательно, были общинники с домами, тогда возникает вопрос, от какого имущества христиане отказывались в пользу общины, от всего или только от части. Оставив в стороне этот вопрос, как недостаточно проясненный, мы можем, однако, утверждать, опираясь на текст «Деяний», что в иерусалимской общине существовал обычай разделения пищи и одежды между нуждающимися (в частности, среди них упоминаются вдовы). В ответ на жалобы, касательно неупорядоченности и соответственно, злоупотреблений при разделе помощи, апостолы, оставляя за собой чисто богослужебную функцию, соглашаются с тем, чтобы ответственность эту приняли на себя семь выбранных для того людей, во главе со св. Стефаном.

== Крещение Рима: становление христианского государства ==
{| width="260px" align="right"
|
{| width="250px" border=0 style="text-align:center; background:#7fc7ff"
|-
| [[Файл:Constantine I Hagia Sophia.jpg|250px]]
|-
| Константин Великий приносит Город в дар Богородице. Мозаика над входом в Святую Софию
|}
|}
Положение христиан в Риме немного изменилось после Никомидийского эдикта от 311 года, выпущенного императором Галерием. Был снят запрет на совершение ими религиозных обрядов, при условии, что они будут молиться об благополучии императора и республики. Однако, им не было возвращено отнятое римскими властями имущество. В отличие от Никомидийского эдикта Миланский эдикт пошел дальше. Любые формы гонения христиан были запрещены окончательно. Более того, Миланский эдикт лишил язычество статуса официальной религии Империи, что лишало его всех существовавших ранее привилегий.

Можно было бы сказать,что император сделал что-то необычное для того времени. Однако, для римского общества ничего удивительного уже не произошло. К тому времени количество христиан сильно возросло, а язычество уже утратило былую популярность. Императорский пантеон богов был заменен новой религией, которая определит дальнейшую историю всей Европы на следующие полтора тысячи лет — христианством.

Тому способствовало распространение христианства на всей территории Империи, начавшееся ещё со второго века, но сильно поднабравшее силу в третье-четвёртое столетие. Возрастающее влияние христианства пугало римские власти, что подтолкнуло Диоклетиана начать массовые чистки в армии и назначению на высокие государственные должности противников христиан, а затем начать массовые гонения, которые приняли масштабы не известные ранее и вошедшие в историю как великие гонения. Однако, остановить распространение христианства было уже невозможно.

== Примечания ==
{{примечания}}

Каноническое право Римско-католической церкви/Глава 1 Возникновение канонического права

2019-08-17T02:58:30Z

Dimetr: /* Христос и его отношение к системе права */

{{header-ru
| title = [[Каноническое право Римско-католической церкви|«Каноническое право Римско-католической церкви»]]
| section = '''Глава 1. Возникновение канонического права'''
| author = Dmitry Zeus
| previous =
| next = [[Право Римско-католической церкви/Организация католической церкви и органы церковного управления|Организация католической церкви и органы церковного управления]] →
}}

== У истоков новой религии ==

=== Христос и его отношение к системе права ===
{| width="260px" align="right"
|
{| width="250px" border=0 style="text-align:center; background:#7fc7ff"
|-
| [[Файл:20110415152314!Tizian 014.jpg|250px]]
|-
| Тициан. Динарий кесаря
|}
|}
Мы не будем останавливаться на вопросе об историчности основателя христианства, тем более, что вопрос этот служит предметом бесконечных дискуссий уже в течение без малого двух веков, а конца этим дискуссиям по-прежнему не видно.

Отметим лишь — на правах частного мнения — что у Христа, каким он предстает перед нами в канонических и «запретных» апокрифических Евангелиях, скорее всего, был некий человеческий прототип, оставивший в памяти своих современников неизгладимый след. В дальнейшем на эту основу ложились все новые и новые наслоения, в том числе откровенно сказочные и мифологические; как метко было замечено уже в XXI веке — последователи христианства слышали в проповедях новой религии, «то, что каждый из них желал услышать». В самом деле, для времен Древнего Мира нам известны десятки случаев обожествления тех или иных людей (правителей, мудрецов…) но история не сохранила ни единого, достоверно доказанного случая, «очеловечивания» изначально мифологического образа. Уже это заставляет задуматься; кроме того весьма убедительно звучит довод польского исследователя Зенона Косидовского касательно того, что при жизни Христа подобные ему бродячие учители и проповедники были далеко не редкостью, а порой своей громкой славой даже затмевали скромного мудреца из Галилеи. Обращает также на себя внимание множество деталей, не имеющих вероучительного значения, зато говорящих о реальной политической обстановке и быте того времени, которые некому и незачем было насильственно втискивать в евангелический текст. К таковым относится галилейское происхождение вероучителя; несмотря на то, что мессия и потомок Давида в согласии с ветхозаветными пророчествами должен был обязательно родиться в Вифлееме Иудейском. Посему, как нам известно, составители Евангелий вынуждены были проявить немалую сообразительность, чтобы в нужный момент «переместить» туда Святое Семейство, причем решили эту проблемы кардинально различными способами.

В Евангелиях заметны также смутные, но достаточно заметные для глаза профессионала намеки на тогдашние политические реалии, в частности партию [[ru.wp:Зелоты|зелотов]], пытавшуюся противостоять римскому владычеству с помощью насилия и террора. Имя Симона Зелота носит один из двенадцати апостолов — кому и зачем было вставлять в Евангелие эту совершенно ненужную с точки зрения канона, и пожалуй, небезопасную информацию, также непонятно.

Однако, отвлечемся от этого вопроса, для того чтобы перейти к непосредственному предмету данного исследования: праву новорожденной в те времена проповеди новой религии. Итак, во времена евангельского Христа, в Иудее господствовали сразу две правовых системы: римская (по праву завоевания), в первую очередь политической и уголовной отрасли права, и гражданско-религиозная, по-прежнему принадлежавшая еврейскому суду.

Исследователями как прежних, так и нынешних времен, давно была замечена любопытная особенность: особая атмосфера «идиллии» и определенной оторванности от реальной повседневности, царящая в Евангелиях. Также в полном соответствии с этим, Христос не проявляет ни малейшего интереса к политической системе Иудеи или к аспектам римского права. Единственным небольшим исключением, и то, навязанным Мессии с явно провокационной целью, служит вопрос о «денарии кесаря» — то есть о правомерности уплаты податей римскому императору, на то Христос находчиво отвечает фразой, эхо которой продолжает звучать в веках: ''Воздайте Богу богово, а кесарю — кесарево'' (к чему апокрифические писания добавляют также «''а мое отдайте мне''»). Причина подобного безразличия хорошо известна, и множество раз описана в научной литературе: как представитель своего времени и своей страны, Иисус бен Иосиф пребывал в русле тогдашних религиозных представлений, сводящихся к тому, что время, отпущенное грешному и нечестивому земному миру приближается к концу, грядет Страшный Суд и наступление Царства Господня (''Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем'' (Мф. 16:28)); с подобным учением также был согласен Иоанн Креститель и его ученики — причем истоки подобных верований часть современных ученых желает видеть в учении кумранской секты.

При подобном взгляде на вещи, земное, вещественное, обыденное в самом деле теряло всякую ценность, зато на первый план выходили вопросы духовного плана, спасения души перед скорым Судом Господним. Что же предлагалось с точки зрения религиозного права мессией Иисусом?

Опять же, современные исследователи, в частности, Католический Университет г. Нью-Йорка, полагают, что семья плотника Иосифа, по всей видимости, отличалась суровой и ортодоксальной религиозностью, каковую демонстрирует в описании Иосифа Флавия «Иаков, брат Господень», часами стоявший на коленях в Храме, пытаясь вымолить прощения грехов Израиля и Иудеи, отчего «колени его были как у верблюда». По всей видимости, Иосиф и его сыновья принадлежали к фарисейскому крылу иудаизма<ref>Иосиф Флавий утверждает, что ''Фарисеи верят в бессмертие души; за гробом людей ожидает суд и награда за добродетель или возмездие за преступность при жизни; грешники подвергаются вечному заточению, а добродетельные имеют возможность вновь воскреснуть''.</ref>, как то было характерно для низших классов тогдашнего еврейского общества, тогда как священники и знать, как правило, принадлежали к саддукеям («книжникам» в переводах Евангелий на русский язык). Клер Реджио, принадлежащая нью-йоркскому Католическому университету делает парадоксальный вывод, что Иисус был… еврейским консерватором, желавшим «очистить» исконное учение Моисея от позднейших напластований сложной обрядности, привнесенных многочисленными толкователями позднейших времен.

В согласии с пророческой традицией, для Христа имеет значение прежде всего духовно-моральный аспект, добродетель милосердия и прощения, единственная имеющая вес в глазах Божьих, в особенности отношение к «ближнему» — то есть единоверцу, а также подчеркнутый отказ от мирских благ, в частности, богатства и денег.

В глаза также бросается любопытный момент, достаточно живо интересуясь религией как таковой, моральными заповедями и правилами поведения, Христос, каким мы знаем его из Евангелий, не проявляет ни малейшего интереса к вопросам еврейского религиозного права. Единственное упоминание, которое не без труда удается найти в Евангелиях — требование того, чтобы посмевший оскорбить ближнего своего словом «рака» (пустой человек) подлежит [[ru.wp:Синедрион|синедриону]]. Кроме этого, достаточно строгого указания, Христос предпочитает решать юридические и моральные проблемы посредством обращения к совести самих участников событий («кто из вас без греха, пусть первым кинет в нее камень») — о женщине-прелюбодейке, которую приводят к нему для суда.

Посему, сколь можно о том судить, исторический Иисус не собирался внедрять новую веру и устанавливать новую церковь с некими особыми обрядами, молитвами и правовыми аспектами. Из обязательных обрядовых требований, которые должны были отделить «истино верующих» (то есть иудео-христиан) выступали исключительно Крещение и Евхаристия, как своего рода единение человека с Божеством. На этом правовая система основателя новой религии заканчивалась, и следующий шаг сделать предстоит уже его ученикам и последователям.

=== Первая христианская община — Иерусалим времен «Деяний» ===

== От христианской общины до Церкви Христа ==
{| width="260px" align="right"
|
{| width="250px" border=0 style="text-align:center; background:#7fc7ff"
|-
| [[Файл:Christ teacher.jpg|250px]]
|-
| Изображение в катакомбах Св. Домитиллы (ок. 4 в. н. э.)
|}
|}
Христианская община самая первая форма организации христиан. Каждая община объединяла людей, исповедующих новую христианскую веру. Сначала они были немногочисленны, но со временем росло и количество людей в общинах и количество самих общин. Они проводили собрания, читались проповеди.
Объединения людей не были чем-то необычным для того времени. Люди часто объединялись во всякого рода профессиональные и религиозные союзы. Так, уже в I веке начали получать распространение такие формы общественных объединений как коллегии и фиасы. Наиболее известными были коллегии ремесленные, похоронные и религиозные — с целью отправления культа какого-либо божества. В число последних входили коллегии, ставившие целью поклонение различными языческим богам. Особенностью фиасов было наличие патронимикона у её членов.<ref>Культура Древнего Рима</ref>

В объединении, для общих молитв и отправлении религиозных обрядов, нуждались и христиане. Они также создавали свои объединения. Однако христиане не относили себя ни к коллегиям, ни к фиасам. Они называли себя экклесией, хотя языческие авторы и относили их к фиасам. Экклесиями у греков назывались народные собрания — органы местного самоуправления.<ref>И. С. Свенцицкая. Ранее христианство: страницы истории</ref>

Любая общественная организация имеет свою внутреннюю организацию и внутренние правила. Однако, об ранних христианских общинах исторической науке известно крайне мало. Известно, что все члены общины называли друг друга братьями и сёстрами, а внутренняя иерархия отсутствовала. В Откровении Иоанна Богослова — одном из самых ранних текстов формирующейся церкви, мы находим глухие упоминания об «ангеле Сардийской церкви», «ангеле Филадельфийской церкви» и т. д., однако, нам неизвестно, кто были эти ангелы и в чем состояла их роль. С уверенностью можно сказать, что уже в первоначальных христианских общинах существовали определенные разногласия правового характера. Одним из самых известных является «дело Анании и Сапфиры» известное нам по тексту Деяний Апостолов. В соответствии с текстом, в иерусалимскую общину, возглавляемую Св. Петром, где царило строгое правило отказа и объединения имущества, приходят супруги, утаившие часть своего достояния и солгавшие о том апостолу. Опять же, согласно тексту Деяний их судит и карает смертью Святой Дух, после чего верным остается лишь похоронить провинившихся. Смысл этого отрывка вызывает определенные разногласия в среде исследователей, в частности, по мнению польского исследователя З. Косидовского, речь идет о самосуде, осуществленном с благословения руководителей общины.

«Дидахе» (Учение двенадцати), обыкновенно датируемое началом II века н. э. свидетельствует о начавшемся разделении функций между собственно проповедниками (пророками и учителями) с одной стороны, и чисто административными работниками — епископами и дьяконами, осуществлявшими, вероятно, надзор за казной, сбором и распределением средств, а возможно, и связанными с тем правовыми вопросами. Примечательно, что Дидахе наставляет верующих «не презирать» администраторов, специально оговаривая что по рангу они стоят наравне с собственно учителями веры. Дидахе запрещает рядовым верующим «судить» пророков, возлагая эту обязанность непосредственно на Бога; наказание для грешников в среде самой общины состоит в их полном бойкоте вплоть до покаяния — мера, во многом сходная с той, что практиковалась в среде кумранитов.

Также представляется интересным вопрос о наличии в христианских общинах общности имущества и имущественного распределения. Самым известным представлением об обобществлении имущества христиан является иерусалимская община, которая считается первородной христианской общиной. Община описывается в «Деяниях святых апостолов» как идиллическая, где «все же верующие были вместе и имели все общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого.» Однако, возникают некоторые и противоречия. В тех же «Деяниях» говорится «И каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца, хваля Бога и находясь в любви у всего народа». Следовательно, были общинники с домами, тогда возникает вопрос, от какого имущества христиане отказывались в пользу общины, от всего или только от части. Оставив в стороне этот вопрос, как недостаточно проясненный, мы можем, однако, утверждать, опираясь на текст «Деяний», что в иерусалимской общине существовал обычай разделения пищи и одежды между нуждающимися (в частности, среди них упоминаются вдовы). В ответ на жалобы, касательно неупорядоченности и соответственно, злоупотреблений при разделе помощи, апостолы, оставляя за собой чисто богослужебную функцию, соглашаются с тем, чтобы ответственность эту приняли на себя семь выбранных для того людей, во главе со св. Стефаном.

== Крещение Рима: становление христианского государства ==
{| width="260px" align="right"
|
{| width="250px" border=0 style="text-align:center; background:#7fc7ff"
|-
| [[Файл:Constantine I Hagia Sophia.jpg|250px]]
|-
| Константин Великий приносит Город в дар Богородице. Мозаика над входом в Святую Софию
|}
|}
Положение христиан в Риме немного изменилось после Никомидийского эдикта от 311 года, выпущенного императором Галерием. Был снят запрет на совершение ими религиозных обрядов, при условии, что они будут молиться об благополучии императора и республики. Однако, им не было возвращено отнятое римскими властями имущество. В отличие от Никомидийского эдикта Миланский эдикт пошел дальше. Любые формы гонения христиан были запрещены окончательно. Более того, Миланский эдикт лишил язычество статуса официальной религии Империи, что лишало его всех существовавших ранее привилегий.

Можно было бы сказать,что император сделал что-то необычное для того времени. Однако, для римского общества ничего удивительного уже не произошло. К тому времени количество христиан сильно возросло, а язычество уже утратило былую популярность. Императорский пантеон богов был заменен новой религией, которая определит дальнейшую историю всей Европы на следующие полтора тысячи лет — христианством.

Тому способствовало распространение христианства на всей территории Империи, начавшееся ещё со второго века, но сильно поднабравшее силу в третье-четвёртое столетие. Возрастающее влияние христианства пугало римские власти, что подтолкнуло Диоклетиана начать массовые чистки в армии и назначению на высокие государственные должности противников христиан, а затем начать массовые гонения, которые приняли масштабы не известные ранее и вошедшие в историю как великие гонения. Однако, остановить распространение христианства было уже невозможно.

== Примечания ==
{{примечания}}

Каноническое право Римско-католической церкви/Глава 1 Возникновение канонического права

2019-08-17T02:53:26Z

Dimetr: /* Крещение Рима: становление христианского государства */

{{header-ru
| title = [[Каноническое право Римско-католической церкви|«Каноническое право Римско-католической церкви»]]
| section = '''Глава 1. Возникновение канонического права'''
| author = Dmitry Zeus
| previous =
| next = [[Право Римско-католической церкви/Организация католической церкви и органы церковного управления|Организация католической церкви и органы церковного управления]] →
}}

== У истоков новой религии ==

=== Христос и его отношение к системе права ===
Мы не будем останавливаться на вопросе об историчности основателя христианства, тем более, что вопрос этот служит предметом бесконечных дискуссий уже в течение без малого двух веков, а конца этим дискуссиям по-прежнему не видно.

Отметим лишь — на правах частного мнения — что у Христа, каким он предстает перед нами в канонических и «запретных» апокрифических Евангелиях, скорее всего, был некий человеческий прототип, оставивший в памяти своих современников неизгладимый след. В дальнейшем на эту основу ложились все новые и новые наслоения, в том числе откровенно сказочные и мифологические; как метко было замечено уже в XXI веке — последователи христианства слышали в проповедях новой религии, «то, что каждый из них желал услышать». В самом деле, для времен Древнего Мира нам известны десятки случаев обожествления тех или иных людей (правителей, мудрецов…) но история не сохранила ни единого, достоверно доказанного случая, «очеловечивания» изначально мифологического образа. Уже это заставляет задуматься; кроме того весьма убедительно звучит довод польского исследователя Зенона Косидовского касательно того, что при жизни Христа подобные ему бродячие учители и проповедники были далеко не редкостью, а порой своей громкой славой даже затмевали скромного мудреца из Галилеи. Обращает также на себя внимание множество деталей, не имеющих вероучительного значения, зато говорящих о реальной политической обстановке и быте того времени, которые некому и незачем было насильственно втискивать в евангелический текст. К таковым относится галилейское происхождение вероучителя; несмотря на то, что мессия и потомок Давида в согласии с ветхозаветными пророчествами должен был обязательно родиться в Вифлееме Иудейском. Посему, как нам известно, составители Евангелий вынуждены были проявить немалую сообразительность, чтобы в нужный момент «переместить» туда Святое Семейство, причем решили эту проблемы кардинально различными способами.

В Евангелиях заметны также смутные, но достаточно заметные для глаза профессионала намеки на тогдашние политические реалии, в частности партию [[ru.wp:Зелоты|зелотов]], пытавшуюся противостоять римскому владычеству с помощью насилия и террора. Имя Симона Зелота носит один из двенадцати апостолов — кому и зачем было вставлять в Евангелие эту совершенно ненужную с точки зрения канона, и пожалуй, небезопасную информацию, также непонятно.

Однако, отвлечемся от этого вопроса, для того чтобы перейти к непосредственному предмету данного исследования: праву новорожденной в те времена проповеди новой религии. Итак, во времена евангельского Христа, в Иудее господствовали сразу две правовых системы: римская (по праву завоевания), в первую очередь политической и уголовной отрасли права, и гражданско-религиозная, по-прежнему принадлежавшая еврейскому суду.

Исследователями как прежних, так и нынешних времен, давно была замечена любопытная особенность: особая атмосфера «идиллии» и определенной оторванности от реальной повседневности, царящая в Евангелиях. Также в полном соответствии с этим, Христос не проявляет ни малейшего интереса к политической системе Иудеи или к аспектам римского права. Единственным небольшим исключением, и то, навязанным Мессии с явно провокационной целью, служит вопрос о «денарии кесаря» — то есть о правомерности уплаты податей римскому императору, на то Христос находчиво отвечает фразой, эхо которой продолжает звучать в веках: ''Воздайте Богу богово, а кесарю — кесарево'' (к чему апокрифические писания добавляют также «''а мое отдайте мне''»). Причина подобного безразличия хорошо известна, и множество раз описана в научной литературе: как представитель своего времени и своей страны, Иисус бен Иосиф пребывал в русле тогдашних религиозных представлений, сводящихся к тому, что время, отпущенное грешному и нечестивому земному миру приближается к концу, грядет Страшный Суд и наступление Царства Господня (''Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем'' (Мф. 16:28)); с подобным учением также был согласен Иоанн Креститель и его ученики — причем истоки подобных верований часть современных ученых желает видеть в учении кумранской секты.

При подобном взгляде на вещи, земное, вещественное, обыденное в самом деле теряло всякую ценность, зато на первый план выходили вопросы духовного плана, спасения души перед скорым Судом Господним. Что же предлагалось с точки зрения религиозного права мессией Иисусом?

Опять же, современные исследователи, в частности, Католический Университет г. Нью-Йорка, полагают, что семья плотника Иосифа, по всей видимости, отличалась суровой и ортодоксальной религиозностью, каковую демонстрирует в описании Иосифа Флавия «Иаков, брат Господень», часами стоявший на коленях в Храме, пытаясь вымолить прощения грехов Израиля и Иудеи, отчего «колени его были как у верблюда». По всей видимости, Иосиф и его сыновья принадлежали к фарисейскому крылу иудаизма<ref>Иосиф Флавий утверждает, что ''Фарисеи верят в бессмертие души; за гробом людей ожидает суд и награда за добродетель или возмездие за преступность при жизни; грешники подвергаются вечному заточению, а добродетельные имеют возможность вновь воскреснуть''.</ref>, как то было характерно для низших классов тогдашнего еврейского общества, тогда как священники и знать, как правило, принадлежали к саддукеям («книжникам» в переводах Евангелий на русский язык). Клер Реджио, принадлежащая нью-йоркскому Католическому университету делает парадоксальный вывод, что Иисус был… еврейским консерватором, желавшим «очистить» исконное учение Моисея от позднейших напластований сложной обрядности, привнесенных многочисленными толкователями позднейших времен.

В согласии с пророческой традицией, для Христа имеет значение прежде всего духовно-моральный аспект, добродетель милосердия и прощения, единственная имеющая вес в глазах Божьих, в особенности отношение к «ближнему» — то есть единоверцу, а также подчеркнутый отказ от мирских благ, в частности, богатства и денег.

В глаза также бросается любопытный момент, достаточно живо интересуясь религией как таковой, моральными заповедями и правилами поведения, Христос, каким мы знаем его из Евангелий, не проявляет ни малейшего интереса к вопросам еврейского религиозного права. Единственное упоминание, которое не без труда удается найти в Евангелиях — требование того, чтобы посмевший оскорбить ближнего своего словом «рака» (пустой человек) подлежит [[ru.wp:Синедрион|синедриону]]. Кроме этого, достаточно строгого указания, Христос предпочитает решать юридические и моральные проблемы посредством обращения к совести самих участников событий («кто из вас без греха, пусть первым кинет в нее камень») — о женщине-прелюбодейке, которую приводят к нему для суда.

Посему, сколь можно о том судить, исторический Иисус не собирался внедрять новую веру и устанавливать новую церковь с некими особыми обрядами, молитвами и правовыми аспектами. Из обязательных обрядовых требований, которые должны были отделить «истино верующих» (то есть иудео-христиан) выступали исключительно Крещение и Евхаристия, как своего рода единение человека с Божеством. На этом правовая система основателя новой религии заканчивалась, и следующий шаг сделать предстоит уже его ученикам и последователям.

=== Первая христианская община — Иерусалим времен «Деяний» ===

== От христианской общины до Церкви Христа ==
{| width="260px" align="right"
|
{| width="250px" border=0 style="text-align:center; background:#7fc7ff"
|-
| [[Файл:Christ teacher.jpg|250px]]
|-
| Изображение в катакомбах Св. Домитиллы (ок. 4 в. н. э.)
|}
|}
Христианская община самая первая форма организации христиан. Каждая община объединяла людей, исповедующих новую христианскую веру. Сначала они были немногочисленны, но со временем росло и количество людей в общинах и количество самих общин. Они проводили собрания, читались проповеди.
Объединения людей не были чем-то необычным для того времени. Люди часто объединялись во всякого рода профессиональные и религиозные союзы. Так, уже в I веке начали получать распространение такие формы общественных объединений как коллегии и фиасы. Наиболее известными были коллегии ремесленные, похоронные и религиозные — с целью отправления культа какого-либо божества. В число последних входили коллегии, ставившие целью поклонение различными языческим богам. Особенностью фиасов было наличие патронимикона у её членов.<ref>Культура Древнего Рима</ref>

В объединении, для общих молитв и отправлении религиозных обрядов, нуждались и христиане. Они также создавали свои объединения. Однако христиане не относили себя ни к коллегиям, ни к фиасам. Они называли себя экклесией, хотя языческие авторы и относили их к фиасам. Экклесиями у греков назывались народные собрания — органы местного самоуправления.<ref>И. С. Свенцицкая. Ранее христианство: страницы истории</ref>

Любая общественная организация имеет свою внутреннюю организацию и внутренние правила. Однако, об ранних христианских общинах исторической науке известно крайне мало. Известно, что все члены общины называли друг друга братьями и сёстрами, а внутренняя иерархия отсутствовала. В Откровении Иоанна Богослова — одном из самых ранних текстов формирующейся церкви, мы находим глухие упоминания об «ангеле Сардийской церкви», «ангеле Филадельфийской церкви» и т. д., однако, нам неизвестно, кто были эти ангелы и в чем состояла их роль. С уверенностью можно сказать, что уже в первоначальных христианских общинах существовали определенные разногласия правового характера. Одним из самых известных является «дело Анании и Сапфиры» известное нам по тексту Деяний Апостолов. В соответствии с текстом, в иерусалимскую общину, возглавляемую Св. Петром, где царило строгое правило отказа и объединения имущества, приходят супруги, утаившие часть своего достояния и солгавшие о том апостолу. Опять же, согласно тексту Деяний их судит и карает смертью Святой Дух, после чего верным остается лишь похоронить провинившихся. Смысл этого отрывка вызывает определенные разногласия в среде исследователей, в частности, по мнению польского исследователя З. Косидовского, речь идет о самосуде, осуществленном с благословения руководителей общины.

«Дидахе» (Учение двенадцати), обыкновенно датируемое началом II века н. э. свидетельствует о начавшемся разделении функций между собственно проповедниками (пророками и учителями) с одной стороны, и чисто административными работниками — епископами и дьяконами, осуществлявшими, вероятно, надзор за казной, сбором и распределением средств, а возможно, и связанными с тем правовыми вопросами. Примечательно, что Дидахе наставляет верующих «не презирать» администраторов, специально оговаривая что по рангу они стоят наравне с собственно учителями веры. Дидахе запрещает рядовым верующим «судить» пророков, возлагая эту обязанность непосредственно на Бога; наказание для грешников в среде самой общины состоит в их полном бойкоте вплоть до покаяния — мера, во многом сходная с той, что практиковалась в среде кумранитов.

Также представляется интересным вопрос о наличии в христианских общинах общности имущества и имущественного распределения. Самым известным представлением об обобществлении имущества христиан является иерусалимская община, которая считается первородной христианской общиной. Община описывается в «Деяниях святых апостолов» как идиллическая, где «все же верующие были вместе и имели все общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого.» Однако, возникают некоторые и противоречия. В тех же «Деяниях» говорится «И каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца, хваля Бога и находясь в любви у всего народа». Следовательно, были общинники с домами, тогда возникает вопрос, от какого имущества христиане отказывались в пользу общины, от всего или только от части. Оставив в стороне этот вопрос, как недостаточно проясненный, мы можем, однако, утверждать, опираясь на текст «Деяний», что в иерусалимской общине существовал обычай разделения пищи и одежды между нуждающимися (в частности, среди них упоминаются вдовы). В ответ на жалобы, касательно неупорядоченности и соответственно, злоупотреблений при разделе помощи, апостолы, оставляя за собой чисто богослужебную функцию, соглашаются с тем, чтобы ответственность эту приняли на себя семь выбранных для того людей, во главе со св. Стефаном.

== Крещение Рима: становление христианского государства ==
{| width="260px" align="right"
|
{| width="250px" border=0 style="text-align:center; background:#7fc7ff"
|-
| [[Файл:Constantine I Hagia Sophia.jpg|250px]]
|-
| Константин Великий приносит Город в дар Богородице. Мозаика над входом в Святую Софию
|}
|}
Положение христиан в Риме немного изменилось после Никомидийского эдикта от 311 года, выпущенного императором Галерием. Был снят запрет на совершение ими религиозных обрядов, при условии, что они будут молиться об благополучии императора и республики. Однако, им не было возвращено отнятое римскими властями имущество. В отличие от Никомидийского эдикта Миланский эдикт пошел дальше. Любые формы гонения христиан были запрещены окончательно. Более того, Миланский эдикт лишил язычество статуса официальной религии Империи, что лишало его всех существовавших ранее привилегий.

Можно было бы сказать,что император сделал что-то необычное для того времени. Однако, для римского общества ничего удивительного уже не произошло. К тому времени количество христиан сильно возросло, а язычество уже утратило былую популярность. Императорский пантеон богов был заменен новой религией, которая определит дальнейшую историю всей Европы на следующие полтора тысячи лет — христианством.

Тому способствовало распространение христианства на всей территории Империи, начавшееся ещё со второго века, но сильно поднабравшее силу в третье-четвёртое столетие. Возрастающее влияние христианства пугало римские власти, что подтолкнуло Диоклетиана начать массовые чистки в армии и назначению на высокие государственные должности противников христиан, а затем начать массовые гонения, которые приняли масштабы не известные ранее и вошедшие в историю как великие гонения. Однако, остановить распространение христианства было уже невозможно.

== Примечания ==
{{примечания}}

Каноническое право Римско-католической церкви/Глава 1 Возникновение канонического права

2019-08-17T02:51:36Z

Dimetr: /* От христианской общины до Церкви Христа */

{{header-ru
| title = [[Каноническое право Римско-католической церкви|«Каноническое право Римско-католической церкви»]]
| section = '''Глава 1. Возникновение канонического права'''
| author = Dmitry Zeus
| previous =
| next = [[Право Римско-католической церкви/Организация католической церкви и органы церковного управления|Организация католической церкви и органы церковного управления]] →
}}

== У истоков новой религии ==

=== Христос и его отношение к системе права ===
Мы не будем останавливаться на вопросе об историчности основателя христианства, тем более, что вопрос этот служит предметом бесконечных дискуссий уже в течение без малого двух веков, а конца этим дискуссиям по-прежнему не видно.

Отметим лишь — на правах частного мнения — что у Христа, каким он предстает перед нами в канонических и «запретных» апокрифических Евангелиях, скорее всего, был некий человеческий прототип, оставивший в памяти своих современников неизгладимый след. В дальнейшем на эту основу ложились все новые и новые наслоения, в том числе откровенно сказочные и мифологические; как метко было замечено уже в XXI веке — последователи христианства слышали в проповедях новой религии, «то, что каждый из них желал услышать». В самом деле, для времен Древнего Мира нам известны десятки случаев обожествления тех или иных людей (правителей, мудрецов…) но история не сохранила ни единого, достоверно доказанного случая, «очеловечивания» изначально мифологического образа. Уже это заставляет задуматься; кроме того весьма убедительно звучит довод польского исследователя Зенона Косидовского касательно того, что при жизни Христа подобные ему бродячие учители и проповедники были далеко не редкостью, а порой своей громкой славой даже затмевали скромного мудреца из Галилеи. Обращает также на себя внимание множество деталей, не имеющих вероучительного значения, зато говорящих о реальной политической обстановке и быте того времени, которые некому и незачем было насильственно втискивать в евангелический текст. К таковым относится галилейское происхождение вероучителя; несмотря на то, что мессия и потомок Давида в согласии с ветхозаветными пророчествами должен был обязательно родиться в Вифлееме Иудейском. Посему, как нам известно, составители Евангелий вынуждены были проявить немалую сообразительность, чтобы в нужный момент «переместить» туда Святое Семейство, причем решили эту проблемы кардинально различными способами.

В Евангелиях заметны также смутные, но достаточно заметные для глаза профессионала намеки на тогдашние политические реалии, в частности партию [[ru.wp:Зелоты|зелотов]], пытавшуюся противостоять римскому владычеству с помощью насилия и террора. Имя Симона Зелота носит один из двенадцати апостолов — кому и зачем было вставлять в Евангелие эту совершенно ненужную с точки зрения канона, и пожалуй, небезопасную информацию, также непонятно.

Однако, отвлечемся от этого вопроса, для того чтобы перейти к непосредственному предмету данного исследования: праву новорожденной в те времена проповеди новой религии. Итак, во времена евангельского Христа, в Иудее господствовали сразу две правовых системы: римская (по праву завоевания), в первую очередь политической и уголовной отрасли права, и гражданско-религиозная, по-прежнему принадлежавшая еврейскому суду.

Исследователями как прежних, так и нынешних времен, давно была замечена любопытная особенность: особая атмосфера «идиллии» и определенной оторванности от реальной повседневности, царящая в Евангелиях. Также в полном соответствии с этим, Христос не проявляет ни малейшего интереса к политической системе Иудеи или к аспектам римского права. Единственным небольшим исключением, и то, навязанным Мессии с явно провокационной целью, служит вопрос о «денарии кесаря» — то есть о правомерности уплаты податей римскому императору, на то Христос находчиво отвечает фразой, эхо которой продолжает звучать в веках: ''Воздайте Богу богово, а кесарю — кесарево'' (к чему апокрифические писания добавляют также «''а мое отдайте мне''»). Причина подобного безразличия хорошо известна, и множество раз описана в научной литературе: как представитель своего времени и своей страны, Иисус бен Иосиф пребывал в русле тогдашних религиозных представлений, сводящихся к тому, что время, отпущенное грешному и нечестивому земному миру приближается к концу, грядет Страшный Суд и наступление Царства Господня (''Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем'' (Мф. 16:28)); с подобным учением также был согласен Иоанн Креститель и его ученики — причем истоки подобных верований часть современных ученых желает видеть в учении кумранской секты.

При подобном взгляде на вещи, земное, вещественное, обыденное в самом деле теряло всякую ценность, зато на первый план выходили вопросы духовного плана, спасения души перед скорым Судом Господним. Что же предлагалось с точки зрения религиозного права мессией Иисусом?

Опять же, современные исследователи, в частности, Католический Университет г. Нью-Йорка, полагают, что семья плотника Иосифа, по всей видимости, отличалась суровой и ортодоксальной религиозностью, каковую демонстрирует в описании Иосифа Флавия «Иаков, брат Господень», часами стоявший на коленях в Храме, пытаясь вымолить прощения грехов Израиля и Иудеи, отчего «колени его были как у верблюда». По всей видимости, Иосиф и его сыновья принадлежали к фарисейскому крылу иудаизма<ref>Иосиф Флавий утверждает, что ''Фарисеи верят в бессмертие души; за гробом людей ожидает суд и награда за добродетель или возмездие за преступность при жизни; грешники подвергаются вечному заточению, а добродетельные имеют возможность вновь воскреснуть''.</ref>, как то было характерно для низших классов тогдашнего еврейского общества, тогда как священники и знать, как правило, принадлежали к саддукеям («книжникам» в переводах Евангелий на русский язык). Клер Реджио, принадлежащая нью-йоркскому Католическому университету делает парадоксальный вывод, что Иисус был… еврейским консерватором, желавшим «очистить» исконное учение Моисея от позднейших напластований сложной обрядности, привнесенных многочисленными толкователями позднейших времен.

В согласии с пророческой традицией, для Христа имеет значение прежде всего духовно-моральный аспект, добродетель милосердия и прощения, единственная имеющая вес в глазах Божьих, в особенности отношение к «ближнему» — то есть единоверцу, а также подчеркнутый отказ от мирских благ, в частности, богатства и денег.

В глаза также бросается любопытный момент, достаточно живо интересуясь религией как таковой, моральными заповедями и правилами поведения, Христос, каким мы знаем его из Евангелий, не проявляет ни малейшего интереса к вопросам еврейского религиозного права. Единственное упоминание, которое не без труда удается найти в Евангелиях — требование того, чтобы посмевший оскорбить ближнего своего словом «рака» (пустой человек) подлежит [[ru.wp:Синедрион|синедриону]]. Кроме этого, достаточно строгого указания, Христос предпочитает решать юридические и моральные проблемы посредством обращения к совести самих участников событий («кто из вас без греха, пусть первым кинет в нее камень») — о женщине-прелюбодейке, которую приводят к нему для суда.

Посему, сколь можно о том судить, исторический Иисус не собирался внедрять новую веру и устанавливать новую церковь с некими особыми обрядами, молитвами и правовыми аспектами. Из обязательных обрядовых требований, которые должны были отделить «истино верующих» (то есть иудео-христиан) выступали исключительно Крещение и Евхаристия, как своего рода единение человека с Божеством. На этом правовая система основателя новой религии заканчивалась, и следующий шаг сделать предстоит уже его ученикам и последователям.

=== Первая христианская община — Иерусалим времен «Деяний» ===

== От христианской общины до Церкви Христа ==
{| width="260px" align="right"
|
{| width="250px" border=0 style="text-align:center; background:#7fc7ff"
|-
| [[Файл:Christ teacher.jpg|250px]]
|-
| Изображение в катакомбах Св. Домитиллы (ок. 4 в. н. э.)
|}
|}
Христианская община самая первая форма организации христиан. Каждая община объединяла людей, исповедующих новую христианскую веру. Сначала они были немногочисленны, но со временем росло и количество людей в общинах и количество самих общин. Они проводили собрания, читались проповеди.
Объединения людей не были чем-то необычным для того времени. Люди часто объединялись во всякого рода профессиональные и религиозные союзы. Так, уже в I веке начали получать распространение такие формы общественных объединений как коллегии и фиасы. Наиболее известными были коллегии ремесленные, похоронные и религиозные — с целью отправления культа какого-либо божества. В число последних входили коллегии, ставившие целью поклонение различными языческим богам. Особенностью фиасов было наличие патронимикона у её членов.<ref>Культура Древнего Рима</ref>

В объединении, для общих молитв и отправлении религиозных обрядов, нуждались и христиане. Они также создавали свои объединения. Однако христиане не относили себя ни к коллегиям, ни к фиасам. Они называли себя экклесией, хотя языческие авторы и относили их к фиасам. Экклесиями у греков назывались народные собрания — органы местного самоуправления.<ref>И. С. Свенцицкая. Ранее христианство: страницы истории</ref>

Любая общественная организация имеет свою внутреннюю организацию и внутренние правила. Однако, об ранних христианских общинах исторической науке известно крайне мало. Известно, что все члены общины называли друг друга братьями и сёстрами, а внутренняя иерархия отсутствовала. В Откровении Иоанна Богослова — одном из самых ранних текстов формирующейся церкви, мы находим глухие упоминания об «ангеле Сардийской церкви», «ангеле Филадельфийской церкви» и т. д., однако, нам неизвестно, кто были эти ангелы и в чем состояла их роль. С уверенностью можно сказать, что уже в первоначальных христианских общинах существовали определенные разногласия правового характера. Одним из самых известных является «дело Анании и Сапфиры» известное нам по тексту Деяний Апостолов. В соответствии с текстом, в иерусалимскую общину, возглавляемую Св. Петром, где царило строгое правило отказа и объединения имущества, приходят супруги, утаившие часть своего достояния и солгавшие о том апостолу. Опять же, согласно тексту Деяний их судит и карает смертью Святой Дух, после чего верным остается лишь похоронить провинившихся. Смысл этого отрывка вызывает определенные разногласия в среде исследователей, в частности, по мнению польского исследователя З. Косидовского, речь идет о самосуде, осуществленном с благословения руководителей общины.

«Дидахе» (Учение двенадцати), обыкновенно датируемое началом II века н. э. свидетельствует о начавшемся разделении функций между собственно проповедниками (пророками и учителями) с одной стороны, и чисто административными работниками — епископами и дьяконами, осуществлявшими, вероятно, надзор за казной, сбором и распределением средств, а возможно, и связанными с тем правовыми вопросами. Примечательно, что Дидахе наставляет верующих «не презирать» администраторов, специально оговаривая что по рангу они стоят наравне с собственно учителями веры. Дидахе запрещает рядовым верующим «судить» пророков, возлагая эту обязанность непосредственно на Бога; наказание для грешников в среде самой общины состоит в их полном бойкоте вплоть до покаяния — мера, во многом сходная с той, что практиковалась в среде кумранитов.

Также представляется интересным вопрос о наличии в христианских общинах общности имущества и имущественного распределения. Самым известным представлением об обобществлении имущества христиан является иерусалимская община, которая считается первородной христианской общиной. Община описывается в «Деяниях святых апостолов» как идиллическая, где «все же верующие были вместе и имели все общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого.» Однако, возникают некоторые и противоречия. В тех же «Деяниях» говорится «И каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца, хваля Бога и находясь в любви у всего народа». Следовательно, были общинники с домами, тогда возникает вопрос, от какого имущества христиане отказывались в пользу общины, от всего или только от части. Оставив в стороне этот вопрос, как недостаточно проясненный, мы можем, однако, утверждать, опираясь на текст «Деяний», что в иерусалимской общине существовал обычай разделения пищи и одежды между нуждающимися (в частности, среди них упоминаются вдовы). В ответ на жалобы, касательно неупорядоченности и соответственно, злоупотреблений при разделе помощи, апостолы, оставляя за собой чисто богослужебную функцию, соглашаются с тем, чтобы ответственность эту приняли на себя семь выбранных для того людей, во главе со св. Стефаном.

== Крещение Рима: становление христианского государства ==
[[Файл:Constantine I Hagia Sophia.jpg|thumb|Константин Великий приносит Город в дар Богородице. Мозаика над входом в Святую Софию
)]]
Положение христиан в Риме немного изменилось после Никомидийского эдикта от 311 года, выпущенного императором Галерием. Был снят запрет на совершение ими религиозных обрядов, при условии, что они будут молиться об благополучии императора и республики. Однако, им не было возвращено отнятое римскими властями имущество. В отличие от Никомидийского эдикта Миланский эдикт пошел дальше. Любые формы гонения христиан были запрещены окончательно. Более того, Миланский эдикт лишил язычество статуса официальной религии Империи, что лишало его всех существовавших ранее привилегий.

Можно было бы сказать,что император сделал что-то необычное для того времени. Однако, для римского общества ничего удивительного уже не произошло. К тому времени количество христиан сильно возросло, а язычество уже утратило былую популярность. Императорский пантеон богов был заменен новой религией, которая определит дальнейшую историю всей Европы на следующие полтора тысячи лет — христианством.

Тому способствовало распространение христианства на всей территории Империи, начавшееся ещё со второго века, но сильно поднабравшее силу в третье-четвёртое столетие. Возрастающее влияние христианства пугало римские власти, что подтолкнуло Диоклетиана начать массовые чистки в армии и назначению на высокие государственные должности противников христиан, а затем начать массовые гонения, которые приняли масштабы не известные ранее и вошедшие в историю как великие гонения. Однако, остановить распространение христианства было уже невозможно.

== Примечания ==
{{примечания}}

Файл:20110415152314!Tizian 014.jpg

2019-08-17T02:43:44Z

Dimetr:

== Лицензирование ==
{{PD-Old-100}}

Песнь о Жанне

2019-08-16T01:45:28Z

Dimetr: до решения проблемы с изображением, пока возвращаю

{{header-ru
| title = [[Песнь о Жанне|"Песнь о Жанне"]]
| section = '''Приложение'''
| author = Кристина Пизанская
}}

== Песнь о Жанне (рифмованная хроника) ==
{| width="350px" align="right"
|
{| width="350px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[File:Joan_of_arc_miniature_graded.jpg|350px]]
|-
| Жанна. ''Неизвестный художник «Жанна». — Изображение на пергаменте. - конец XV в. - Национальный Архив, Париж.''
|}
|}
{{quote|<poem>Кристина я, проплакавшая годы.
Одиннадцать их было тех годов,
Что провела под кельи сводом,
Когда мой [[ru.wp:Карл VII (король Франции)|Карл]] изменников гнездо,
Париж покинул, поспешив с уходом<ref>Карл VII (в те времена — дофин Франции, вынужден был бежать из Парижа в 1418 году, так как в городе начался мятеж в пользу герцога Бургундского — союзника англичан.</ref>,
Был даже из страны бежать готов<ref>Английское наступление, во главе которого стояли король [[ru.wp:Генрих V (король Англии)|Генрих V]], а после его смерти — [[ru.wp:Джон Ланкастерский, герцог Бедфорд|младший брат и регент Франции]] для [[ru.wp:Генрих VI (король Англии)|малолетнего племянника]] год за годом поглощало Францию, так что доведенный до отчаяния король Карл, незадолго до появления Жанны готов был скрыться в Испании или дружественной Шотландии, оставив свое государство англичанам.</ref>.
Теперь мой смех журчит, как воды,
Коль посрамлен был [[ru.wp:Дьявол|враг Христов]].

Смеяться в радости от сердца
Так хочется мне этою весной.
Мне словно отворилась клетки дверца.
От плача к пению меняю свой настрой.
Так пусть влетают радостные скерцо,
В простую песнь [[ru.wp:Послушник|послушницы]] простой.
И в лучшее мне будущее верится
Для Франции весенней сей порой.

Порадуемся же благому году.
Сияет солнце снова в небесах,
Неся с собой прекрасную погоду,
Какой воистину не видели глаза.
И снова мы любуемся природой,
Недавно же томилися в слезах.
Но трауру уже не будет входа.
И скорби нам уж больше не грозят

Да, ныне вижу то, чего желаю.
Как дружно зеленеет все вокруг,
В преддверии сем милом мая!
Как обновляется засохший луг!
И благодарность Богу я слагаю
И от монахинь, от моих подруг,
И от войной разрушенного края,
От замков знатных и простых лачуг.

Сын короля, перед врагами павший,
Униженный в законнейших правах,
И от несчастий многих пострадавший,
Явился вдруг как признанный монарх,
Помазан будучи, короною блиставший<ref>Поэма написана под впечатлением триумфа Жанны, доставившей Карла в Реймс, где тот принял торжественное помазание на престол Франции.</ref>,
И в шпорах рыцаря златых на сапогах<ref>Церемониал коронации в качестве первого этапа обязательно включал посвящение нового монарха в рыцари; одним из прав рыцаря были золотые шпоры, которые во время посвящения особый слуга надевал ему на сапоги.</ref>.
Вокруг него народ, его признавший
И войско, что врагам внушает страх

Мы с торжеством его встречаем ныне.
И восклицает знать: «Виват, король»!
Народ простой тож рад такой картине
И тоже весело кричит свое «Noёl!»<ref>Досл. «Рождество!» Средневековое выражение радости и ликования, приблизительно соответствующее современному «Ура!»</ref>.
И пусть уже никто в своей гордыне,
Дофина Карла избегавшие дотоль,
Не замедлят склонить свои колени
И попросить: «Принять [[ru.wp:Оммаж|оммаж]] изволь».

Желаю миру я всему поведать,
Как милость Карлу оказал Господь.
Он весть нам дал, что будет тем победа,
Кто вопреки всему в унынье не впадет.
И да узнают это юноши и деды,
А также наши дети в свой черед.
Увековечено пусть будет мною это.
Пусть по порядку хроника идет.

Да будет ведомо всему отныне миру
О чуде, совершенном Божеством,
Как Бог (о том моя расскажет лира)
Опорой права выступил тем днем,
Когда уж ров могильный вырыт,
И побежденному враги грозят мечом,
И [[ru.wp:Избиение младенцев|мальчиков готов зарезать Ирод]],
Фортуна вдруг меняется кругом.

Никто не поддавайся жизни шквалам.
Не следует впадать в тоску от неудач,
Как пчелы умирать, своё теряя жало.
Господь все зло излечит, словно врач,
Фортунам вопреки, изменчивым и шалым,
Вредившим раньше нам, хоть плачь.
Он бодрость всем дает большим и малым.
Надежду потеряв, ты сам себе палач.

И пусть моим строкам поверит каждый:
Недавно в мнении всеобщем за собой
Уж сохранить страну разбитую надежды
Мы не имели вовсе никакой.
Но что это? иль я об этом грежу?
Взглянул Господь и смерть отвел рукой.
И Францию, что много лет как страждет,
Возвел из бездны Он пред всеми высоко.

Но все-таки о чуде слух неспешный
Пока еще до многих не дошел.
Поверить ли такому душам грешным,
Что [[ru.wp:Жанна д’Арк|Дева]] слышала Божественный Глагол?
Господь через посредство Девы нежной
Святых на помощь Франции привел<ref>Речь идет о т. н. «святых» Жанны, являвшихся с ней со времен юности — [[ru.wp:Екатерина Александрийская|Св. Екатерине Александрийской]], [[ru.wp:Марина Антиохийская|Св. Маргарите Антиохийской]], и [[ru.wp:Архангел Михаил|Св. Михаиле-Архангеле]].</ref>.
Он милость даровал, и враг унижен,
И посрамил его, как видим, женский пол.

Для Франции сей промысел Господень
(Сколь велика её короне честь!)
Столь ясных доказательств был исполнен,
Что больше, чем иное в мире есть,
Монарха юного поддержит на сегодня.
Лишь стоит донести о сем благую весть.
И королевскому достоинству урона
Не сможет лживый недруг уж нанесть.

О, ты, мой Карл Седьмой, король Французов!
Тебе пришлось вести столь тяжкую войну,
Которая стране твоей безмерная обуза,
Разгромов скорбь, о чем сказать не премину,
Их было много, но послала Дева вызов.
Хоть ранее стяжали мы удачу не одну,
Повергла ниц врага лишь Дева-роза
Пред знаменем твоим, и это в новизну

В короткий срок, что невозможным полагали,
Превознеслось во всем величие твоё,
Страну, потерянную прежде, возвращали,
Хоть и не верили, что вновь вернут её.
Ты все вернул, и все ж не мощь [[ru.wp:Вассалитет|вассалов]]
Одна лишь преломила вражее копьё.
Их Девы вдохновлял цветок ланиты алый.
[[ru.wp:Осанна|Осанну]] Господу за это мы поём.

Ужели ж королю считать возможно,
Что милость не от Господа пришла?
Поверишь ли молвы наветам ложным
И отрешишь от Девы те дела,
Которые вела она в твой час тревожный?
О нет, ты понимаешь, что дала
Тебе судьба по милостям Господним,
И пониманье то достойно короля.

Владетелем всей Франции пусть станет
Мой Карл, сын также [[ru.wp:Карл VI (король Франции)|Карла — короля]].
Через посредство змея-талисмана<ref>Карл VII всю жизнь полагал своим талисманом воздушного змея, когда-то в юности явившегося ему во сне.</ref>
Пророчество судьба ему дала,
Что сбудется с ним поздно или рано,
Досель судьба его к тому вела.
И он заступит место [[ru.wp:Карл Великий|Карломана]]
И будет повелитель королям.

Я ж Господа молю, чтоб это все сбылось,
И он позволил Карлу горестей избегнуть
И жить столь долго, чтоб увидеть довелось
И взрослых сыновей, и радостные стогны<ref>Площади (устар.)</ref>
С ликующей толпой, и праздничный помост,
Где б наступленье мира отмечалось,
Все воплощение наших прежних грёз
И новых благостей для Франции начало.

Но следуй же всегда путям Господним,
Мой Карл, и Вышней воле не перечь.
Будь справедливым, добрым, благородным.
Гордыню ж брось в пылающую пещь.
Внимательней будь к нуждам ты народным,
Недаром властью Бог решил тебя облечь.
Коль ты французов господин природный,
Их от тебя не даст Господь отвлечь.

Так никогда не забывай о долге Богу.
Ему достойно сможешь отплатить,
Разумно следуя указанной дорогой,
Чтоб Франции отныне в мире жить,
Разрушенной войной жестокой,
Но из развалин Богом поднятою быть.
О! Провидению Его обязан ты премного,
Достоин чести будь Ему за то служить.

Да будешь славен ты, Господь великий!
За милость всю Твою, оказанную нам,
Дарованную здесь и теперь на веки!
За все Твои блага, что изливаешь Сам
По воле по Своей на нас Ты, словно реки.
И очи мы свои возводим к небесам,
Большие, малые, сложив в молитве руки.
И с ними всеми я хвалу Тебе воздам.

Ты ж, достославная и избранная Дева,
Ты позабытою не будешь никогда.
Распятой Франция была на древе -
Таков был приговор Небесного суда.
О! испытали ж мы Господня гнева!
Но Он тебя избрал, чтоб сгинула беда.
Готова в жертву ты, как семя к севу.
И слов не хватит, чтоб тебе воздать.

Войною ты даруешь мир, о! Жанна,
Родившаяся в мире в добрый час!
Хвалю Создателя за это беспрестанно,
О! Дева, посланная Господом для нас,
Чья сила добрая для родины желанна,
Та, в ком святых не раз был слышен глас.
Мы восхвалять тебя за это не устанем.
Вознаградить? Кто сможет то сейчас?

О ком другом из прошлого героев
Сказать возможно то же, что ней,
Деянья чьи бы превзошли такое?
Ну, разве что могучий [[ru.wp:Моисей|Моисей]],
что [[ru.wp:Исход|вывел из Египта]] род евреев,
Сравнился бы, но все-таки славней
Без спора оказался б подвиг Девы,
Поскольку естество ее слабей.

Еще припомню мощного [[ru.wp:Иисус Навин|Навина]]
Он крепости и земли покорял,
Но все-таки рожден он был мужчиной,
Мужчин Господь из глины изваял.
Но женщину Бог создал не из глины,
Ребро ведь тоже крепкий матерьял.
Так доблестней она подчас и римлян,
Лишь Бог на это б только силы дал.

Мужчин сильнейших Жанна одолела.
О люди добрые, помыслите ж о той
Которая была и есть не более, чем дева.
Богатая одной лишь юной красотой
В глуши росла, вблизи родного хлева
Овечек стерегла пастушкою простой.
Однако ж Орлеан был ею отвоеван,
И ныне мать она для Франции родной.

Не видано, не слыхано о чуде,
Подобном и в древнейшие века
Когда б [[ru.wp:Богородица|жена]] страну поила грудью,
Спасительного полной молока<ref>Богородица, кормящая грудью страну — обычный в Средневековье символ процветания и счастья. Молоку Богородицы придавалось сакральное значение.</ref>.
Но вместе с тем, дивитесь, люди,
Она сумела б вышвырнуть врага.
Покрепче сердце в ней мужского будет,
Его вложила Божия рука.

Простым, как Жанна, [[ru.wp:Гедеон|Гедеон]] был пахарь.
Об этом нам [[ru.wp:Книга Судей Израилевых|Писанье]] столько знать дает.
Но Бог его подвиг, и на врагов он страха
Навел, держа рукою сильною копьё.
Но в доблести его все ж обогнала дева-птаха.
Вот Божье чудо! Полюбуйтесь на неё,
Когда пред ней полки врагов ложатся прахом.
У этой птахи, знать, орлиный лёт.

Их Библии известны героини
[[ru.wp:Есфирь|Эсфирь]], [[ru.wp:Девора|Дебора]], также и [[ru.wp:Юдифь|Юдифь]].
И наш Господь, руководящий ими,
Израильтян наставил через них,
Чтобы его народ, воспомня Божье имя,
Воспрянул духом на врагов своих.
Но с Девой в доблести те дамы не сравнимы,
С мечом в руках не бились в схватках боевых.

Да, Жанна Богом послана на помощь,
И ангелом проведена была в [[ru.wp:Шинон (замок)|Шинон]]
Враги вотще искали Деву в нощи,
Но не нашли и ясным днем с огнем<ref>Жанна была вынуждена в сопровождении весьма скромной охраны пересечь расстояние в несколько сот километров от [[ru.wp:Вокулёр (город)|Вокулера]] ([[ru.wp:герцогство Барское|герцогство Барское]]) к замку Шинон, по очень опасным дорогам, кишевшим дезертирами из обеих армий и разбойниками. То, что путешествие прошло без всяких сложностей, современниками было воспринято как чудо.</ref>.
Бог даровал ей светлый разум вещий:
Карл прятался в толпе, но ею узнан он<ref>Рассказ о встрече Карла и Жанны содержится в нескольких хрониках и показаниях очевидцев на Оправдательном процессе. Обыкновенно рассказ сводится к тому, что Карл прятался в толпе придворных, тогда как Жанне пытались представить ложного «короля» посредством некоего «наития» опознала Карла и обратилась непосредственно к нему.</ref>.
От Бога чрез нее узнал такие вещи,
Что в недоверии своем был побежден<ref>Во время той же встречи Жанна на несколько минут отвела короля в сторону и сказала ему «нечто», заставившее унылого, потерявшего веру в победу монарха воспрянуть духом и начать действовать с непривычной ранее энергией. Что собственно было сказано, осталось неизвестным, на все попытки епископа Кошона во время Руанского процесса выудить из нее эту информацию, Жанна не без юмора советовала ему «''отправить гонца к королю и у него о том осведомиться.''»</ref>.

То Деве на роду исполнить назначалось.
Пятьсот уж полных лет пророчили о сём.
[[ru.wp:Сивиллы|Сивилла]], [[ru.wp:Беда Достопочтенный|Беда]] и [[ru.wp:Мерлин|Мерлин]] о том вещали,
Как дева непорочная покончит там со злом,
Где блудной женщины порочное начало<ref>Речь идет о т.н. «пророчестве Мерлина», которое в самом деле упорно стало распространяться повсюду незадолго до появления Жанны в Шиноне. Суть пророчества сводилась к тому, что "Страна, загубленная женщиной (иногда к этому добавлялся эпитет «распутной») т.е. королевой [[ru.wp:Изабелла Баварская|Изабеллой Баварской]], которую молва упорно обвиняла в сожительстве с деверем - [[ru.wp:Людовик Орлеанский|Людовиком Орлеанским]], спасена будет невинной девушкой (т.е. Жанной).</ref>.
В бой Дева знамя понесет в доспехе боевом,
Войска возглавит, не страшась врага нимало.
И Францию она спасет, свой милый дом.

Так отнеситесь к ней с доверьем прочным,
Ибо явилась Божьей волей к нам она.
Не загрязните веры лишь источника,
И пользу принесут ее деяния сполна.
И подтвержденье в жизни непорочной,
Что искупит грехи страны она одна,
Что сделал Бог ее на это полномочной,
И свыше власть на это ей дана.

В те дни, когда [[ru.wp:Осада Орлеана|явилась к Орлеану]],
Прекрасны были все свершения её.
Как устрашалися в то время англичане
Её могуществом. Для нас тоска невзгод
Окончилось. Победы срок настанет
И с воинством французов в свой поход
На вражьи крепости нагрянет Жанна,
И будет побежден весь вражий сброд.

Какая честь для всех нас женщин тоже!
Как к женщинам явил любовь Господь!
Когда мужчины, злобные вельможи,
Враждой взаимною губили наш народ.
И что мужчины не могли исправить позже,
Исправила за ними дева в свой черед.
Врагов страны пускай могила гложет.
Я верю, что войну закончим в год.

А девушке всего лишь лет шестнадцать,
А вот гляди, доспехи носит по-мужски.
И мнится всем, что ей привычно драться,
Что без оглядки побегут пред ней враги.
О да, враги бегут, кто может сомневаться?
Но что ногам ее легки кольчужные чулки,
Не знаю я наверняка, признаться.
О Боже! нашей Деве помоги!

Дай силу ей, какой не обладали ране
Ни [[ru.wp:Гектор|Гектор бы Троянский]], ни [[ru.wp:Ахилл|Ахилл]].
Так много нужно, чтобы англичанин
Французов земли от себя освободил.
Она для тысяч предводитель главный
Молю я Бога, чтобы дал ей этих сил.
Чтоб ей вернуть все города и страны,
Какими Францию Бог древле наделил.

А вы, испытанные латники, что с Жанной
Готовитесь пройти военный трудный путь,
Извольте быть ей неизменно в послушанье
И делом преданность доказывать в бою.
И вы заслужите тем честь на поле брани.
Награду только доблестным дают.
Народ французский восхвалять вас станет.
В почете будете большом в родной краю.

И те, что жизнью иль здоровьем тела
Рискнут за Францию в сём гибельном бою,
Которые смертям в лицо посмотрят смело,
По воле Бога те врага в сражении разобьют,
Награду пусть за то получат и хвалу.
А те, кто доблестно окончит жизнь свою,
Отдав её за Карла праведное дело,
Клянусь, погибшие окажутся в раю.

Вы ж, англичане, позабудьте про добычу.
Её здесь не добыть вам больше никогда.
Во Франции уж вам не попадется дичи,
Так не трубите ж вновь охоту, господа.
Грабительский оставьте свой обычай,
Раз в шахматной игре у вас проиграны хода.
Вы были грозными, смешными стали нынче.
Господь карает горделивых как всегда.

Вы полагали, что французов покорили,
Что Франция принадлежит навеки вам.
Однако эту ложь сегодня опровергли,
Наш гнев кипит, познаете вы срам.
И хоть вы этого пока что не признали,
Но ваша плоть достанется волкам,
Когда придет вам смерть от нашей стали
И разбросает ваши трупы по полям.

И знайте, англичане, что сегодня
Вы будете повергнуты во прах.
Так будет, ибо Господу угодно,
Парящему над нами в облаках.
Вы верных оскорбляете обидно,
И сам Господь вас уличит в грехах.
И вопияет кровь младенцев бедных,
Как [[ru.wp:Авель|Авелева кровь]] в былых веках.

И англичан, и всех еретиков на свете
Повергнет Дева в беспросветный мрак
Объединятся Жанной Церкви дети,
И христианства вострепещет в мире стяг.
Беспутных же врагов Христа при этом
Без милосердья истребят всех, как собак,
Пред Жанною за все грехи ответят.
Пророчество о ней гласит нам так.

Она ж изгонит сарацин негодных,
Через моря приплыв на корабле,
И с войском Франции свободной
Свободу принесет [[ru.wp:Святая земля|Святой Земле]].
И на коленях у [[ru.wp:Гроб Господень|Гроба Господня]]
Помолится ему о нашем короле<ref>Мечты о Крестовом Походе жили во Франции до конца XV в., как мы видим, Кристина также отдает им дань.</ref>.
А после жизни радостного полдня
В почете опочит при Божией скале.

О, Карл, превысь же прежнюю отвагу!
Прилично венценосцу смелым быть.
Успехов прежних не замедли шага
И Францию вполне освободи,
Благодаря войскам под Жанны стягом.
Она же непременно победит,
Подвергнув англичан лихим атакам,
И прочный мир под Богом утвердит.

Поскольку дело ей теперь простое,
Упавших духом англичан разбить,
Как делала она и ранее такое,
Порушена в нее не может вера быть.
Враги над ней смеялись перед боем,
Готовы ныне перед ней от страха выть.
Но за издевки, остроумие дурное
Придется шкурой, видно, им платить.

А вы, спесивые мятежники-французы,
Что к англичанам примыкаете теперь,
Не ощущаете оков английских груза?
Рабами делает вас островной тот зверь.
Расторгните ж позорные вы узы!
Иначе понесете много вы потерь,
Как Дева победит. Стать с ней в союзе
Не лучше ли теперь, пока открыта дверь?

Неужто вы того не видите, слепые,
Как Бог над Францией покров простёр,
А Англии пригнул ногой Он выю
И вынес ей уже суровый приговор?
Затем и Дева явлена нам в юдоли земные,
Всем вам неся уничтоженье и позор.
Ее не одолеть вам, грешники дурные.
Хотите ль с Господом затеять спор?

Она для короля добилась помазанья,
И за руку, как мать, вела его.
Такие виданы ль пред Господом деянья,
Что завершалися великим торжеством?
Луарой шла она с победой постоянной.
Без боя [[ru.wp:Реймс|Реймс]] открыл врата пред королем<ref>Движение армии от Орлеана к Реймсу - городу помазания, превратилось для войска Жанны в «военную прогулку», так как большинство крепостей на пути добровольно сдавались на милость короля или же открывали ворота через несколько дней осады и угрозы штурмом. Современниками подобная легкость пути была сочтена «Господним чудом».</ref>,
Помазан он, в заслуг признанья Жанны
Она стояла ближе всех к нему при том.

В столетья год двадцать девятый
Был коронован и помазан Карл,
Принес он и положенную клятву,
На мессе средь баронов отстоял.
Все церемонии закончил на день пятый,
На празднике с народом пировал.
Не помешали недругов им рати.
Законным королем Французов стал.

И с Карлом вместе и повсюду Дева
Вояк неистовых вела через страну,
Но замков, сел, крестьян посевов
Не позволяла трогать никому.
Их самовольство дева одолела:
Щадя весь мирный люд, ведут войну.
Кто полон к ней любви, кто гнева,
Но все дивятся воле Девы и уму.

Встают безумцы на ее дороге,
Однако, все противоречащие ей,
По сути же, хотят тягаться с Богом
И погубляют души тем верней.
Что ж, их Господь накажет строго.
Все потеряв, раскается злодей,
Но даст то позднее раскаянье немного,
Скорбь до последних жизни дней.

Все, кто пытается числом великим
И натиском неистовых атак
Сразить ее, тот сам беду накликал.
Погибнут все, их сбросят в ада мрак.
Спасенье выпадет немногим горемыкам:
Какой-нибудь израненный бедняк
Раскается перед Господним ликом.
Так будет, пусть узнает это враг.

Не знаю я, удержится ль Париж?
Удерживать его досель не получалось,
И обыватели трусливые, как мышь,
Без промедленья недругам сдавались.
Сдадутся ль, как в ворота постучишь,
С покорностью испрашивая милость?
Но если б хоть одна прервалась жизнь,
Пощада бы для многих исключилась<ref>По обычаю, получивший помазание король должен был торжественно вступить в свою столицу, однако, Париж удерживался англичанами и бургундцами, да и сами жители не горели желанием открыть ворота Карлу, боясь наказания за мятеж. Действительно, после коронации Жанна была полна решимости покорить столицу, однако, в момент, когда писалась поэма, поход только планировался.</ref>.

Она войдет в Париж, кто что б ни говорил,
Раз армии своей дала такое обещанье.
Не хватит защитить его бургундских сил,
Пусть даже их подкрепят парижане.
Преодолеет все французов верных пыл.
Столица против короля, как это странно!
На это парижан английский враг подбил.
Но будет покорен Париж рукою Жанны.

О, ты, Париж, введенный в заблужденье!
О, парижане! вы себя лишаете надежд.
Осада ли милей, чем с Карлом соглашенье?
Но против короля безумный ваш мятеж.
Воистину о мире б вам молить смиренно.
Что будет, коль войска ворвутся в брешь?
Для выкупа себя у вас найдется денег?
Так сдайте королю парижских стен рубеж.

О, парижане, злы вы по природе,
А добрые хоть есть, но мало, знать,
Раз голосов своих в народе
В защиту короля им не поднять.
Что толку королю в подобном сброде,
Ему б французов верных лишь собрать.
А вы, мятежные изменники, умрете,
Придется парижан примерно наказать.

И вы, всех городов мятежных люди,
Отринувшие власть монарха своего,
Признали чужака, за это Бог осудит.
Французов верных большинство.
Склониться перед Карлом надо будет
И о прощенье прошлых дел молить его.
Но если прежде силой вас принудят,
То поздно поднимать и плач и вой.

Да, хочет Карл от казней воздержаться,
Сколь можно, не пролить людскую кровь.
Но если не желают подчиняться,
В оковы тех возьмут его прево,
Они законом будут обвиняться.
К ним королевский будет суд суров,
И будут смертию изменники караться.
Вас пощадить молите же его.

Властители судить поставлены от Бога.
Не может слишком мягок быть король.
Преступников карать он должен строго.
Хирурги лечат, причиняя боль.
И все ж король простить готов любого
Француза, если б вновь к нему пришел.
И Карлу присягнет заблудших много.
Хвалу за это Богу возглаголь.

Законный государь уж сел в [[ru.wp:Багряница|порфире]].
Я Богу помолюсь, чтоб был он мил
Всем подданным, чтоб жили в мире,
А сей войны б пожар Бог загасил.
Так не противьтесь королю себе на горе,
Господь его покровом осенил,
И будет Карл добрейшим вам сеньором.
Нас не покинь, Господь-Эммануил<ref>Эммануил - имя библейского [[ru.wp:Мессия|Мессии]], в соответствии с т. н. «пророчеством [[ru.wp:Исайя|Исайи]]», в котором христиане видят обещание рождения Христа: Итак, Сам Господь даст вам знамение: се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил (Исаия 7:14)</ref>.
Аминь.

Кристиной кончена была поэма эта
Пятнадцатого века от рождения Христа
В благословенный год двадцать девятый
В конце июля, в дни [[ru.wp:Петров пост|Петровского поста]].
Но я узнала, что стихами спесь задета
Кого-то из вельмож, чья совесть нечиста,
Кто, потупив глаза, бежит от света.
Но все ж угрозы их не затворят мои уста.
</poem>
||}}

== Примечания ==
{{примечания}}

----
 [[Файл:197px-Red copyright.svg.png|20px]] © [[User:Zoe|Zoe Lionidas]] (translation from Middle French.) '''Alexander Kozinsky''' (poetry). All rights reserved. / © [[User:Zoe|Зои Лионидас]] (перевод со среднефранцузск.) '''Александр Козинский''' — поэтический перевод. Все права сохранены. 
----

Песнь о Жанне

2019-08-16T01:36:59Z

Dimetr:

{{header-ru
| title = [[Песнь о Жанне|"Песнь о Жанне"]]
| section = '''Приложение'''
| author = Кристина Пизанская
}}

== Песнь о Жанне (рифмованная хроника) ==
{| width="350px" align="right"
|
{| width="350px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[File:Joan_of_arc_miniature_graded.jpg|350px]]
|-
| Жанна. ''Неизвестный художник «Жанна». — Изображение на пергаменте. - конец XV в. - Национальный Архив, Париж.''
|}
|}
<center><poem>Кристина я, проплакавшая годы.
Одиннадцать их было тех годов,
Что провела под кельи сводом,
Когда мой [[ru.wp:Карл VII (король Франции)|Карл]] изменников гнездо,
Париж покинул, поспешив с уходом<ref>Карл VII (в те времена — дофин Франции, вынужден был бежать из Парижа в 1418 году, так как в городе начался мятеж в пользу герцога Бургундского — союзника англичан.</ref>,
Был даже из страны бежать готов<ref>Английское наступление, во главе которого стояли король [[ru.wp:Генрих V (король Англии)|Генрих V]], а после его смерти — [[ru.wp:Джон Ланкастерский, герцог Бедфорд|младший брат и регент Франции]] для [[ru.wp:Генрих VI (король Англии)|малолетнего племянника]] год за годом поглощало Францию, так что доведенный до отчаяния король Карл, незадолго до появления Жанны готов был скрыться в Испании или дружественной Шотландии, оставив свое государство англичанам.</ref>.
Теперь мой смех журчит, как воды,
Коль посрамлен был [[ru.wp:Дьявол|враг Христов]].

Смеяться в радости от сердца
Так хочется мне этою весной.
Мне словно отворилась клетки дверца.
От плача к пению меняю свой настрой.
Так пусть влетают радостные скерцо,
В простую песнь [[ru.wp:Послушник|послушницы]] простой.
И в лучшее мне будущее верится
Для Франции весенней сей порой.

Порадуемся же благому году.
Сияет солнце снова в небесах,
Неся с собой прекрасную погоду,
Какой воистину не видели глаза.
И снова мы любуемся природой,
Недавно же томилися в слезах.
Но трауру уже не будет входа.
И скорби нам уж больше не грозят

Да, ныне вижу то, чего желаю.
Как дружно зеленеет все вокруг,
В преддверии сем милом мая!
Как обновляется засохший луг!
И благодарность Богу я слагаю
И от монахинь, от моих подруг,
И от войной разрушенного края,
От замков знатных и простых лачуг.

Сын короля, перед врагами павший,
Униженный в законнейших правах,
И от несчастий многих пострадавший,
Явился вдруг как признанный монарх,
Помазан будучи, короною блиставший<ref>Поэма написана под впечатлением триумфа Жанны, доставившей Карла в Реймс, где тот принял торжественное помазание на престол Франции.</ref>,
И в шпорах рыцаря златых на сапогах<ref>Церемониал коронации в качестве первого этапа обязательно включал посвящение нового монарха в рыцари; одним из прав рыцаря были золотые шпоры, которые во время посвящения особый слуга надевал ему на сапоги.</ref>.
Вокруг него народ, его признавший
И войско, что врагам внушает страх

Мы с торжеством его встречаем ныне.
И восклицает знать: «Виват, король»!
Народ простой тож рад такой картине
И тоже весело кричит свое «Noёl!»<ref>Досл. «Рождество!» Средневековое выражение радости и ликования, приблизительно соответствующее современному «Ура!»</ref>.
И пусть уже никто в своей гордыне,
Дофина Карла избегавшие дотоль,
Не замедлят склонить свои колени
И попросить: «Принять [[ru.wp:Оммаж|оммаж]] изволь».

Желаю миру я всему поведать,
Как милость Карлу оказал Господь.
Он весть нам дал, что будет тем победа,
Кто вопреки всему в унынье не впадет.
И да узнают это юноши и деды,
А также наши дети в свой черед.
Увековечено пусть будет мною это.
Пусть по порядку хроника идет.

Да будет ведомо всему отныне миру
О чуде, совершенном Божеством,
Как Бог (о том моя расскажет лира)
Опорой права выступил тем днем,
Когда уж ров могильный вырыт,
И побежденному враги грозят мечом,
И [[ru.wp:Избиение младенцев|мальчиков готов зарезать Ирод]],
Фортуна вдруг меняется кругом.

Никто не поддавайся жизни шквалам.
Не следует впадать в тоску от неудач,
Как пчелы умирать, своё теряя жало.
Господь все зло излечит, словно врач,
Фортунам вопреки, изменчивым и шалым,
Вредившим раньше нам, хоть плачь.
Он бодрость всем дает большим и малым.
Надежду потеряв, ты сам себе палач.

И пусть моим строкам поверит каждый:
Недавно в мнении всеобщем за собой
Уж сохранить страну разбитую надежды
Мы не имели вовсе никакой.
Но что это? иль я об этом грежу?
Взглянул Господь и смерть отвел рукой.
И Францию, что много лет как страждет,
Возвел из бездны Он пред всеми высоко.

Но все-таки о чуде слух неспешный
Пока еще до многих не дошел.
Поверить ли такому душам грешным,
Что [[ru.wp:Жанна д’Арк|Дева]] слышала Божественный Глагол?
Господь через посредство Девы нежной
Святых на помощь Франции привел<ref>Речь идет о т. н. «святых» Жанны, являвшихся с ней со времен юности — [[ru.wp:Екатерина Александрийская|Св. Екатерине Александрийской]], [[ru.wp:Марина Антиохийская|Св. Маргарите Антиохийской]], и [[ru.wp:Архангел Михаил|Св. Михаиле-Архангеле]].</ref>.
Он милость даровал, и враг унижен,
И посрамил его, как видим, женский пол.

Для Франции сей промысел Господень
(Сколь велика её короне честь!)
Столь ясных доказательств был исполнен,
Что больше, чем иное в мире есть,
Монарха юного поддержит на сегодня.
Лишь стоит донести о сем благую весть.
И королевскому достоинству урона
Не сможет лживый недруг уж нанесть.

О, ты, мой Карл Седьмой, король Французов!
Тебе пришлось вести столь тяжкую войну,
Которая стране твоей безмерная обуза,
Разгромов скорбь, о чем сказать не премину,
Их было много, но послала Дева вызов.
Хоть ранее стяжали мы удачу не одну,
Повергла ниц врага лишь Дева-роза
Пред знаменем твоим, и это в новизну

В короткий срок, что невозможным полагали,
Превознеслось во всем величие твоё,
Страну, потерянную прежде, возвращали,
Хоть и не верили, что вновь вернут её.
Ты все вернул, и все ж не мощь [[ru.wp:Вассалитет|вассалов]]
Одна лишь преломила вражее копьё.
Их Девы вдохновлял цветок ланиты алый.
[[ru.wp:Осанна|Осанну]] Господу за это мы поём.

Ужели ж королю считать возможно,
Что милость не от Господа пришла?
Поверишь ли молвы наветам ложным
И отрешишь от Девы те дела,
Которые вела она в твой час тревожный?
О нет, ты понимаешь, что дала
Тебе судьба по милостям Господним,
И пониманье то достойно короля.

Владетелем всей Франции пусть станет
Мой Карл, сын также [[ru.wp:Карл VI (король Франции)|Карла — короля]].
Через посредство змея-талисмана<ref>Карл VII всю жизнь полагал своим талисманом воздушного змея, когда-то в юности явившегося ему во сне.</ref>
Пророчество судьба ему дала,
Что сбудется с ним поздно или рано,
Досель судьба его к тому вела.
И он заступит место [[ru.wp:Карл Великий|Карломана]]
И будет повелитель королям.

Я ж Господа молю, чтоб это все сбылось,
И он позволил Карлу горестей избегнуть
И жить столь долго, чтоб увидеть довелось
И взрослых сыновей, и радостные стогны<ref>Площади (устар.)</ref>
С ликующей толпой, и праздничный помост,
Где б наступленье мира отмечалось,
Все воплощение наших прежних грёз
И новых благостей для Франции начало.

Но следуй же всегда путям Господним,
Мой Карл, и Вышней воле не перечь.
Будь справедливым, добрым, благородным.
Гордыню ж брось в пылающую пещь.
Внимательней будь к нуждам ты народным,
Недаром властью Бог решил тебя облечь.
Коль ты французов господин природный,
Их от тебя не даст Господь отвлечь.

Так никогда не забывай о долге Богу.
Ему достойно сможешь отплатить,
Разумно следуя указанной дорогой,
Чтоб Франции отныне в мире жить,
Разрушенной войной жестокой,
Но из развалин Богом поднятою быть.
О! Провидению Его обязан ты премного,
Достоин чести будь Ему за то служить.

Да будешь славен ты, Господь великий!
За милость всю Твою, оказанную нам,
Дарованную здесь и теперь на веки!
За все Твои блага, что изливаешь Сам
По воле по Своей на нас Ты, словно реки.
И очи мы свои возводим к небесам,
Большие, малые, сложив в молитве руки.
И с ними всеми я хвалу Тебе воздам.

Ты ж, достославная и избранная Дева,
Ты позабытою не будешь никогда.
Распятой Франция была на древе -
Таков был приговор Небесного суда.
О! испытали ж мы Господня гнева!
Но Он тебя избрал, чтоб сгинула беда.
Готова в жертву ты, как семя к севу.
И слов не хватит, чтоб тебе воздать.

Войною ты даруешь мир, о! Жанна,
Родившаяся в мире в добрый час!
Хвалю Создателя за это беспрестанно,
О! Дева, посланная Господом для нас,
Чья сила добрая для родины желанна,
Та, в ком святых не раз был слышен глас.
Мы восхвалять тебя за это не устанем.
Вознаградить? Кто сможет то сейчас?

О ком другом из прошлого героев
Сказать возможно то же, что ней,
Деянья чьи бы превзошли такое?
Ну, разве что могучий [[ru.wp:Моисей|Моисей]],
что [[ru.wp:Исход|вывел из Египта]] род евреев,
Сравнился бы, но все-таки славней
Без спора оказался б подвиг Девы,
Поскольку естество ее слабей.

Еще припомню мощного [[ru.wp:Иисус Навин|Навина]]
Он крепости и земли покорял,
Но все-таки рожден он был мужчиной,
Мужчин Господь из глины изваял.
Но женщину Бог создал не из глины,
Ребро ведь тоже крепкий матерьял.
Так доблестней она подчас и римлян,
Лишь Бог на это б только силы дал.

Мужчин сильнейших Жанна одолела.
О люди добрые, помыслите ж о той
Которая была и есть не более, чем дева.
Богатая одной лишь юной красотой
В глуши росла, вблизи родного хлева
Овечек стерегла пастушкою простой.
Однако ж Орлеан был ею отвоеван,
И ныне мать она для Франции родной.

Не видано, не слыхано о чуде,
Подобном и в древнейшие века
Когда б [[ru.wp:Богородица|жена]] страну поила грудью,
Спасительного полной молока<ref>Богородица, кормящая грудью страну — обычный в Средневековье символ процветания и счастья. Молоку Богородицы придавалось сакральное значение.</ref>.
Но вместе с тем, дивитесь, люди,
Она сумела б вышвырнуть врага.
Покрепче сердце в ней мужского будет,
Его вложила Божия рука.

Простым, как Жанна, [[ru.wp:Гедеон|Гедеон]] был пахарь.
Об этом нам [[ru.wp:Книга Судей Израилевых|Писанье]] столько знать дает.
Но Бог его подвиг, и на врагов он страха
Навел, держа рукою сильною копьё.
Но в доблести его все ж обогнала дева-птаха.
Вот Божье чудо! Полюбуйтесь на неё,
Когда пред ней полки врагов ложатся прахом.
У этой птахи, знать, орлиный лёт.

Их Библии известны героини
[[ru.wp:Есфирь|Эсфирь]], [[ru.wp:Девора|Дебора]], также и [[ru.wp:Юдифь|Юдифь]].
И наш Господь, руководящий ими,
Израильтян наставил через них,
Чтобы его народ, воспомня Божье имя,
Воспрянул духом на врагов своих.
Но с Девой в доблести те дамы не сравнимы,
С мечом в руках не бились в схватках боевых.

Да, Жанна Богом послана на помощь,
И ангелом проведена была в [[ru.wp:Шинон (замок)|Шинон]]
Враги вотще искали Деву в нощи,
Но не нашли и ясным днем с огнем<ref>Жанна была вынуждена в сопровождении весьма скромной охраны пересечь расстояние в несколько сот километров от [[ru.wp:Вокулёр (город)|Вокулера]] ([[ru.wp:герцогство Барское|герцогство Барское]]) к замку Шинон, по очень опасным дорогам, кишевшим дезертирами из обеих армий и разбойниками. То, что путешествие прошло без всяких сложностей, современниками было воспринято как чудо.</ref>.
Бог даровал ей светлый разум вещий:
Карл прятался в толпе, но ею узнан он<ref>Рассказ о встрече Карла и Жанны содержится в нескольких хрониках и показаниях очевидцев на Оправдательном процессе. Обыкновенно рассказ сводится к тому, что Карл прятался в толпе придворных, тогда как Жанне пытались представить ложного «короля» посредством некоего «наития» опознала Карла и обратилась непосредственно к нему.</ref>.
От Бога чрез нее узнал такие вещи,
Что в недоверии своем был побежден<ref>Во время той же встречи Жанна на несколько минут отвела короля в сторону и сказала ему «нечто», заставившее унылого, потерявшего веру в победу монарха воспрянуть духом и начать действовать с непривычной ранее энергией. Что собственно было сказано, осталось неизвестным, на все попытки епископа Кошона во время Руанского процесса выудить из нее эту информацию, Жанна не без юмора советовала ему «''отправить гонца к королю и у него о том осведомиться.''»</ref>.

То Деве на роду исполнить назначалось.
Пятьсот уж полных лет пророчили о сём.
[[ru.wp:Сивиллы|Сивилла]], [[ru.wp:Беда Достопочтенный|Беда]] и [[ru.wp:Мерлин|Мерлин]] о том вещали,
Как дева непорочная покончит там со злом,
Где блудной женщины порочное начало<ref>Речь идет о т.н. «пророчестве Мерлина», которое в самом деле упорно стало распространяться повсюду незадолго до появления Жанны в Шиноне. Суть пророчества сводилась к тому, что "Страна, загубленная женщиной (иногда к этому добавлялся эпитет «распутной») т.е. королевой [[ru.wp:Изабелла Баварская|Изабеллой Баварской]], которую молва упорно обвиняла в сожительстве с деверем - [[ru.wp:Людовик Орлеанский|Людовиком Орлеанским]], спасена будет невинной девушкой (т.е. Жанной).</ref>.
В бой Дева знамя понесет в доспехе боевом,
Войска возглавит, не страшась врага нимало.
И Францию она спасет, свой милый дом.

Так отнеситесь к ней с доверьем прочным,
Ибо явилась Божьей волей к нам она.
Не загрязните веры лишь источника,
И пользу принесут ее деяния сполна.
И подтвержденье в жизни непорочной,
Что искупит грехи страны она одна,
Что сделал Бог ее на это полномочной,
И свыше власть на это ей дана.

В те дни, когда [[ru.wp:Осада Орлеана|явилась к Орлеану]],
Прекрасны были все свершения её.
Как устрашалися в то время англичане
Её могуществом. Для нас тоска невзгод
Окончилось. Победы срок настанет
И с воинством французов в свой поход
На вражьи крепости нагрянет Жанна,
И будет побежден весь вражий сброд.

Какая честь для всех нас женщин тоже!
Как к женщинам явил любовь Господь!
Когда мужчины, злобные вельможи,
Враждой взаимною губили наш народ.
И что мужчины не могли исправить позже,
Исправила за ними дева в свой черед.
Врагов страны пускай могила гложет.
Я верю, что войну закончим в год.

А девушке всего лишь лет шестнадцать,
А вот гляди, доспехи носит по-мужски.
И мнится всем, что ей привычно драться,
Что без оглядки побегут пред ней враги.
О да, враги бегут, кто может сомневаться?
Но что ногам ее легки кольчужные чулки,
Не знаю я наверняка, признаться.
О Боже! нашей Деве помоги!

Дай силу ей, какой не обладали ране
Ни [[ru.wp:Гектор|Гектор бы Троянский]], ни [[ru.wp:Ахилл|Ахилл]].
Так много нужно, чтобы англичанин
Французов земли от себя освободил.
Она для тысяч предводитель главный
Молю я Бога, чтобы дал ей этих сил.
Чтоб ей вернуть все города и страны,
Какими Францию Бог древле наделил.

А вы, испытанные латники, что с Жанной
Готовитесь пройти военный трудный путь,
Извольте быть ей неизменно в послушанье
И делом преданность доказывать в бою.
И вы заслужите тем честь на поле брани.
Награду только доблестным дают.
Народ французский восхвалять вас станет.
В почете будете большом в родной краю.

И те, что жизнью иль здоровьем тела
Рискнут за Францию в сём гибельном бою,
Которые смертям в лицо посмотрят смело,
По воле Бога те врага в сражении разобьют,
Награду пусть за то получат и хвалу.
А те, кто доблестно окончит жизнь свою,
Отдав её за Карла праведное дело,
Клянусь, погибшие окажутся в раю.

Вы ж, англичане, позабудьте про добычу.
Её здесь не добыть вам больше никогда.
Во Франции уж вам не попадется дичи,
Так не трубите ж вновь охоту, господа.
Грабительский оставьте свой обычай,
Раз в шахматной игре у вас проиграны хода.
Вы были грозными, смешными стали нынче.
Господь карает горделивых как всегда.

Вы полагали, что французов покорили,
Что Франция принадлежит навеки вам.
Однако эту ложь сегодня опровергли,
Наш гнев кипит, познаете вы срам.
И хоть вы этого пока что не признали,
Но ваша плоть достанется волкам,
Когда придет вам смерть от нашей стали
И разбросает ваши трупы по полям.

И знайте, англичане, что сегодня
Вы будете повергнуты во прах.
Так будет, ибо Господу угодно,
Парящему над нами в облаках.
Вы верных оскорбляете обидно,
И сам Господь вас уличит в грехах.
И вопияет кровь младенцев бедных,
Как [[ru.wp:Авель|Авелева кровь]] в былых веках.

И англичан, и всех еретиков на свете
Повергнет Дева в беспросветный мрак
Объединятся Жанной Церкви дети,
И христианства вострепещет в мире стяг.
Беспутных же врагов Христа при этом
Без милосердья истребят всех, как собак,
Пред Жанною за все грехи ответят.
Пророчество о ней гласит нам так.

Она ж изгонит сарацин негодных,
Через моря приплыв на корабле,
И с войском Франции свободной
Свободу принесет [[ru.wp:Святая земля|Святой Земле]].
И на коленях у [[ru.wp:Гроб Господень|Гроба Господня]]
Помолится ему о нашем короле<ref>Мечты о Крестовом Походе жили во Франции до конца XV в., как мы видим, Кристина также отдает им дань.</ref>.
А после жизни радостного полдня
В почете опочит при Божией скале.

О, Карл, превысь же прежнюю отвагу!
Прилично венценосцу смелым быть.
Успехов прежних не замедли шага
И Францию вполне освободи,
Благодаря войскам под Жанны стягом.
Она же непременно победит,
Подвергнув англичан лихим атакам,
И прочный мир под Богом утвердит.

Поскольку дело ей теперь простое,
Упавших духом англичан разбить,
Как делала она и ранее такое,
Порушена в нее не может вера быть.
Враги над ней смеялись перед боем,
Готовы ныне перед ней от страха выть.
Но за издевки, остроумие дурное
Придется шкурой, видно, им платить.

А вы, спесивые мятежники-французы,
Что к англичанам примыкаете теперь,
Не ощущаете оков английских груза?
Рабами делает вас островной тот зверь.
Расторгните ж позорные вы узы!
Иначе понесете много вы потерь,
Как Дева победит. Стать с ней в союзе
Не лучше ли теперь, пока открыта дверь?

Неужто вы того не видите, слепые,
Как Бог над Францией покров простёр,
А Англии пригнул ногой Он выю
И вынес ей уже суровый приговор?
Затем и Дева явлена нам в юдоли земные,
Всем вам неся уничтоженье и позор.
Ее не одолеть вам, грешники дурные.
Хотите ль с Господом затеять спор?

Она для короля добилась помазанья,
И за руку, как мать, вела его.
Такие виданы ль пред Господом деянья,
Что завершалися великим торжеством?
Луарой шла она с победой постоянной.
Без боя [[ru.wp:Реймс|Реймс]] открыл врата пред королем<ref>Движение армии от Орлеана к Реймсу - городу помазания, превратилось для войска Жанны в «военную прогулку», так как большинство крепостей на пути добровольно сдавались на милость короля или же открывали ворота через несколько дней осады и угрозы штурмом. Современниками подобная легкость пути была сочтена «Господним чудом».</ref>,
Помазан он, в заслуг признанья Жанны
Она стояла ближе всех к нему при том.

В столетья год двадцать девятый
Был коронован и помазан Карл,
Принес он и положенную клятву,
На мессе средь баронов отстоял.
Все церемонии закончил на день пятый,
На празднике с народом пировал.
Не помешали недругов им рати.
Законным королем Французов стал.

И с Карлом вместе и повсюду Дева
Вояк неистовых вела через страну,
Но замков, сел, крестьян посевов
Не позволяла трогать никому.
Их самовольство дева одолела:
Щадя весь мирный люд, ведут войну.
Кто полон к ней любви, кто гнева,
Но все дивятся воле Девы и уму.

Встают безумцы на ее дороге,
Однако, все противоречащие ей,
По сути же, хотят тягаться с Богом
И погубляют души тем верней.
Что ж, их Господь накажет строго.
Все потеряв, раскается злодей,
Но даст то позднее раскаянье немного,
Скорбь до последних жизни дней.

Все, кто пытается числом великим
И натиском неистовых атак
Сразить ее, тот сам беду накликал.
Погибнут все, их сбросят в ада мрак.
Спасенье выпадет немногим горемыкам:
Какой-нибудь израненный бедняк
Раскается перед Господним ликом.
Так будет, пусть узнает это враг.

Не знаю я, удержится ль Париж?
Удерживать его досель не получалось,
И обыватели трусливые, как мышь,
Без промедленья недругам сдавались.
Сдадутся ль, как в ворота постучишь,
С покорностью испрашивая милость?
Но если б хоть одна прервалась жизнь,
Пощада бы для многих исключилась<ref>По обычаю, получивший помазание король должен был торжественно вступить в свою столицу, однако, Париж удерживался англичанами и бургундцами, да и сами жители не горели желанием открыть ворота Карлу, боясь наказания за мятеж. Действительно, после коронации Жанна была полна решимости покорить столицу, однако, в момент, когда писалась поэма, поход только планировался.</ref>.

Она войдет в Париж, кто что б ни говорил,
Раз армии своей дала такое обещанье.
Не хватит защитить его бургундских сил,
Пусть даже их подкрепят парижане.
Преодолеет все французов верных пыл.
Столица против короля, как это странно!
На это парижан английский враг подбил.
Но будет покорен Париж рукою Жанны.

О, ты, Париж, введенный в заблужденье!
О, парижане! вы себя лишаете надежд.
Осада ли милей, чем с Карлом соглашенье?
Но против короля безумный ваш мятеж.
Воистину о мире б вам молить смиренно.
Что будет, коль войска ворвутся в брешь?
Для выкупа себя у вас найдется денег?
Так сдайте королю парижских стен рубеж.

О, парижане, злы вы по природе,
А добрые хоть есть, но мало, знать,
Раз голосов своих в народе
В защиту короля им не поднять.
Что толку королю в подобном сброде,
Ему б французов верных лишь собрать.
А вы, мятежные изменники, умрете,
Придется парижан примерно наказать.

И вы, всех городов мятежных люди,
Отринувшие власть монарха своего,
Признали чужака, за это Бог осудит.
Французов верных большинство.
Склониться перед Карлом надо будет
И о прощенье прошлых дел молить его.
Но если прежде силой вас принудят,
То поздно поднимать и плач и вой.

Да, хочет Карл от казней воздержаться,
Сколь можно, не пролить людскую кровь.
Но если не желают подчиняться,
В оковы тех возьмут его прево,
Они законом будут обвиняться.
К ним королевский будет суд суров,
И будут смертию изменники караться.
Вас пощадить молите же его.

Властители судить поставлены от Бога.
Не может слишком мягок быть король.
Преступников карать он должен строго.
Хирурги лечат, причиняя боль.
И все ж король простить готов любого
Француза, если б вновь к нему пришел.
И Карлу присягнет заблудших много.
Хвалу за это Богу возглаголь.

Законный государь уж сел в [[ru.wp:Багряница|порфире]].
Я Богу помолюсь, чтоб был он мил
Всем подданным, чтоб жили в мире,
А сей войны б пожар Бог загасил.
Так не противьтесь королю себе на горе,
Господь его покровом осенил,
И будет Карл добрейшим вам сеньором.
Нас не покинь, Господь-Эммануил<ref>Эммануил - имя библейского [[ru.wp:Мессия|Мессии]], в соответствии с т. н. «пророчеством [[ru.wp:Исайя|Исайи]]», в котором христиане видят обещание рождения Христа: Итак, Сам Господь даст вам знамение: се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил (Исаия 7:14)</ref>.
Аминь.

Кристиной кончена была поэма эта
Пятнадцатого века от рождения Христа
В благословенный год двадцать девятый
В конце июля, в дни [[ru.wp:Петров пост|Петровского поста]].
Но я узнала, что стихами спесь задета
Кого-то из вельмож, чья совесть нечиста,
Кто, потупив глаза, бежит от света.
Но все ж угрозы их не затворят мои уста.
</poem>
</center>

== Примечания ==
{{примечания}}

----
 [[Файл:197px-Red copyright.svg.png|20px]] © [[User:Zoe|Zoe Lionidas]] (translation from Middle French.) '''Alexander Kozinsky''' (poetry). All rights reserved. / © [[User:Zoe|Зои Лионидас]] (перевод со среднефранцузск.) '''Александр Козинский''' — поэтический перевод. Все права сохранены. 
----

Каноническое право Римско-католической церкви/Глава 1 Возникновение канонического права

2019-04-28T11:48:06Z

Dimetr: /* Крещение Рима: становление христианского государства */

{{header-ru
| title = [[Каноническое право Римско-католической церкви|«Каноническое право Римско-католической церкви»]]
| section = '''Глава 1. Возникновение канонического права'''
| author = Dmitry Zeus
| previous =
| next = [[Право Римско-католической церкви/Организация католической церкви и органы церковного управления|Организация католической церкви и органы церковного управления]] →
}}

== У истоков новой религии ==

=== «Христос — загадочная личность» ===
Мы не будем останавливаться на вопросе об историчности основателя христианства, тем более, что вопрос этот служит предметом бесконечных дискуссий уже в течение без малого двух веков, а конца этим дискуссиям по-прежнему не видно.

Отметим лишь — на правах частного мнения — что у Христа, каким он предстает перед нами в канонических и «запретных» апокрифических Евангелиях, скорее всего, был некий человеческий прототип, оставивший в памяти своих современников неизгладимый след. В дальнейшем на эту основу ложились все новые и новые наслоения, в том числе откровенно сказочные и мифологические; как метко было замечено уже в XXI веке — последователи христианства слышали в проповедях новой религии, «то, что каждый из них желал услышать». В самом деле, для времен Древнего Мира нам известны десятки случаев обожествления тех или иных людей (правителей, мудрецов…) но история не сохранила ни единого, достоверно доказанного случая, «очеловечивания» изначально мифологического образа. Уже это заставляет задуматься; кроме того весьма убедительно звучит довод польского исследователя Зенона Косидовского касательно того, что при жизни Христа подобные ему бродячие учители и проповедники были далеко не редкостью, а порой своей громкой славой даже затмевали скромного мудреца из Галилеи. Обращает также на себя внимание множество деталей, не имеющих вероучительного значения, зато говорящих о реальной политической обстановке и быте того времени, которые некому и незачем было насильственно втискивать в евангелический текст. К таковым относится галилейское происхождение вероучителя; несмотря на то, что мессия и потомок Давида в согласии с ветхозаветными пророчествами должен был обязательно родиться в Вифлееме Иудейском. Посему, как нам известно, составители Евангелий вынуждены были проявить немалую сообразительность, чтобы в нужный момент «переместить» туда Святое Семейство, причем решили эту проблемы кардинально различными способами.

В Евангелиях заметны также смутные, но достаточно заметные для глаза профессионала намеки на тогдашние политические реалии, в частности партию [[ru.wp:Зелоты|зелотов]], пытавшуюся противостоять римскому владычеству с помощью насилия и террора. Имя Симона Зелота носит один из двенадцати апостолов — кому и зачем было вставлять в Евангелие эту совершенно ненужную с точки зрения канона, и пожалуй, небезопасную информацию, также непонятно.

Однако, отвлечемся от этого вопроса, для того чтобы перейти к непосредственному предмету данного исследования: праву новорожденной в те времена проповеди новой религии. В глаза сразу же бросается любопытный момент, достаточно живо интересуясь религией как таковой, моральными заповедями и правилами поведения, Христос, каким мы знаем его из Евангелий, не проявляет ни малейшего интереса к правовым вопросам. Единственное упоминание, которое не без труда удается найти в Евангелиях — требование того, чтобы посмевший оскорбить ближнего своего словом «рака» (пустой человек) подлежит [[ru.wp:Синедрион|синедриону]]. Кроме этого, достаточно строгого указания, Христос предпочитает решать юридические и моральные проблемы посредством обращения к совести самих участников событий («кто из вас без греха, пусть первым кинет в нее камень») — о женщине-прелюбодейке, которую приводят к нему для суда.

=== Первая христианская община — Иерусалим времен «Деяний» ===

== От христианской общины до Церкви Христа ==
[[Файл:Christ teacher.jpg|thumb|Изображение в катакомбах Св. Домитиллы (ок. 4 в. н. э.)]]
Христианская община самая первая форма организации христиан. Каждая община объединяла людей, исповедующих новую христианскую веру. Сначала они были немногочисленны, но со временем росло и количество людей в общинах и количество самих общин. Они проводили собрания, читались проповеди.
Объединения людей не были чем-то необычным для того времени. Люди часто объединялись во всякого рода профессиональные и религиозные союзы. Так, уже в I веке начали получать распространение такие формы общественных объединений как коллегии и фиасы. Наиболее известными были коллегии ремесленные, похоронные и религиозные — с целью отправления культа какого-либо божества. В число последних входили коллегии, ставившие целью поклонение различными языческим богам. Особенностью фиасов было наличие патронимикона у её членов.<ref>Культура Древнего Рима</ref>

В объединении, для общих молитв и отправлении религиозных обрядов, нуждались и христиане. Они также создавали свои объединения. Однако христиане не относили себя ни к коллегиям, ни к фиасам. Они называли себя экклесией, хотя языческие авторы и относили их к фиасам. Экклесиями у греков назывались народные собрания — органы местного самоуправления.<ref>И. С. Свенцицкая. Ранее христианство: страницы истории</ref>

Любая общественная организация имеет свою внутреннюю организацию и внутренние правила. Однако, об ранних христианских общинах исторической науке известно крайне мало. Известно, что все члены общины называли друг друга братьями и сёстрами, а внутренняя иерархия отсутствовала. В Откровении Иоанна Богослова — одном из самых ранних текстов формирующейся церкви, мы находим глухие упоминания об «ангеле Сардийской церкви», «ангеле Филадельфийской церкви» и т. д., однако, нам неизвестно, кто были эти ангелы и в чем состояла их роль. С уверенностью можно сказать, что уже в первоначальных христианских общинах существовали определенные разногласия правового характера. Одним из самых известных является «дело Анании и Сапфиры» известное нам по тексту Деяний Апостолов. В соответствии с текстом, в иерусалимскую общину, возглавляемую Св. Петром, где царило строгое правило отказа и объединения имущества, приходят супруги, утаившие часть своего достояния и солгавшие о том апостолу. Опять же, согласно тексту Деяний их судит и карает смертью Святой Дух, после чего верным остается лишь похоронить провинившихся. Смысл этого отрывка вызывает определенные разногласия в среде исследователей, в частности, по мнению польского исследователя З. Косидовского, речь идет о самосуде, осуществленном с благословения руководителей общины.

«Дидахе» (Учение двенадцати), обыкновенно датируемое началом II века н. э. свидетельствует о начавшемся разделении функций между собственно проповедниками (пророками и учителями) с одной стороны, и чисто административными работниками — епископами и дьяконами, осуществлявшими, вероятно, надзор за казной, сбором и распределением средств, а возможно, и связанными с тем правовыми вопросами. Примечательно, что Дидахе наставляет верующих «не презирать» администраторов, специально оговаривая что по рангу они стоят наравне с собственно учителями веры. Дидахе запрещает рядовым верующим «судить» пророков, возлагая эту обязанность непосредственно на Бога; наказание для грешников в среде самой общины состоит в их полном бойкоте вплоть до покаяния — мера, во многом сходная с той, что практиковалась в среде кумранитов.

Также представляется интересным вопрос о наличии в христианских общинах общности имущества и имущественного распределения. Самым известным представлением об обобществлении имущества христиан является иерусалимская община, которая считается первородной христианской общиной. Община описывается в «Деяниях святых апостолов» как идиллическая, где «все же верующие были вместе и имели все общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого.» Однако, возникают некоторые и противоречия. В тех же «Деяниях» говорится «И каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца, хваля Бога и находясь в любви у всего народа». Следовательно, были общинники с домами, тогда возникает вопрос, от какого имущества христиане отказывались в пользу общины, от всего или только от части. Оставив в стороне этот вопрос, как недостаточно проясненный, мы можем, однако, утверждать, опираясь на текст «Деяний», что в иерусалимской общине существовал обычай разделения пищи и одежды между нуждающимися (в частности, среди них упоминаются вдовы). В ответ на жалобы, касательно неупорядоченности и соответственно, злоупотреблений при разделе помощи, апостолы, оставляя за собой чисто богослужебную функцию, соглашаются с тем, чтобы ответственность эту приняли на себя семь выбранных для того людей, во главе со св. Стефаном.

== Крещение Рима: становление христианского государства ==
[[Файл:Constantine I Hagia Sophia.jpg|thumb|Константин Великий приносит Город в дар Богородице. Мозаика над входом в Святую Софию
)]]
Положение христиан в Риме немного изменилось после Никомидийского эдикта от 311 года, выпущенного императором Галерием. Был снят запрет на совершение ими религиозных обрядов, при условии, что они будут молиться об благополучии императора и республики. Однако, им не было возвращено отнятое римскими властями имущество. В отличие от Никомидийского эдикта Миланский эдикт пошел дальше. Любые формы гонения христиан были запрещены окончательно. Более того, Миланский эдикт лишил язычество статуса официальной религии Империи, что лишало его всех существовавших ранее привилегий.

Можно было бы сказать,что император сделал что-то необычное для того времени. Однако, для римского общества ничего удивительного уже не произошло. К тому времени количество христиан сильно возросло, а язычество уже утратило былую популярность. Императорский пантеон богов был заменен новой религией, которая определит дальнейшую историю всей Европы на следующие полтора тысячи лет — христианством.

Тому способствовало распространение христианства на всей территории Империи, начавшееся ещё со второго века, но сильно поднабравшее силу в третье-четвёртое столетие. Возрастающее влияние христианства пугало римские власти, что подтолкнуло Диоклетиана начать массовые чистки в армии и назначению на высокие государственные должности противников христиан, а затем начать массовые гонения, которые приняли масштабы не известные ранее и вошедшие в историю как великие гонения. Однако, остановить распространение христианства было уже невозможно.

== Примечания ==
{{примечания}}

Каноническое право Римско-католической церкви/Глава 1 Возникновение канонического права

2019-04-28T11:47:20Z

Dimetr: /* Крещение Рима: становление христианского государства */

{{header-ru
| title = [[Каноническое право Римско-католической церкви|«Каноническое право Римско-католической церкви»]]
| section = '''Глава 1. Возникновение канонического права'''
| author = Dmitry Zeus
| previous =
| next = [[Право Римско-католической церкви/Организация католической церкви и органы церковного управления|Организация католической церкви и органы церковного управления]] →
}}

== У истоков новой религии ==

=== «Христос — загадочная личность» ===
Мы не будем останавливаться на вопросе об историчности основателя христианства, тем более, что вопрос этот служит предметом бесконечных дискуссий уже в течение без малого двух веков, а конца этим дискуссиям по-прежнему не видно.

Отметим лишь — на правах частного мнения — что у Христа, каким он предстает перед нами в канонических и «запретных» апокрифических Евангелиях, скорее всего, был некий человеческий прототип, оставивший в памяти своих современников неизгладимый след. В дальнейшем на эту основу ложились все новые и новые наслоения, в том числе откровенно сказочные и мифологические; как метко было замечено уже в XXI веке — последователи христианства слышали в проповедях новой религии, «то, что каждый из них желал услышать». В самом деле, для времен Древнего Мира нам известны десятки случаев обожествления тех или иных людей (правителей, мудрецов…) но история не сохранила ни единого, достоверно доказанного случая, «очеловечивания» изначально мифологического образа. Уже это заставляет задуматься; кроме того весьма убедительно звучит довод польского исследователя Зенона Косидовского касательно того, что при жизни Христа подобные ему бродячие учители и проповедники были далеко не редкостью, а порой своей громкой славой даже затмевали скромного мудреца из Галилеи. Обращает также на себя внимание множество деталей, не имеющих вероучительного значения, зато говорящих о реальной политической обстановке и быте того времени, которые некому и незачем было насильственно втискивать в евангелический текст. К таковым относится галилейское происхождение вероучителя; несмотря на то, что мессия и потомок Давида в согласии с ветхозаветными пророчествами должен был обязательно родиться в Вифлееме Иудейском. Посему, как нам известно, составители Евангелий вынуждены были проявить немалую сообразительность, чтобы в нужный момент «переместить» туда Святое Семейство, причем решили эту проблемы кардинально различными способами.

В Евангелиях заметны также смутные, но достаточно заметные для глаза профессионала намеки на тогдашние политические реалии, в частности партию [[ru.wp:Зелоты|зелотов]], пытавшуюся противостоять римскому владычеству с помощью насилия и террора. Имя Симона Зелота носит один из двенадцати апостолов — кому и зачем было вставлять в Евангелие эту совершенно ненужную с точки зрения канона, и пожалуй, небезопасную информацию, также непонятно.

Однако, отвлечемся от этого вопроса, для того чтобы перейти к непосредственному предмету данного исследования: праву новорожденной в те времена проповеди новой религии. В глаза сразу же бросается любопытный момент, достаточно живо интересуясь религией как таковой, моральными заповедями и правилами поведения, Христос, каким мы знаем его из Евангелий, не проявляет ни малейшего интереса к правовым вопросам. Единственное упоминание, которое не без труда удается найти в Евангелиях — требование того, чтобы посмевший оскорбить ближнего своего словом «рака» (пустой человек) подлежит [[ru.wp:Синедрион|синедриону]]. Кроме этого, достаточно строгого указания, Христос предпочитает решать юридические и моральные проблемы посредством обращения к совести самих участников событий («кто из вас без греха, пусть первым кинет в нее камень») — о женщине-прелюбодейке, которую приводят к нему для суда.

=== Первая христианская община — Иерусалим времен «Деяний» ===

== От христианской общины до Церкви Христа ==
[[Файл:Christ teacher.jpg|thumb|Изображение в катакомбах Св. Домитиллы (ок. 4 в. н. э.)]]
Христианская община самая первая форма организации христиан. Каждая община объединяла людей, исповедующих новую христианскую веру. Сначала они были немногочисленны, но со временем росло и количество людей в общинах и количество самих общин. Они проводили собрания, читались проповеди.
Объединения людей не были чем-то необычным для того времени. Люди часто объединялись во всякого рода профессиональные и религиозные союзы. Так, уже в I веке начали получать распространение такие формы общественных объединений как коллегии и фиасы. Наиболее известными были коллегии ремесленные, похоронные и религиозные — с целью отправления культа какого-либо божества. В число последних входили коллегии, ставившие целью поклонение различными языческим богам. Особенностью фиасов было наличие патронимикона у её членов.<ref>Культура Древнего Рима</ref>

В объединении, для общих молитв и отправлении религиозных обрядов, нуждались и христиане. Они также создавали свои объединения. Однако христиане не относили себя ни к коллегиям, ни к фиасам. Они называли себя экклесией, хотя языческие авторы и относили их к фиасам. Экклесиями у греков назывались народные собрания — органы местного самоуправления.<ref>И. С. Свенцицкая. Ранее христианство: страницы истории</ref>

Любая общественная организация имеет свою внутреннюю организацию и внутренние правила. Однако, об ранних христианских общинах исторической науке известно крайне мало. Известно, что все члены общины называли друг друга братьями и сёстрами, а внутренняя иерархия отсутствовала. В Откровении Иоанна Богослова — одном из самых ранних текстов формирующейся церкви, мы находим глухие упоминания об «ангеле Сардийской церкви», «ангеле Филадельфийской церкви» и т. д., однако, нам неизвестно, кто были эти ангелы и в чем состояла их роль. С уверенностью можно сказать, что уже в первоначальных христианских общинах существовали определенные разногласия правового характера. Одним из самых известных является «дело Анании и Сапфиры» известное нам по тексту Деяний Апостолов. В соответствии с текстом, в иерусалимскую общину, возглавляемую Св. Петром, где царило строгое правило отказа и объединения имущества, приходят супруги, утаившие часть своего достояния и солгавшие о том апостолу. Опять же, согласно тексту Деяний их судит и карает смертью Святой Дух, после чего верным остается лишь похоронить провинившихся. Смысл этого отрывка вызывает определенные разногласия в среде исследователей, в частности, по мнению польского исследователя З. Косидовского, речь идет о самосуде, осуществленном с благословения руководителей общины.

«Дидахе» (Учение двенадцати), обыкновенно датируемое началом II века н. э. свидетельствует о начавшемся разделении функций между собственно проповедниками (пророками и учителями) с одной стороны, и чисто административными работниками — епископами и дьяконами, осуществлявшими, вероятно, надзор за казной, сбором и распределением средств, а возможно, и связанными с тем правовыми вопросами. Примечательно, что Дидахе наставляет верующих «не презирать» администраторов, специально оговаривая что по рангу они стоят наравне с собственно учителями веры. Дидахе запрещает рядовым верующим «судить» пророков, возлагая эту обязанность непосредственно на Бога; наказание для грешников в среде самой общины состоит в их полном бойкоте вплоть до покаяния — мера, во многом сходная с той, что практиковалась в среде кумранитов.

Также представляется интересным вопрос о наличии в христианских общинах общности имущества и имущественного распределения. Самым известным представлением об обобществлении имущества христиан является иерусалимская община, которая считается первородной христианской общиной. Община описывается в «Деяниях святых апостолов» как идиллическая, где «все же верующие были вместе и имели все общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого.» Однако, возникают некоторые и противоречия. В тех же «Деяниях» говорится «И каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца, хваля Бога и находясь в любви у всего народа». Следовательно, были общинники с домами, тогда возникает вопрос, от какого имущества христиане отказывались в пользу общины, от всего или только от части. Оставив в стороне этот вопрос, как недостаточно проясненный, мы можем, однако, утверждать, опираясь на текст «Деяний», что в иерусалимской общине существовал обычай разделения пищи и одежды между нуждающимися (в частности, среди них упоминаются вдовы). В ответ на жалобы, касательно неупорядоченности и соответственно, злоупотреблений при разделе помощи, апостолы, оставляя за собой чисто богослужебную функцию, соглашаются с тем, чтобы ответственность эту приняли на себя семь выбранных для того людей, во главе со св. Стефаном.

== Крещение Рима: становление христианского государства ==
[[Файл:Constantine I Hagia Sophia.jpg|thumb|Константин Великий приносит Город в дар Богородице. Мозаика над входом в Святую Софию
)]]
Положение христиан в Риме немного изменилось после Никомидийского эдикта от 311 года, выпущенного императором Галерием. Был снят запрет на совершение ими религиозных обрядов, при условии, что они будут молиться об благополучии императора и республики. Однако, им не было возвращено отнятое римскими властями имущество. В отличие от Никомидийского эдикта Миланский эдикт пошел дальше. Любые формы гонения христиан были запрещены окончательно. Более того, Миланский эдикт лишил язычество статуса официальной религии Империи, что лишало его всех существовавших ранее привилегий.

Можно было бы сказать,что император сделал что-то необычное для того времени. Однако, для римского общества ничего удивительного уже не произошло. К тому времени количество христиан сильно возросло, а язычество уже утратило былую популярность. Императорский пантеон богов был заменен новой религией, которая определит дальнейшую историю всей Европы на следующие полтора тысячи лет — христианством.

Тому способствовало распространение христианства на всей территории Империи, начавшееся ещё со второго века, но сильно поднабравшее силу в третье-четвёртое столетие. Возрастающее влияние христианства пугало римские власти, что подтолкнуло Диоклетиана начать массовые чистки армию и назначению на высокие государственные должности противников христиан, а затем начать массовые гонения, которые приняли масштабы не известные ранее и вошедшие в историю как великие гонения. Однако, остановить распространение христианства было уже невозможно.

== Примечания ==
{{примечания}}

Каноническое право Римско-католической церкви/Глава 1 Возникновение канонического права

2019-04-26T00:37:14Z

Dimetr: /* Крещение Рима: становление христианского государства */

Каноническое право Римско-католической церкви/Глава 1 Возникновение канонического права

2019-04-26T00:36:43Z

Dimetr: /* Крещение Рима: становление христианского государства */

Каноническое право Римско-католической церкви/Глава 1 Возникновение канонического права

2019-01-27T00:49:05Z

Dimetr: /* Крещение Рима: становление христианского государства */

Каноническое право Римско-католической церкви/Глава 1 Возникновение канонического права

2019-01-27T00:45:00Z

Dimetr: /* Крещение Римской империи: становление христианского государства */

Файл:Blason comte fr Longueville -ancien-.png

2018-05-03T21:15:32Z

Dimetr: загружена новая версия «Файл:Blason comte fr Longueville -ancien-.png»: Удаление фона

== Краткое описание ==
Древний герб графов Лонгвиль: лазурь трем цветкам золотых лилий, разбитым в вожде серебряной этикетки и серебряным баром Brochant в целом
== Лицензирование ==
{{PD-Old-100}}

Файл:Blason comte fr Longueville -ancien-.png

2018-05-03T21:10:05Z

Dimetr: Древний герб графов Лонгвиль: лазурь трем цветкам золотых лилий, разбитым в вожде серебряной этикетки и серебряным баром Brochant в целом

Файл:Blason ville fr Montargis (Loiret).png

2017-12-05T01:54:45Z

Dimetr: =={{int:filedesc}}== {{Information |description={{fr|1=Blasonnement : d'azur à la lettre capitale M d'argent surmontée d'une couronne royale fermée du même, accompagnée de trois fleurs de lis d'or, celle de la pointe accostée des lettres capitales L

=={{int:filedesc}}==
{{Information
|description={{fr|1=Blasonnement : d'azur à la lettre capitale M d'argent surmontée d'une couronne royale fermée du même, accompagnée de trois fleurs de lis d'or, celle de la pointe accostée des lettres capitales L et F d'argent; à la filière du même.}}
|date=2016-04-06
|source={{own}}
|author=[[User:Celbusro|Celbusro]]
|permission=
|other versions=
}}

Файл:Blason ville fr Montargis old (Loiret).png

2017-12-05T01:53:25Z

Dimetr: =={{int:filedesc}}== {{Information |description={{fr|1=Blasonnement : d'azur semé de fleurs de lis, à la lettre capitale M surmontée d'une couronne de marquis, le tout d'or (d’Hozier).}} |date=2016-04-06 |source={{own}} |author=[[User:Celbusro|Celbus

=={{int:filedesc}}==
{{Information
|description={{fr|1=Blasonnement : d'azur semé de fleurs de lis, à la lettre capitale M surmontée d'une couronne de marquis, le tout d'or (d’Hozier).}}
|date=2016-04-06
|source={{own}}
|author=[[User:Celbusro|Celbusro]]
|permission=
|other versions=
}}

Файл:Blason comte fr Longueville (ancien).jpg

2017-11-13T04:36:24Z

Dimetr: {{superseded|Image:Blason comte fr Longueville (ancien).svg}} == {{int:filedesc}} == {{Information |Description=Ancien blason des comtes de Longueville : d'azur aux trois fleurs de lys d'or brisé en chef d'un lambel d'argent et d'une barre d'argent broch

== Краткое описание ==
{{superseded|Image:Blason comte fr Longueville (ancien).svg}}
== {{int:filedesc}} ==
{{Information
|Description=Ancien blason des comtes de Longueville : d'azur aux trois fleurs de lys d'or brisé en chef d'un lambel d'argent et d'une barre d'argent brochant sur le tout
|Source={{Own}}
|Date=2007-05-26
|Author=Syryatsu
|Permission=
|other_versions=
}}

== {{int:license-header}} ==
{{PD-self}}

[[Category:Derivatives of the coat of arms of the dukes of Orléans]]
[[Category:Orléans moderne in heraldry]]
[[Category:1 bend sinister argent]]
[[Category:Blason par Syryatsu]]

== Лицензирование ==
{{PD-Old-100}}

Файл:Bastille.de.bois.png

2017-05-21T02:37:09Z

Dimetr: загружена новая версия «Файл:Bastille.de.bois.png»: изменение яркости и резкости изображения

== Краткое описание ==
{{Изображение
| Описание = Осадная бастилия начала XVI в.
| Источник = https://fr.wikisource.org/wiki/Dictionnaire_raisonn%C3%A9_de_l%E2%80%99architecture_fran%C3%A7aise_du_XIe_au_XVIe_si%C3%A8cle/Bastide,_bastille
| Время создания = 1854-1868 гг.
| Автор = Эжен Виоле-ле-Дюк
}}
== Лицензирование ==
{{PD-Old-100}}

Файл:Blason Henri Ier Sinclair.png

2017-04-22T03:05:16Z

Dimetr: https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/4/4c/Blason_Henri_Ier_Sinclair.svg

== Краткое описание ==
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/4/4c/Blason_Henri_Ier_Sinclair.svg
== Лицензирование ==
{{GFDL}}

Америка от доисторических времен до европейской колонизации/Глава 2 Забытое открытие и теории, связанные с правом владения новыми землями

2017-04-03T03:17:11Z

Dimetr: примечания

{{header-ru
| title = [[Великие цивилизации Месоамерики|" Великие цивилизации Месоамерики "]]
| section = '''Глава 1 Происхождение индейцев. Ранние теории.'''
| author = Zoe Lionidas
| previous = ← [[Великие цивилизации Месоамерики /Глава 1 Происхождение индейцев. Ранние теории.|Глава 1 Происхождение индейцев. Ранние теории.]]
| next = [[Великие цивилизации Месоамерики/Глава 2 Спор продолжается|Глава 2 Спор продолжается]] →
}}

== Великий прорыв. Хосе де Акоста ==
{| width="350px" align="right"
|
{| width="350px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:JosedeAcosta01.png|350px]]
|-
| Хосе де Акоста. ''Др. Луис де ла Серна «Хосе де Акоста». - Изображение на современной испанской марке. — 1964 г.''
|}
|}
Хосе де Акоста, писатель, языковед, теолог, провинциал [[ru.wp:Иезуиты|иезуитского ордена]] в [[ru.wp:Лима|Лиме]] прожил для своего времени достаточно долгую и очень насыщенную жизнь. Появившись на свет в [[ru.wp:Медина-дель-Кампо|Медина-дель-Кампо]] (Испания), он принял постриг, и в возрасте 31 года вступил в орден иезуитов, где годом спустя получил назначение в [[ru.wp:Перу|Перу]], чтобы в этом новом для европейцев мире, «проповедовать туземцам слово Божие». Здесь он, как видно, сумел в короткое время заработать себе авторитет и немалое влияние, так как вице-король Перу позаботился о том, чтобы включить его в состав своей свиты, в те времена собиравшейся в путешествие в боливийский [[ru.wp:Сукре (город)|Чаркас]]. По всей видимости, Акоста принимал также участие в [[ru.wp:Война гуарани|войне против южных племен гуарани]] (современная [[ru.wp:Аргентина|Аргентина]]), и возможно, в эти времена даже сумел завязать знакомство с [[ru.wp:Сармьенто де Гамбоа, Педро|Педро Сармьенто де Гамбоа]], «адмиралом» на испанской службе, о котором у нас шла речь в предыдущей главе. Неизвестно в точности, состоялось ли это знакомство, и был ли Сармьенто тем человеком, что «заразил» нашего героя любопытством касательно истории «Индий», зато уже доподлинно известно, что в 1586 году, по возвращении в Перу, Акоста завязал достаточно тесную дружбу с еще одним историком и специалистом касательно происхождения индейцев — Хуаном де Товаром, и даже сделал обширные выписки из его сочинения. Кроме собственно исторических проблем, деятельный иезуит сумел освоить несколько индейских языков, чтобы перевести на них католический [[ru.wp:Катехизис|катехизис]], который в свою очередь превратился в первую печатную книгу, изданную в Новом Свете.

Годом позднее вернувшись в Испанию, Акоста засел уже за собственный труд, получивший название «Естественной и моральной истории Индий», в котором очень подробно остановился на интересующем нас вопросе. Несколько позднее, разногласия с [[ru.wp:Аквавива, Клаудио|генералом иезуитского ордена]], подвигли его на то, чтобы активно хлопотать о созыве Пятой Иезуитской Конгрегации, во время которой энергичный реформатор публично изложил свои претензии и пожелания. Следует заметить, что в среде адептов ордена никакого отклика они не нашли, зато острастки ради их составителя на год отправили в тюрьму. Оказавшись на свободе, и явно потеряв интерес к политической борьбе, Акоста возглавил отделение ордена в [[ru.wp:Вальядолид|Вальядолиде]] (Испания), а также принял должность ректора иезуитского коллежа в [[ru.wp:Саламанка|Саламанке]], причем на этой должности оставался до самой смерти, последовавшей в 1600 году.

Однако, как было уже сказано, нас будет интересовать его главный труд, увидевший свет за 11 лет до кончины этого нетривиального мыслителя, в котором Акоста без лишних сантиментов одну за другой разбирает существующие теории, и столь же безжалостно их отвергает, прежде чем выдвинуть собственное видение вопроса.

Итак, в первую очередь он остановился на самом методе, который, как мы убедились, с неизменностью заводил его предшественников в тупик. Еще не обладая достаточными для того знаниями, так как наука лингвистика еще не успела появиться на свет, он отверг словесные совпадения, как «''слишком легковесные для столь фундаментальных выводов''», решительно отказываясь верить, что «Перу» есть «Офир», а «Юкатан» был назван в честь библейского Йоктана, а инкские имена «Тито» и «Пауло», каким-то образом связаны с римскими «Тит» и «Павел».

Далее, задавшись вопросом, который благополучно проглядели предыдущие исследователи, Акоста пожелал понять: каким образом в Америке оказались животные?… Подобная ошибка, дорогой читатель, в современной психологии науки носит наименование «части от целого»: состоит она в том, что исследователь, увлекшись той или иной темой, благополучно не обращает внимания на часть сопутствующих обстоятельств, и уже потому обречен на неправильное решение. Ошибка эта исключительно опасна уже тем, что совершают ее не лгуны или подтасовщики, но вполне добросовестные ученые, которые увлекшись той или иной, заинтересовавшей их мыслью, просто не побеспокоились тем, насколько правильно поставлено условие задачи и не пропущены ли те или иные условия. В настоящее время мы обязательно учитываем подобную склонность человеческой психики и умеем ее преодолевать, но для своего времени Акоста, несомненно был первопроходцем.

Итак, откуда в самом деле в Америке могли появиться животные? Ведь если принять на веру легенду о Всемирном Потопе (о том, чтобы ставить под сомнение Библию наш автор, как правоверный католик даже помыслить не мог!) придется принять, что они появились там уже после этой катастрофы. В самом деле, если растения тем или иным образом смогли пережить беду, то звери и птицы должны были утонуть все до единого; в живых оставались лишь те, кого праотец Ной принял в качестве пассажиров на свой ковчег. Но Ковчег, опять же в согласии с буквой Священного Писания, остановился на горе [[ru.wp:Арарат|Арарат]], в современной [[ru.wp:Армянское нагорье|Армении]], и перебраться через океан четвероногие не имели ни малейшей возможности. Представить себе второй ковчег, созданный специально для «Западных Индий» было бы откровенной ересью, предположить, что они были перенесены туда ангелом тоже вряд ли представлялось возможным. Что касается мясного и молочного скота, с натяжкой можно было предположить, что мореплаватели брали его с собой на корабль в качестве живого запаса пищи, однако, в Америке водятся такие опасные звери как волки, [[ru.wp:Пума|пумы]] — и добавим от себя — медведи. Кто в своем уме стал бы брать хищников на корабль, чтобы кормить их в течение долгих месяцев пути и затем выпустить на новую землю?…

Впрочем, и с людьми все далеко не ясно. Даже самые тщательные поиски в архивах не позволили вдумчивому монаху предположить, что древним было известно применение компаса, или просто магнитного камня; попытка пересечь океан, не располагая столь важным инструментом была бы откровенным безумием, кроме того, если древние действительно побывали на американских берегах, почему ни один документ, сохранившийся до Нового Времени ни словом не упоминает об этом? Вариант, что в Америке оказался корабль, случайно заброшенный туда бурей, также отметается с самого начала. Чтобы заселить пустынный континент путешественникам понадобились бы женщины, то есть речь уже с самого начала должна была идти о полноценной колонии (и, добавим также от себя, достаточно крупной, чтобы поддержать генофонд и не исчезнуть через несколько столетий по причине близкородственных браков). Так же категорически Акоста отметает «[[ru.wp:Атлантида|атлантическую]] теорию», замечая, что «''лишь дети и старые бабы'' (то есть самая легковерная часть населения — прим. переводчика), ''способны поверить, будто [[ru.wp:Платон|Платон]] говорил об этом острове''». Столь же маловероятным кажется ему происхождение индейцев о Десяти Пропавших Колен. Несомненно, соглашается Акоста, что вслед за евреями индейцы «''боязливы, податливы, церемонны и вероломны''». Но с другой стороны, у евреев была развитая система письменности, в то время как у индейцев ничего подобного не наблюдалось. Кроме того, Ездра утверждает, что Десять Пропавших Колен укрылись в земле Арсареф, чтобы и далее беспрепятственно придерживаться своей религии. Но вряд ли кто-то взялся бы возразить, что у индейцев не было даже следов веры в [[ru.wp:Мессия|Мессию]], в единого Бога Яхве, памяти о своих славных предках — попросту говоря, ничего. Иными словами, оказавшись на новом континенте евреи должны были все до единого быть поражены общим беспамятством и строить новую культуру с полного нуля, причем такую, которая не имела ни малейшего сходства с прежней. Они не исполняли даже [[ru.wp:Обрезание|обрезания]], без чего правоверный иудаизм просто не представлялся возможным.

{| width="600px" align="left"
|
{| width="600px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Typus Orbis Terrarum drawn by Abraham Ortelius.jpg|600px]]
|-
| Карта мира конца XV в. ''Абрахам Ортелий «Карта шара земного». - 1589 г. - Национальная библиотека Австралии. — Канберра, Австралия.''
|}
|}
Таким образом, обращение к старинным авторитетам, без которого была немыслима тогдашняя наука, в интересующем нас случае оказывалось бессильным? Что же предлагалось вместо него?… Индейцы несомненно произошли от Адама и мигрировали из Старого Света, так как никаких других вариантов их происхождения ни Библия ни Священное предание не допускали. Таким образом, решение представлялось единственным: заселение Америки произошло в сравнительно скором времени после Потопа, путем вполне ординарным и привычным. Некие племена, теснимые врагом, или вынужденные мигрировать из-за перенаселения своей области и соответствующей нехватки продовольствия просто переселились на новые места обитания, как это делалось и делается постоянно. Но так как вместе с ними на новый континент смогли перебраться животные, продолжает Акоста, следует с высокой вероятностью предположить, что со Старым Светом Америка соединена неким сухопутным перешейком, или на худой конец, узким проливом, сходным по виду с недавно открытым в его время [[ru.wp:Магелланов пролив|проливом Магеллана]]. Таким образом, люди и животные могли перебраться на новое место обитания не замочив ног, или на худой конец, преодолеть узкую полоску воды вплавь или на лодках. А ввиду того, что произошло это в очень давние времена, когда предки индейцев сохраняли еще дикарские обычаи и весьма короткую память о своем прошлом, не было ни малейшего смысла искать сходства между их культурой и некоей культурой и языком Старого Света, ибо становление того и другого, произошло уже ''после разделения''. Надо сказать, что это была по-настоящему гениальная догадка, всю глубину которой потомки сумеют оценить лишь три века спустя, когда будет открыто существование [[ru.wp:Берингия|Берингии]] — ушедшего на морское дно узкого перешейка между Америкой и Азией.

Но где же мог по мнению Акосты находиться загадочный «сухопутный мост»? Чтобы ответить на этот вопрос посмотрим на карту Земли, какой она представлялась современникам нашего автора. Легко увидеть, что из все частей Света лишь Европа была изучена в достаточной мере, Азия представляется сильно сплющенной, ее правый край и вовсе исчезает в неизвестности. Из обеих Америк в достаточной мере изучена только Южная, в то время как Север опять-таки теряется в безвестности, а всю приполюсную часть планеты на Юге занимает мифическая «Terra Australis Incognita» — [[ru.wp:Неведомая Южная земля|Неведомая Южная Земля]]. Кстати говоря, европейцы той поры предполагали этот неведомый материк тропическим и жарким, идея, что на Юге может быть не менее холодно, чем на Севере, просто не приходила в тогдашние головы — и заблуждение это будет рассеяно только опытом.

Таким образом, продолжал Акоста, загадочный сухопутный мост может соединять Неведомую Южную Землю с Южной Америкой, кроме того (кто знает?) Америка Северная может быть также соединена с [[ru.wp:Гренландия|Гренландией]], издавна известной европейским народам. Также между Азией и Америкой картографы уверенно рисовали полумифический «залив Аньан», представлявшийся узкой дугообразной полоской воды, причем на разных картах он мог кочевать от современной Канады вплоть до [[ru.wp:Калифорния|Калифорнии]]. Таким образом, индейцы могли перебраться на свою новую родину без всякого труда, причем во времена очень отдаленные. Таким образом, задача должна была решаться не авторитетом, но простым ежедневным опытом, который единственный мог привести к желаемой цели.

Надо сказать, что первые сомнения в непогрешимости авторитетов прошлого стали высказываться задолго до Акосты. В частности, ему скорее всего был известен забавный казус, произошедший на заре эпохи Великих Географических Открытий. Как известно, исследование Земли начал португальский принц [[ru.wp:Генрих Мореплаватель|Генрих Мореплаватель]], пожелавший обогатить свою страну торговлей (а позднее, может быть, и завоеваниями?) сказочно богатых индийских земель. Однако, известный в те времена путь в Индию лежал через [[ru.wp:Красное море|Красное море]], и прочно удерживался мусульманами, отнюдь не жаждавшими допустить к источнику своего богатства конкурентов. Оставался путь вокруг Африки, но против него восставал непогрешимый авторитет древнего географа [[ru.wp:Клавдий Птолемей|Птолемея]], объявлявший, что за мысом Нон (то есть «далее пути нет» — современный [[ru.wp:Буждур|мыс Бохадор]] на западном побережье Африки), начинается «зеленое море мрака», где вода кипит, паруса и обшивка корабля загораются, а любой белый человек немедленно превращается в негра. Это сейчас вам смешно, читатель, в те же времена авторитет Птолемея был непререкаем, и первые несколько кораблей, отправленные Генрихом в путешествие, неизменно возвращались назад, так как их капитаны не в силах были заставить себя приблизиться к злосчастному мысу. Потребовалась третья попытка, команда собранная из отпетых головорезов и каторжников, которым обещано было прощение, а также категорический приказ принца, чтобы наконец в 1434 году [[ru.wp:Эанеш, Жил|Жил Эанеш]] наконец-то заставил себя это сделать… и убедился, что Птолемей был неправ.

Следует заметить, что касательно самой идеи «сухопутного моста» Акоста не был первопроходцем; в первый раз о ней вскользь упоминает Овьедо — да, тот самый, что пожелал заселить американский континент одичавшими испанцами. Предпочтительность опыта перед любыми умозрительными конструкциями проповедовал изначально [[ru.wp:Бэкон, Роджер|Роджер Бэкон]] — великий философ и естествоиспытатель XIII века, однако, сейчас, видимо, время этих идей пришло, они были услышаны, и если открытию Берингии придется подождать еще 350 лет, то преимущество опыта над философией станет одним из краеугольных камней рождающейся науки Нового Времени — и уже в этом немалая заслуга Хосе де Акосты. Что же касается гениальной догадки о существовании «сухопутного моста», причина того, что она не оказалась немедленно принята и подхвачена ученым сообществом того времени, не была в том, что это самое ученое сообщество состояло сплошь из непроходимых дураков, или столь же непроходимых консерваторов, не желавших никоим образом расставаться с полюбившимися теориями. Когда мы говорим, что та или иная догадка опережает свое время, это значит лишь, что в момент, когда она была выдвинута, не было возможности ее ни подтвердить ни опровергнуть. Человечество просто не обладало достаточным запасом знаний, который могло дать лишь полное картографирование Земного Шара, на что потребуется еще несколько столетий, и самоотверженный труд многих десятков путешественников и картографов. С точки зрения представителя XVI века догадка Акосты просто повисала в воздухе, будучи не лучше и не хуже, чем все прочие бездоказательные утверждения, о которых мы имели удовольствие беседовать в первой главе. И лишь мы с вами, задним числом, уже зная, что она в конечном итоге подтвердилась, восторгаемся гениальностью автора, забывая о десятках и сотнях подобных же догадок, забытых вследствие их ошибочности, выяснившейся опять же многими годами позже. Впрочем, вернемся.

== Теории, связанные с правом владения новыми землями ==

=== Плавание принца Мадока ===
{| width="350px" align="right"
|
{| width="350px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Original.4278.jpg|350px]]
|-
| Принц Мадок (видение современного художника).
|}
|}
Итак, к началу нового XVII века вопрос о происхождении индейцев потерял, если можно так выразиться, свою религиозную подоплеку. Умозрения об индейцах-«животных» остались в далеком прошлом, все обитатели европейских колониальных владений на обоих континентах были благополучно христианизированы. Однако, вопрос по-прежнему сохранял политическую остроту: европейские нации ожесточенно спорили между собой о том, кто имеет преимущественное «право» на владение новооткрытыми землями, причем для подтверждения своих притязаний выдвигались аргументы как вполне весомого характера, так и откровенные фальшивки — ну что же, вполне обычный случай, когда дело идет о крупной собственности.

Однако, если испанцы и португальцы ссылались в своих притязаниях на вполне реальный договор, известный историком под названием [[ru.wp:Тордесильясский договор|тордесильянского]], в котором обе мореходные нации по-братски разделили между собой земной шар, так, что испанцам (с некоторыми ограничениями) досталось все Западное полушарие, в то время как португальцам — восточное, прочие нации, полагая себя обделенными подобной дележкой, требовали соблюдения своих «прав», поданных под более или менее мифическим соусом. Так венецианец Николо Зено, как видимо, уязвленный тем, что новые земли открыты были выходцем из [[ru.wp:Генуэзская республика|Генуи]] — давней соперницы [[ru.wp:Венецианская республика|венецианской республики]], в 1558 году выпустил книгу, в которой во всеуслышание объявлял, будто в 1390-х годах (то есть за столетие до Колумба), двое из его предков посетили будущую Америку под флагом некоего таинственного «принца Генри Синклера». Впрочем, от подобной «теории» разило фальшивкой настолько явственно, что всерьез ее никто никогда не принимал.

Со своей стороны, француз Гильом Постель желал убедить научное общество, будто американский материк был прекрасно известен [[ru.wp:Галлы|древним галлам]], которые, впрочем, быстро разочаровались с своем открытии, посчитав новую землю чересчур дикой и непригодной для поселения.

Именно на такой, если можно выразиться, «националистической» волне, [[ru.wp:Ди, Джон|Джон Ди]] и вслед за ним [[ru.wp:Хаклюйт, Ричард|Ричард Хаклюйт]] вытащили из забвения историю о [[ru.wp:Мадог ап Оуайн Гвинед|принце Мадоке]]. Ввиду того, что эта легенда оказалась исключительно живучей, и даже в настоящее время находит своих последователей, расскажем о ней подробнее.

История начинается с царствования [[ru.wp:Оуайн ап Грифид|Оуэна Гвинедда]], одного из величайших правителей [[ru.wp:Гвинед (королевство)|средневекового Уэльса]]. За 62 года правления (немалый срок даже в наше время, что уже говорить о Средневековье!) после смерти короля [[ru.wp:Генрих I (король Англии)|Генриха Боклерка]], воспользовавшись долгой смутой, которая разделила двоих претендентов на английский трон, ([[ru.wp:Стефан (король Англии)|Стефана Блуасского]] и дочь Генриха — [[ru.wp:Матильда (королева Англии)|Матильду]]), ему удалось значительно расширить свои владения, а также упрочить свою власть, так, чтобы ни он сам ни его наследники в течение достаточно продолжительного времени могли не бояться поползновений со стороны английских королей. Известно, что от двух своих жен этот бравый король имел ни много ни мало 19 сыновей и дочерей. Однако, согласно легенде, кроме этих законных наследников, у него было еще двое сыновей, рожденных вне брака: Мадок (варианты имени: Мадог, Мадауг), и его брат Риддид. Впрочем, неурядиц в королевской семье хватало и без них. Как и следовало ожидать, после смерти отца, подросшие сыновья не на жизнь а на смерть сцепились в борьбе за власть. Не желая принимать участия в бойне, Мадок во главе своих людей вышел в океан, где наткнулся на неведомую пустынную землю. Твердо решив основать здесь колонию, он вернулся за новыми поселенцами, на сей раз снарядив для них десять кораблей. О том, что произошло дальше, единого мнения нет. Кто-то утверждает, что отважного первопроходца в Европе больше не видели, кто-то наоборот, считает, что Мадок вернулся еще раз, после чего пропал уже без следа. Для нас это дела не меняет. История принца Мадока, чьи земли в [[ru.wp:Елизавета I|елизаветинское]] время уже давно и прочно были завоеваны [[ru.wp:Британская империя|Британской империей]], должны были служить «законным» основанием для английских притязаний на земли Северной Америки.

Уже в современности удалось разыскать истоки этой истории. Судя по всему, первые варианты легенды о путешествии Мадока стали популярны среди [[ru.wp:Кельтские языки|кельтоговорящих]] обитателей Британских островов и Франции в XV веке, однако, к великому для нас сожалению, до нас это устное творчество не дошло. Первая детальная запись этой истории содержится в «Истории Уэльса», принадлежащей перу валлийского историка Хамфри Ллвида. Известно, что для своего труда он пользовался старинными хрониками, до нашего времени не сохранившимися. После смерти автора, рукопись сменила нескольких хозяев, пока не оказалась в руках Ричарда Ди, во всеуслышание объявившего об английском приоритете в деле открытия Америки.

Впрочем, кроме литературы строго исторической, о Мадоке рассказывают поэмы, старейшая из которых принадлежит перу Киндддельва — одного из величайших уэлльских бардов XII века, судя по всему, знал Оэуна Великого, которому даже посвятил одну из своих поэм. Однако, упоминание это сводится буквально к двум строкам в «Элегии о семье Оуэна Гвинедда»: риторическому вопросу, не погиб ли Мадок в море, и скорби о том, кто не был «ненависти рабом». В дальнейшей поэтической традиции легенда продолжает развиваться, история Мадока получает достаточно полный вид; при том, что среди ее создателей нет даже тени согласия в том, плавал ли Мадок в Америку, или вообще куда-либо. Если один утверждает, что он благополучно завершил свой век в Уэльсе, даже не думая о том, чтобы куда-либо отправиться, другой отсылает его в испанскую [[ru.wp:Галиция|Галицию]], или «Арморику» — то есть [[ru.wp:Бретань|Бретань]] — обычное в те времена место переселения с Британских островов. В частности, именно так когда-то нашли себе приют беженцы от [[ru.wp:Англосаксонский период|англосаксонского завоевания]].

Уже много более поздняя традиция начинает развивать «американскую» гипотезу его предположительного путешествия, с достаточной уверенностью рассказывая, будто он вместе со своими людьми высадился в бухте [[ru.wp:Мобилский залив|Мобил-Бей]], где сейчас находится город [[ru.wp:Мобил (Алабама)|Мобил Алабама)]], во [[ru.wp:Флорида|Флориде]], [[ru.wp:Ньюфаундленд|Ньюфаундленде]], [[ru.wp:Ньюпорт (Род-Айленд)|Ньюпорте (Род-Айленд)]], [[ru.wp:Ярмут (графство, Новая Шотландия)|Ярмуте (в Новой Шотландии)]], [[ru.wp:Виргиния|Виргинии]], в [[ru.wp:Мексиканский залив|Мексиканском Заливе]], на [[ru.wp:Юкатан|Юкатане]], на побережье [[ru.wp:Карибское море|Карибского моря]], на [[ru.wp:Теуантепек (перешеек)|перешейке Теуантепек]], на территории нынешней [[ru.wp:Панамы|Панамы]], на одном из [[ru.wp:Бермудские Острова|островов Бермудской гряды]], в устье [[ru.wp:Миссисипи|Миссисипи]] или [[ru.wp:Амазонка|Амазонки]], или, наконец, на [[ru.wp:Багамские Острова|Багамах]]. Такая уверенность тем более удивляет, что судя по тем же документам и легендам, колонисты Мадока пропали без следа, никогда так и не дав о себе знать. Кто-то полагает, что он воспользовался тем же течением и попутным ветром, которые привели в Америку викингов [[ru.wp:Лейф Эрикссон|Лейфа Эрикссона]] (об этом путешествии будет рассказано ниже), другие полагают, что Мадок избрал для себя «южный» путь, которым тремя столетиями позднее воспользовался [[ru.wp:Колумб, Христофор|Христофор Колумб]].

{| width="550px" align="left"
|
{| width="550px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:1854 Catlin Mandan Mato-Tope mit Frau und Sohn anagoria.jpg|550px]]
|-
| Семейство индейцев-манданов. ''Джон Кэтлин «Мандан Мато-Топе с супругой и сыном». - Рисунок. — 1854 г. - Этнологический музей. - Берлин, Германия.''
|}
|}
Однако, наиболее разработанный, если можно так выразиться, вариант легенды предполагает, будто Мадок со своими людьми обосновался в Мобил-Бей, где, защищаясь от враждебности местных племен, возвел каменную крепость. Утверждение это базируется на свидетельстве одного из конкистадоров — [[ru.wp:Сото, Эрнандо де (конкистадор)|Эрнандо де Сото]], который, обычным порядком разыскивая «золотой город», побывал здесь в 1539—1543 гг. и мимоходом упомянул неизвестного происхождения остатки каменной стены или крепости, которые видел в этих местах. Развалины фанатичными последователями истории Мадока были немедленно отнесены к своему герою, также как в средневековой Европе любые непонятные развалины списывались на счет [[ru.wp:Александр Македонский|Александра Македонского]]. Но это в порядке шутки. Отсюда валлийцы двинулись на север, и обосновались там, где ныне располагается город [[ru.wp:Чаттануга|Чаттануга (Тенесси)]], выстроили очередную каменную кладку, известную как Горный Форт ([[ru.wp:Джорджия|Джорджия]]), и Старый Каменный Форт ([[ru.wp:Теннесси|Теннесси]]). Продолжая двигаться к северу, валлийцы с трудом пережили одну или несколько суровых зим, после чего значительно поредевшие их остатки, постепенно одичали, забыв о своем происхождении и истории и превратились в племя «белых индейцев», полулегендарные сведения о котором долгое время жили в умах исследователей американского континента.

Между тем, первопроходцы американского континента, и вслед за тем многочисленные миссионеры, несшие американским индейцам «слово божие», один за другим стали сообщать о встречах со странного вида индейцами, говорящими на [[ru.wp:Валлийский язык|валлийском языке]]. К сожалению, большинство из этих свидетельств было получено из вторых и третьих рук, причем их авторы понимали по-валлийски плохо или вовсе никак, сообщая лишь, что те или иные встреченные ими племена использовали в своем языке «валлийские слова» или «звуки», или слышали об этом от неких, не названных ими людей. В качестве примера, стоит привести Дэвида Ингрема, родом из Баркинга ([[ru.wp:Эссекс|Эссекс]]), который, вынужденный в течение 12 месяцев оставаться среди индейцев, обитавших на побережье Мексиканского Залива различал в их языке некие слова, сходные по звучанию с валлийскими. О подобных «сходствах» мы говорили с вами уже не раз и не два, так что нет оснований еще раз доказывать, столь мало они стоят. Куда интересней представляется свидетельство уже прямого очевидца — преподобного Моргана Джонса. В 1666 году в [[ru.wp:Северная Каролина|Северной Каролине]], он оказался в плену у вполне реально существовавших индейцев доег. Воинственные дикари уже совсем собрались разделаться с непрошеными гостями, как по счастливой случайности, миссионер заговорил на валлийском языке — и вместе со своими товарищами немедленно получил помилование. Историю тут же подхватили, причем из раза в раз очередной путешественник рассказывал, как вырвался из рук свирепых туземцев (обычно неназванных и неопределимых) благодаря знанию валлийского языка. Вместе с исследованием американского континента, родина таинственных «белых индейцев» постепенно отодвигалась на запад, вверх по течению Миссисипи и [[ru.wp:Миссури|Миссури]], в частности, один из пионеров [[ru.wp:Дикий Запад|Дикого Запада]], [[ru.wp:Бун, Даниэль|Даниэль Бун]], уверял, будто встречал там голубоглазых индейцев, предположительно, говоривших на валлийском языке. В течение XVII и XVIII вв. свидетельства продолжали множиться, в частности, в 1764 году валлиец по имени Морис Гриффит оказался в плену у индейцев [[ru.wp:Шауни (народ)|шауни]], и конечно же, спас жизнь самому себе и своим товарищам, заговорив по-валлийски. Приблизительно в то же время капитан Айзек Стюарт и его товарищ Джон Дэвид, родом из Уэлльса, будучи выкуплены из индейского плена испанцами, где-то в районе [[ru.wp:Ред-Ривер (приток Миссисипи)|Ред-Ривер]] якобы повстречались с индейцами, говорившими на валлийском языке, и рассказывавшими, будто их предки пересекли океан и высадились на побережье Флориды. Они же якобы продемонстрировали любопытным путешественникам старинные [[ru.wp:Пергамент|пергаменты]], сплошь заполненные некими письменами.

Коротко говоря, дело дошло до того, что представители Лондонского Уэльсского Сообщества, соблазнившись возможностью отыскать в Америке потомков принца Мадока, в 1792 году отправили с этой целью в [[ru.wp:Луизиана|Луизиану]] молодого Джона Эванса. Посланцу удалось благополучно добраться до [[ru.wp:Сент-Луис|Сен-Луиса]], где местные испанцы отнеслись к нему достаточно недружелюбно, заподозрив англичанина в шпионаже или тайном желании возмутить индейцев против местной власти. Впрочем, ему дали беспрепятственно присоединиться к экспедиции Джеймса Маккея, торговца, отправлявшегося вверх по течению Миссури. Проведя в дороге несколько лет, и даже будучи принятым индейцами-[[ru.wp:Манданы|манданами]] в качестве гостя, Эванс вернулся в Англию с обескураживающими новостями: никаких «белых индейцев» на своем пути ему встретить не удалось. Впрочем, горячих поклонников легенды это не остановило: немедленно по возвращении Эванса в Лондон, неизвестно откуда взялся упорный слух, будто испанцы дали ему крупную взятку, чтобы таким образом, заставить корыстолюбивого англичанина скрыть от соотечественников «правду». Пустопорожний спор продолжался до начала XIX века, когда [[ru.wp:Экспедиция Льюиса и Кларка|Люьис и Кларк]], пересекшие американский континент вплоть до Тихого океана, также не сумели обнаружить на своем пути никаких «белых индейцев». Скептики поспешили объявить, будто они попросту «разминулись» с потомками Мадока, воспользовавшись не тем притоком Миссури, возле которого обитало искомое племя.

{| width="450px" align="right"
|
{| width="450px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Mandan Bull Boats and Lodges- George Catlin.jpg|450px]]
|-
| Одно из «доказательств» валлийского происхождения манданов - т.н. бычьи лодки, похожие по виду на валлийские кораклы. ''Карл Бодмер «Деревня манданов» (фрагмент). - Рисунок. - 1893 г. - Библиотека Конгресса. - Вашингтон, США.''
|}
|}
Легенда о принце Мадоке упорно не желала умирать. Путешественник и исследователь Дикого Запада [[ru.wp:Кэтлин, Джордж|Джордж Кэтлин]], во время своей экспедиции 1829—1838 гг. проведший несколько месяцев в гостях у тех же индейцев-манданов был совершенно убежден, что они происхождением своим обязаны пропавшим валлийцам. В потомки беглого принца последовательно записывали [[ru.wp:Делавары|делаваров]], [[ru.wp:Чероки|чероки]], [[ru.wp:Команчи|команчей]], конестога, [[ru.wp:Крики|криков]], [[ru.wp:Хопи (народ)|хопи]], [[ru.wp:Модоки|модоков]] (разве одно имя не является доказательством?), [[ru.wp:Навахо (народ)|навахо]], оманов, [[ru.wp:Сенека (народ)|сенека]], шауни, [[ru.wp:Тускарора (народ)|тускарора]] и т. д., пробравшись даже в один учебник американской истории начала ХХ века. Впрочем, к нашему времени, миф о валлийских индейцах окончательно потерял доверие серьезных ученых, оставшись в основном «дразнящей сенсацией» около- и псевдонаучных трудов.

Что можно сказать с высоты знаний нашего нового века? В принципе своем, сам факт, что некий валлийский мореплаватель (назовем его Мадок или как-то еще), мог пересечь вместе со своими людьми океан, вполне правдоподобен. Двумя столетиями ранее с этой задачей уверенно справились будущие гренландцы а затем и моряки Лейфа Эрикссона. Нет ничего невероятного в предположении, что датчане, о[[ru.wp:Данелаг|босновавшиеся на какое-то время на Британских островах]], вполне могли принести с собой (и передать местным жителям) умение ориентироваться в открытом море. Так же чисто теоретически можно предположить, что «белые индейцы» действительно существовали, но были истреблены местными племенами или смешались с ними, и таким образом, исчезли без следа ранее того времени, когда американский континент подвергся основательному изучению. Другое дело, что Горный Форт, о котором уже шла речь, представляющий круговидную гряду беспорядочно сваленных друг на друга необработанных камней, может быть и чисто природным образованием, и делом рук американских индейцев. Что касается Старого Каменного Форта, то углеродный анализ найденных там органических останков, показал время ок. 430 г. до н. э., так что данное сооружение к Мадоку и его валлийцам никакого отношения иметь не может.

Беда состоит в том, что все документы и хроники Уэльса, относящиеся к предположительному времени жизни нашего героя и его брата, дружно хранят о них молчание. Согласитесь, читатель, средневековый Уэльс не был [[ru.wp:Тмутаракань|Тьмутараканью]] где-то на краю света, высокоцивилизованная страна, со своей историей, амбициями, литературой — сын короля, пусть и незаконный был достаточно крупной фигурой. Он просто обязан был владеть некоей собственностью (снарядить за свой счет десять кораблей — не шутка!), иметь во владении один или несколько замков, где обязательно велись бухгалтерские книги, на ком-то жениться, что-то покупать или с кем-то воевать. Столь же непонятно, почему достоверные сведения о нем самом и о его предположительной биографии появляются несколькими веками спустя. Именно достоверные сведения: поэтическая традиция имеет неприятное свойство приукрашивать, а то и попросту выдумывать события. Так, к примеру, вполне реальной исторической личности — Александру Македонскому, в Средние века приписывались совершенно фантастические подвиги, как то битва с библейскими [[ru.wp:Гог и Магог|Гогом и Магогом]], и путешествие в мифическую Страну Ста Источников, где били ключи вечной молодости и бессмертия. В поэмах фигурируют, к примеру, [[ru.wp:Тристан и Изольда|Тристан и Изольда]], никогда не существовавшие на самом деле. Краткие упоминания в поэме Кинддельва нам мало что дают — так как имя Мадок было в те времена довольно распространено, в частности, его носил зять Оуэна Великого — [[ru.wp:Мадог ап Маредид|Мадок ап Маредидд]], правитель [[ru.wp:Поуис (королевство)|Поуиса]], при дворе которого подвизался искомый бард. Так что и здесь загадка допускает два решения. Можно сослаться на том, что архивы изучены далеко не целиком, и существуют многие сотни документов, которых просто не коснулась еще рука исследователя. Быть может, нужные нам сведения скрыты именно там? Менее вероятно, что нужные нам документы пропали во время одной из мировых войн или в более раннюю эпоху, во время пожара или опять же, военного катаклизма — случай отнюдь не редкий в истории Уэльса, хотя столь «выборочное» исчезновение представляется несколько сомнительным. И столь же возможно, вслед за Джоном Уильямсом, английским исследователем конца XVIII века предположить, что принц Мадок с самого начала был фигурой чисто мифической. Таким образом, оставляем вопрос без ответа, история неполна и требует своего продолжения. Заметим лишь, что Мадок (если он действительно существовал и действительно оказался в Америке в конце XII века, к заселению континента никакого отношения иметь не мог. Посему, движемся дальше.

=== Герои Троянской войны ===
Напомним вкратце содержание мифа о Троянской войне в том виде, в каком он дошел до нас в произведениях Гомера и Виргилия. Итак, богатый город Троя (как было выяснено уже в XIX веке) располагавшийся в Малой Азии, на побережье Средиземного моря, был богат, и силен. Принц троянский Парис, соблазнил красавицу Елену, жену спартанского царя, и тайком увез ее с собой. Оскорбленный муж, вместе со своими греческими союзниками, осадил город. Борьба за обладание Троей продолжалась десять лет; в конечном итоге, ахейцы с помощью хитрости ворвались в город. Гомер умалчивает о том, удалось ли кому-либо из побежденных троянцев избежать рабства; историю об Энее, сыне Анхеса и богини Афродиты, которому удалось вместе со своими спутниками благополучно отплыть из горящего города, рассказывает лишь Виргилий, делая своего героя родоначальником города Рима.

== Финикийский след ==

А между тем беспочвенное гадание продолжалось. Испанец Энрике Мартинес, в XVII веке посетивший Ригу, додумался до того, что индейцы — потомки прибалтов, разглядев между теми и другими ему одному ведомое «антропологическое сходство»<ref>http://www.e-reading.biz/chapter.php/126294/52/Kondratov_-_Zagadki_Velikogo_okeana.html</ref>. Но всех перещеголял некий Харольд Гледвин, додумавшийся до того, что индейские цивилизации начались с посещения Америки без вести пропавшим флотом Неарха, флотоводца Александра Македонского, которому неведомым способом удалось пересечь Тихий океан. Теория звучала настолько нелепо, что даже современники задавались вопросом, не пытается ли достопочтенный Гледвин попросту разыграть научное сообщество, выставив ученых мужей дураками. Ответа на этот вопрос не существует до сих пор<ref>http://books.google.ca/books?id=l2BrqdFg5AkC&pg=PT88&dq=alexander's+fleet+theory+Gladwin&hl=fr&sa=X&ei=jAprUu3wDeGbygGu_oGYAQ&ved=0CD8Q6AEwAg#v=onepage&q=Solutrean&f=false</ref>.

http://books.google.ca/books?id=bJouAAAAYAAJ&pg=PP7&lpg=PP7&dq=Historical+researches+on+the+conquest+of+Peru,+Mexico,+Bogota,+Natchez,+and+Talomeco+in+the+thirteenth+century+by+the+Mongols,+accompanied+with+elephants&source=bl&ots=y7MqIrcHHB&sig=8QCC66o2GOQ8wBBlVs89EydSoeU&hl=fr&sa=X&ei=vzpwUrfbNdCuyAGv_YGABA&ved=0CDUQ6AEwAQ#v=onepage&q=Historical%20researches%20on%20the%20conquest%20of%20Peru%2C%20Mexico%2C%20Bogota%2C%20Natchez%2C%20and%20Talomeco%20in%20the%20thirteenth%20century%20by%20the%20Mongols%2C%20accompanied%20with%20elephants&f=false

http://books.google.ca/books?id=9hs7AAAAYAAJ&pg=PA184&dq=indians+from+Atlantis&hl=fr&sa=X&ei=Bz1wUpvCH_PlyAGLpoCwDw&ved=0CG8Q6AEwCA#v=onepage&q=Atlantis%20indians&f=false

http://books.google.ca/books?id=7RGlz9a4wVYC&pg=PA24&dq=basques+discover+america&hl=fr&sa=X&ei=Bk5wUsuFG6SHygHU2YGACA&ved=0CEcQ6AEwAw#v=onepage&q=basques%20discover%20america&f=false

Who first discovered America? : a critique of writings on Pre-Columbian voyages

Pre-Columbian Trans-Oceanic Contact

http://books.google.ca/books?id=vMXH7aV5BXUC&pg=PA345&dq=scythians+discovered+America&hl=fr&sa=X&ei=pmRwUsr5CcviyAGx7YCYBA&ved=0CFEQ6AEwBA#v=onepage&q=scythians&f=false

http://www.obrasraras.museunacional.ufrj.br/o/0040/0040.pdf

https://books.google.ca/books?id=P7tfAAAAcAAJ&pg=PA26&dq=American+indians+%22Trojan+war%22&hl=fr&sa=X&ved=0ahUKEwj8vL-ipeLLAhWMtYMKHXEqAfsQ6AEIJDAB#v=onepage&q=American%20indians%20%22Trojan%20war%22&f=false

https://books.google.ca/books?id=n1xjAAAAMAAJ&pg=PA168&dq=hunns+in+America&hl=en&sa=X&ved=0CCQQ6AEwAWoVChMIyJOuxIyByAIVR3ySCh2nZgmg#v=onepage&q=hunns%20in%20America&f=false

https://books.google.ca/books?id=GhnjmZpSLwAC&pg=PA3&dq=origins+of+indians&hl=fr&sa=X&ved=0ahUKEwjL5ZOduuLLAhUGkIMKHaC-ACoQ6AEIJzAA#v=onepage&q=origins%20of%20indians&f=false

https://books.google.ca/books?id=-5zA8gT3mZcC&pg=PA262&dq=Enrique+Martinez+indians+Riga&hl=en&sa=X&ved=0ahUKEwiXooDJwNnQAhUm64MKHWk3ARcQ6AEIIzAC#v=onepage&q=Enrique%20Martinez%20indians%20Riga&f=false

The first Americans : race, evolution, and the origin of native Americans

Indians in the Americas : the untold story

=== Первые ответы и первые находки ===
Развитие дарвиновской теории, раз и навсегда опровергнув мнение об индейцах как о «животных», неполноценных существах и т. д. со всей строгостью доказала, что они происходят от того же африканского предка, что и население прочих частей Земного шара. Дополнительным подтверждением тому служат генетические исследования Нового времени, о которых мы еще поговорим. Итак, предки индейцев, как и предки европейцев и прочих народов, начали свой путь к новой родине из Северной Африке. Но как и главное, каким образом они оказались на американской земле? Забегая вперед, скажем, что современная наука по-прежнему не может однозначно ответить на этот вопрос. Однако, части головоломки постепенно складываются вместе, и кто знает — быть может, в скором времени в давнем споре будет наконец поставлена окончательная точка?

Великие открытия зачастую обязаны своим происхождением случаю. Так произошло и в этот раз. Все началось в 1908 году, когда в окрестностях городка Фолсом (штат Нью-Мексико) в самом конце лета разразилась жестокая гроза. Потоки воды и града обрушились на плоские базальтовые холмы и каньоны, которыми изобилует местный пейзаж, и размыли давно высохшее русло ручья, у местных фермеров носившего название Wild Horse Arroyo (Ручей Дикой Лошади). На следующий день один из работников ближайшего ранчо, Джордж МакДжанкин, сгоняя в кучу перепуганных овец, неожиданно наткнулся на торчащие прямо из земли огромные кости. Они чем-то напоминали прекрасно ему знакомые скелеты быков, но по размеру превосходили все, виденное им когда-либо!

МакДжанкину даже в голову не пришло молчать о своей находке, наоборот, он готов был рассказать любому, кто желал его слушать, что в русле пересохшего ручья погребен гигантский бизон, а может быть и не один! Неизвестно, как отнеслись к находке местные фермеры, но слухи об огромном бизоне стали распространяться, пока наконец, не дошли до ушей работников Музея Естественной Истории, принадлежащего Колорадскому университету. В 1926 году к бизоньим останкам была организована экспедиция. МакДжанкин к тому времени уже умер, но в живых оставались его друзья, прекрасно помнившие место находки. Искать также не пришлось слишком долго — огромные кости продолжали как и ранее торчать из-под земли. К великому счастью для исследователей, туристов, всегда готовых захватить с собой кусочек «на память» в тех местах еще не было, «черных археологов» столь же к счастью, интересует исключительно золото, искать которое среди бизоньих костей было занятием явно бессмысленным.

Раскопки в русле пересохшего ручья растянулись на три года. Сделанные находки не ограничились окаменелыми костями, в которых археологи без труда узнали останки гигантского бизона, вымершего около 10 тыс. лет назад. В ребрах животного застрял наконечник каменного копья. Более того, наконечник этот имел форму совершенно незнакомую исследователям: боковые оконечности камня были покрыты сетью желобков, в то время как центральная часть оставалась гладкой. Забегая вперед, мы можем сказать, что таким образом, совершенно неожиданно для себя американские археологи открыли первую из культур каменного века. По имени все того же, близлежащего городка она получила имя — Фолсом.

Просвещенная европейская наука, в ответ на заявление коллег из колорадского университета, ответила единодушным хором: Ерунда! В самом деле, тогда, в начале ХХ веке общепринятой была точка зрения, что переселение на американский континент произошло уже достаточно поздно, и достигла его высокоразвитая человеческая общность. Посудите сами. Европейцы смогли добраться до американского континента уже имея в своем распоряжении корабли, компасы и опытных моряков. Да и в момент открытия Америки ее население состояло отнюдь не из примитивных дикарей. У мезоамериканских индейцев были высокоразвитые цивилизации, не уступавшие по своей мощи Древнему Риму или империи Македонского. Более примитивные племена Северной Америки все же строили деревни, выращивали кукурузу и умели плавить металлы. Никто не ходил голым, и не бегал за бизоном с каменным топором.

Однако, с фактами не поспоришь. После небольшой борьбы, споров и несогласий, около 1928 года возобладало мнение, что ископаемый бизон был убит первопроходцами американского континента, около 10 тыс. лет назад. Но судьба, словно не желая, чтобы специалисты по американской археологии вздумали почить на лаврах, подбросила очередную, не менее сенсационную находку. Четырьмя годами позднее, очередная летняя гроза размыла до основания железнодорожную дамбу в районе городка Милликен (Колорадо). Фрэнк Гарнер, бригадир обходчиков, состявший на службе у железнодорожной комании Юнион Пасифик осматривал поврежденную часть полотна, пытаясь составить себе представление о степени размыва, когда наткнулся на очередное кладбище гигантских костей, причем таких, по сравнению с которыми останки фолсомовского бизона казались скромными и маленькими. Это был костяк мамонта, причем, как и в прошлый раз, в груде костей нашлись заточенные с двух сторон наконечники стрел и копий. В отличие от малограмотного МакДжанкина, обходчик немедленно понял, насколько важной для науки может оказаться его находка, и тут же дал о ней знать о. Конраду Билджери, в то время работавшему в Колледже Реджис (Денверский Университет)<ref>В настоящее время это кладбище мамонтов известно под именем Дент. </ref>. Так была открыта культура Кловис, которую также не мудрствуя лукаво, назвали по имени близлежащего городка. Вплоть до настоящего времени принято считать, что именно она сохранила память о первопроходцах американского континента. Культура Кловис датируется временем около 13 тыс. лет назад. Именно с нее мы начнем<ref>http://historylib.org/historybooks/Galina-Gavrilovna-Ershova_Drevnyaya-Amerika-polet-vo-vremeni-i-prostranstve--Severnaya-Amerika--YUzhnaya-Amerika/</ref>.

https://books.google.ca/books?id=Obgdz8auwkMC&pg=PA7&dq=pre-columbian+travels+to+America&hl=fr&sa=X&ved=0ahUKEwi3jPDRx4TMAhXhnYMKHUVwD64Q6AEINTAB#v=onepage&q=pre-columbian%20travels%20to%20America&f=false

== Америка 13 тысяч лет назад ==
http://www.news.wisc.edu/17396

== Примечания ==
{{примечания}}

Процесс Жиля де Рэ

2017-04-02T03:24:04Z

Dimetr: Перенаправление на Жиль де Рэ - маршал Синяя Борода

#REDIRECT [[Жиль де Рэ - маршал Синяя Борода]]

Дневник парижского горожанина/18

2017-03-16T02:43:55Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 18'''...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 18'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/17|17]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/19|19]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 18 ==
Далее, на XIII день октября арманьяки захватили мост Сен-Клу<ref>[[ru.wp:Сен-Клу|'''Сен-Клу''']] - в Средневековье - городок, ныне западный пригород Парижа.</ref> в каковом деле помог им мерзкий предатель, по имени Колине де Пюизо<ref>Предательство Колине де Пюизо также засвидетельствовано актами Парижского Парламента. Неизвестно, действовал ли он за вознаграждение или по какой-то иной причине - в любом случае извлечь для себя выгоду он не смог. Захваченный в плен, Пюизо был четвертован, его приспешники обезглавлены.</ref>, бывший тамошним капитаном, каковой предатель за деньги все им продал и отдал. Там же погибло множество добрых людей, искавших в этом месте для себе прибежища и захвачено было все их имущество, какового также было несметное количество, ибо из всех деревень бежали туда, унося свое имущество с собой, оно же пропало без остатка по вине мерзкого предателя.

== Примечания ==
<references/>

----
 © [[User:Zoe|Zoe]]. Translation. Can be reproduced if non commercial. / © [[User:Zoe|Zoe]]. Перевод. Копирование допускается только в некоммерческих целях. 
----

Дневник парижского горожанина/17

2017-03-16T02:43:32Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 17'''...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 17'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/16|16]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/18|18]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 17 ==
Тогда же парижане надели зелено-голубые шапероны и крест Св. Андрея<ref>Алая крестообразная перевязь в форме буквы Х или [[ru.wp:Андреевский крест|'''Креста Св. Андрея''']] - знак принадлежности к бургундской партии, в противовес снежно-белой, похожей на длинный шарф перевязи арманьяков. Зелено-голубой шаперон - также знак принадлежности к бургиньонам.</ref> а посередине его щит с королевской лилией<ref>Т. н. [[ru.wp:Геральдическая лилия|'''Флёр-де-Лис''']] - стилизованные лилии на синем фоне - геральдических знак французской монархии. Соединение флёр-де-лис и бургундского креста - знак единства между ними.</ref> и менее чем за 15 дней в Париже (стало) сто тысяч (как) мужчин (так и) детей, носивших на себе спереди и сзади сказанный крест, ибо никто не мог покинуть Париж, ежели не имел на себе такового<ref>Цифра в сто тысяч несомненно является преувеличенной, население Парижа после эпидемии Черной Смерти (1348 г.) значительно сократилось. Кроме того, неясно полагалось ли ношение подобных знаков женщинам. Колетта Бон, современная исследовательница Дневника отмечает, что запрет на выезд из Парижа без знака принадлежности к бургундской партии был введен 9 октября 1311 г. Пропуском служила свинцовая бляха, которую легко было прикрепить на одежду и так же легко снять. Множество таких блях, найденных на дне Сены в настоящее время хранятся в музее Клюни.</ref>.

== Примечания ==
<references/>

----
 © [[User:Zoe|Zoe]]. Translation. Can be reproduced if non commercial. / © [[User:Zoe|Zoe]]. Перевод. Копирование допускается только в некоммерческих целях. 
----

Дневник парижского горожанина/16

2017-03-16T02:42:57Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 16'''...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 16'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/15|15]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/17|17]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 16 ==
Мерзкие арманьяки, носящие перевязь, творили же столько бед, как только могли, и подошли вплотную к Парижу в разгар сезона сбора винограда, инами словами около полуночи с субботы на воскресенье, каковой день пришелся на III октября IIIc и XI года. Они же обретались в Пантене<ref>'''Пантен''' - в настоящее время небольшой город, расположенный к Северо-Востоку от Парижа.</ref>, в Сент-Уане<ref>'''Сент-Уан''', также город к Северо-Востоку в 6 км от Парижа.</ref>, в Шапель-Сен-Дени<ref>'''Шапель-Сен-Дени''' - бывший городок, ныне 72й округ Парижа.</ref>, на Монмартре<ref>'''Монмартр''' - в Средние века - деревня к северу от Парижа, вошла в городскую черту в 1860 г.</ref>, в Клиньянкуре<ref>'''Клиньянкур''' - бывшая деревня в окрестностях Монмартра. Ныне представляет собой 70й округ Парижа.</ref> и прочих деревнях под Парижем со сказанной стороны<ref>т.е. с севера</ref>, и подступили с осадой к Сен-Дени<ref>[[ru.wp:Аббатство Сен-Дени|'''Аббатство Сен-Дени''']] - ныне в северном пригороде Парижа. Здесь хранились королевские регалии и миро для помазания. Во время войны между арманьяками и бургиньонами несколько раз переходило из рук в руки.</ref>. Они же совершили столько зла, что не уступали в том сарацинам<ref>По воззрениям XV века сарацины (турки) представлялись не имеющими никаких моральных ценностей - последнее полагалось лишь христианам.</ref>, ибо вешали людей, [одних] за большие пальцы, других - за ноги, третьих убивали, и захватывали в плен ради выкупа, и насиловали женщин и устраивали поджоги, и ежели кто творил подобное, говорили "Это сделали арманьяки"<ref>В Римском манускрипте "Это - арманьяки".</ref>, в сказанных же деревнях никого не осталось кроме них самих<ref>Т.е. все жители бежали под защиту городских стен.</ref>. Посему Пьер дез Эссер прибыл в Париж и вновь занял место прево, как то было ранее<ref>Пьер дез Эссар прибыл в Париж 11 ноября и вступил в должность вместо ушедшего в отставку Бруно де Сен-Клера.</ref>, и приказала объявить в Париже, дабы никто не поддерживал арманьяков, и ежели имел к тому возможность, убивал бы их и забирал себе их имущество. [После чего множество людей стали совершать набеги на арманьяков], и не раз причиняли таковым великий урон, при том, что деревенские жители, каковых именовали в Париже "разбойниками" под предлогом выступления против арманьяков вершили зло<ref>Об этих деревенских бандах, куда более охотно грабивших на большой дороге не разбирая к какой из партий принадлежала их жертва пишет в частности Мишель Пентуэн, автор "Хроники Карла VI".</ref>.

== Примечания ==
<references/>

----
 © [[User:Zoe|Zoe]]. Translation. Can be reproduced if non commercial. / © [[User:Zoe|Zoe]]. Перевод. Копирование допускается только в некоммерческих целях. 
----

Дневник парижского горожанина/15

2017-03-16T02:40:52Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 15'''...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 15'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/14|14]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/16|16]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 15 ==
Nota<ref>Следует отметить (лат.)</ref>, что в прошлый вторник, в последний день июня IIIIc и XI года, в день Св. Павла<ref>Автор ошибается. День Св. Петра и Св. Павла приходится на 29 июня.</ref>, около 8 часов послеобеденного времени шел град, дул ветер, гремел гром и сверкали молнии, так что не видно было другого человека, случись таковому оказаться<ref>Эта запись в Парижском и Римском манускриптах находится между двумя другими, относящимися к 1408 и 1409 гг. соответственно. Однако, Александр Туэтей, первый исследователь Дневника перенес ее в начало 1411 г., указав, что речь идет о сокрушительной грозе, описанной и датированной Жювеналем дез Юрсеном в его Хронике. В современных изданиях Дневника сохраняется предложенный им способ подачи материала.</ref>.

В следующий за тем год тысяча СССС и XI носящие перевязь вновь стали вершить<ref>Это слово отсутствует в Римском манускрипте Дневника.</ref> зло, ибо в августе, ближе к его концу, подступили к Парижу со стороны Сен-Дени, и послали вызов герцогу Бургундскому<ref>Обычная в средневековой Франции форма объявления войны</ref> и обеим сторонам сразиться при Мондидье. Однако же, когда носящие перевязь прознали, что у герцога Бургундского имеется в распоряжении доблестное войско<ref>Герцогское войско стояло в Париже.</ref>, они не решились подступить к городу с осадой, в то время как их там дожидались в течение пяти недель. Видя же как повернулись события, он заявил, что отказывается вести войну иначе как в защиту короля и доброго города Парижа, после чего распустил ополчение и отправил солдат домой, пройдя вместе с ними большую часть пути<ref>По сути своей, герцог попытался сделать хорошую мину при плохой игре. Фламандские городские ополчения, бывшие у него под началом по договору должны были служить в течение 40 дней, после чего вернулись к себе.</ref>.

== Примечания ==
<references/>

----
 © [[User:Zoe|Zoe]]. Translation. Can be reproduced if non commercial. / © [[User:Zoe|Zoe]]. Перевод. Копирование допускается только в некоммерческих целях. 
----

Дневник парижского горожанина/14

2017-03-16T02:40:26Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 14'''...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 14'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/13|13]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/15|15]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 14 ==
Тогда же Сена обмелела настолько, что такового не видано было даже в праздник Св. Иоанна летнего<ref>Праздник Св. Иоанна Крестителя приходится на 24 июня.</ref>, как то случилось в праздник Св. Фомы<ref>21 декабря</ref> каковой предшествует Рождеству, но несмотря на то по милости божией пять недель спустя после ухода латников, за секстье лучшей пшеницы просили от XVIII до двадцати парижских солей<ref>Т.е. цены упали на четверть против обычного.</ref>.

== Примечания ==
<references/>

----
 © [[User:Zoe|Zoe]]. Translation. Can be reproduced if non commercial. / © [[User:Zoe|Zoe]]. Перевод. Копирование допускается только в некоммерческих целях. 
----

Дневник парижского горожанина/13

2017-03-16T02:39:46Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 13'''...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 13'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/12|12]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/14|14]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 13 ==
Немногим ранее того, некий проповедник<ref>'''Рено де ла Марш''', доктор теологии, один из самых красноречивых ораторов своего времени. Нес службу в соборе Нотр-Дам. Эта речь стоила ему карьеры, в том же году его сменил на этом посту некий брат Этьенн.</ref> из ордена матюренов<ref>[[ru.wp:Тринитарии|'''Орден Св. Матюерена или Орден Тринитариев''']]. Монастырь Сен-Матюрен располагался в Париже.</ref>, человек весьма достойный, служил обедню в присутствии короля, и поднял голос против жестокости, каковая творится по причине недостатка добрых советников, а также сказал, что в королевстве этом не обошлось без предателей, тогда же некий прелат по имени кардинал де Бар, также присутствовавший при том, во всеуслышание принялся его поносить и назвал "подлым псом", чем вызвал к себе ненависть как университета так и всего города. Он же таковую заслужил, ибо водился с носящими перевязь<ref>Т.е. сторонниками орлеанской партии, одним из знаков принадлежности к которой было ношение белой перевязи или белого шарфа.</ref>, выступая при них послом от герцога Беррийского<ref>Римский манускрипт Дневника добавляет к тому "ибо герцог Беррийский также носил сказанную перевязь".</ref> и сам вместе со своей свитой таковую перевязь носил, и столь великое почтение питал к этой перевязи, что хлопотал о том, чтобы парижский прево, каковой столь ревностно охранял город, несмотря на всю любовь, питаемую к нему горожанами, лишился своего места<ref>Смещение со своего поста Пьера дез Эссара было одним из условий заключения мира между двумя враждующими кликами. 5 мая на его место был назначен Гийом де Тиньоль.</ref>, как на то было желание носящих перевязь, многие из каковых горели желанием во что бы то ни стало разграбить Париж. И ответственность за все беды, каковые тогда происходили, возлагали беспеременно на графа д'Арманьяка, ибо тот был переполнен был злобой, его же приспешники под стать ему без всякой жалости убивали людей словно псов, и ежели тогда кого-нибудь убивали, все твердили "Это все Арманьяк", ибо сказанного графа полагали человеком весьма жестоким, и безжалостным тираном<ref>Для парижанина того времени слово "арманьяк" стало синонимом таких понятий как "убийца" и "предатель".</ref>. Эти же носители перевязи сотворили столько зла, сколько совершить не мог ни мороз ни голод, каковые принудили их начать переговоры, и назначить для того переговорщиков. Таковой же мир был заключен на VI день ноября IIIIc X года<ref>Речь идет о т.н. Бисетрском мире, заключенном в резиденции герцога Беррийского. Решающей схватки не хотели ни та ни другая сторона, и краткое перемирие рассмартивалось обеими как возможность выиграть время. Условия бисетрского мира потому не удовлетворили и не могли удовлетворить никакую из сторон - т.к. обеим было предписано иметь при дофине и в королевском совете равное число своих ставленников.</ref>, после чего все вернулись к себе, вплоть до нового приказа, никто же не выиграл у другого, но французское королевство понесло такой урон, от каковых не смогло бы оправиться и за двадцать лет, пусть даже никакие иные беды ему бы не грозили.

== Примечания ==
<references/>

----
 © [[User:Zoe|Zoe]]. Translation. Can be reproduced if non commercial. / © [[User:Zoe|Zoe]]. Перевод. Копирование допускается только в некоммерческих целях. 
----

Дневник парижского горожанина/12

2017-03-16T02:39:16Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 12'''...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 12'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/11|11]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/13|13]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 12 ==
По причине лишь великого к тому рвения, и преданности, каковую парижане питали к герцогу Бургундскому, и прево Парижа по имени Пьер дез Эссар, охранявшему Париж столь бдительно, что и ночью и днем непрестанно его видели то там то здесь, по всему городу, несущим охранную службу в полном вооружении в сопровождении множества солдат, он же обязал и горожан нести стражу самым лучшим к тому образом, тех же, кто не имел к тому возможности обязал по ночам стоять на часах у собственного порога, и на каждой улице жечь большой огонь до самого рассвета, каковые приказы были затем доведены до всеобщего сведения квартальными старостами, десятниками и пятидесятниками<ref>Городское ополчение складывалось из отрядов по десять человек, которые в свою очередь составляли более крупные объединения под командованием пятидесятников. Квартальный староста отвечал за сбор военнообязанных в своем квартале. Целиком ополчение подчинялось парижскому прево.</ref>. В то же время люди [герцога] Беррийского<ref>Герцог Беррийский подчеркнуто даже в это время подчеркнуто выступал как примиряющая сила.</ref> столь плотно прикрывали собой ворота Сен-Жак, Сен-Марсель, Сен-Мишель<ref>На юге и юго-западе столицы. Ворота Сен-Марсель носили ранее имя Ворот Бордель, затем подверглись переименованию, что в некоторых работах привело к путанице.</ref>ь, что на расстоянии до четырех лье<ref>около 16 км.</ref> от сказанных городских ворот возможно было работать на виноградниках и засевать поля<ref>Характерная черта средневекового города - сельские угодья, располагавшиеся в предместьях и принадлежавщие жителям. Во время осады часто уничттожались неприятельскими армиями, пытавшимися таким образом обречь осажденных на голод. Безопасность земельных угодий по вполне понятным причинам вызвает особое удовлетворение автора.</ref>, причем работы на виноградниках продолжались вплоть до дня Св. Клемента<ref>23 ноября</ref>; в то время как по милости господней стояла прекраснейшая погода и сгнившей ягоды было немного, при том, что созревал виногдар также весьма медленно. Хлеб же в Париж доставлялся единственно вооруженным эскортом, это же осуществлялось как сухопытным так и водным путем. К сказанной доставке призван был рыцарь по имени Монреле де Бетанкур<ref>'''Жан Монреле де Бетанкур''' - камергер на службе Филиппа Смелого и его сына Иоанна Бесстрашного, герцогов бургундских. Приказ о доставке хлеба в Париж был дан ему в августе 1410 г.</ref>, чье жилище располагалось по соседству с Шапель-Сен-Дени<ref>Т.е. на улице Сен-Дени по соседству с воротами Шапель</ref>, он же доставлял хлеб из из Сен-Бриса<ref>Сен-Брис-су-Форе, неподалеку от Понтуаза.</ref> и прочих мест, сколько продолжалось названная распря, она же продолжалась вплоть до дня Всех Святых<ref>Т.е. с августа до 1 ноября - католического Дня Всех Святых.</ref>.

== Примечания ==
<references/>

----
 © [[User:Zoe|Zoe]]. Translation. Can be reproduced if non commercial. / © [[User:Zoe|Zoe]]. Перевод. Копирование допускается только в некоммерческих целях. 
----

Дневник парижского горожанина/11

2017-03-16T02:38:45Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 11'''...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 11'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/10|10]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/12|12]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 11<ref>Чтобы понять описанные в этой главе события, следует вернуться к весне 1410 года, когда после отъезда из Парижа герцога Беррийского и прочих, вокруг них стала формироваться группа недовольных засилием бургундцев. Весной того же года разведка Иоанна Бесстрашного донесла о группировках войск на берегах Луары. 15 апреля в Жиене (герцогство Беррийское) оппозиция заключила между собой союз, в современных исторических работах известный под именем "жиенской лиги". В лигу вошли Карл Орлеанский, герцоги Беррийский и Бретонский, граф д'Арманьяк и другие. Знаменем лиги стало черное полотнище, на котором золотом было вышито слово "Справедливость". Герцог Бургундский также в спешке собирал войска. В августе противоборствующие стороны встретились под Парижем, захватив все окрестные деревни, и подвергнув окрестности столицы потоку и разграблению. Однако, до генерального сражения вновь не дошло, т.к. содержание крупных сил (так в бургундском войске насчитывалось не менее 9 тыс. наемников), стоило немалых денег. Иоанн Бесстрашный вынужден был заложить у парижских купцов часть своей золотой и серебряной посуды, а также фамильных украшений. Его противники испытывали не меньшие затруднения. Обе стороны склонялись к перемирию - пусть даже временному, с целью выиграть время. Вмешательством королевы Изабеллы, Парижского университета и дофина, обе стороны в дальнейшем согласились заключить мир, о чем будут рассказывать следующие главы Дневника.</ref> ==

Итак, в следующий за тем год тысяча IIIIс Х случилось так, что ближе к концу августа, все имеющие к тому право, привели с собой к Парижу столько вооруженных людей, что на ХХ миль в округе все было разорено, тогда как в армии герцога Бургундского и его братьев<ref>К Жану Бургундскому присоединились оба его младших брата - Антуан, герцог Брабантский и Филипп, граф Неверский.</ref> состояли фламандцы<ref>Жители [[ru.wp:Фландрия (графство)|'''Фландрии''']], Филипп II Буругундский, отец герцога Жана присоединил ее к своим владениям по праву брака с Маргаритой III графиней Фландрии.</ref> и бургундцы<ref>По современным сведения, в армию бургундского герцога также входили лотарингские и брабантские наемники.</ref>, они же требовали себе ничего кроме провизии, добывая таковую из запасов герцога Бургундского и его сторонников, притом что ее требовалось даже слишком много<ref>Вновь автор обеляет сторонников бургундского герцога. Этому противоречат другие хроники, прямо указывающие, что обе противоборствующие стороны не уступали друг другу в насилиях и грабежах.</ref>, а сторонники Беррийского и его помощников<ref>наемники из пиренейских провинций а также Бретани. Последние, говорившие на непонятном для парижан языке, вызывали к себе самые недобрые чувства.</ref> грабили, мародерствовали и убивали как в церквях так и вне таковых, особенно же в том свирепствовали приспешники графа д'Арманьяка<ref>В виду имеется граф [[ru.wp:Бернар VII д’Арманьяк|'''Бернар VII д’Арманьяк''']], фактический лидер Орлеанской партии, которая неофициально получила его имя - арманьяки. Гасконские солдаты д'Арманьяка, охочие до убийств и грабежей были особенно ненавидимы.</ref>, и Бретонского [герцога]<ref>Жан V Мудрый, герцог Бретани.</ref>. По причине же этого в Париже установились высокие цены на хлеб, и более месяца сряду секстье<ref>1 секстье равен 0, 46 л.</ref> доброй муки стоило LIII франков (или даже LX)<ref>от 54 до 60 франков, т.е. цены на хлеб выросли втрое - в обычных условиях цена не превышала 20 франков. Причиной дороговизны кроме войны был также неурожай, повлекший за собой голод.</ref>, и посему городские бедняки бежали прочь из города словно бы в отчаянии, против них же устроено было несколько рейдов, и многих из них убили.

== Примечания ==
<references/>

----
 © [[User:Zoe|Zoe]]. Translation. Can be reproduced if non commercial. / © [[User:Zoe|Zoe]]. Перевод. Копирование допускается только в некоммерческих целях. 
----

Дневник парижского горожанина/10

2017-03-16T02:37:58Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 10'''...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 10'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/9|9]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/11|11]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 10 ==

Далее, на ХVII день сказанного октября месяца, в четверг, сказанный мэтр д'отель, одетый в соответствующие тому цвета<ref>'''Цвета''' обычно соответствовали гербу. Здесь, видимо, они были выбраны т.к. герб Монтагю включал красных орлов на белом фоне.</ref>, как то красно-белый упеланд<ref>'''Упеланд''' - верхняя мужская одежда в средневековой Франции, камзол с длинными до земли рукавами.</ref> и такой же шаперон, из двух шосс одна была белой, другая же - красной, при позолоченных шпорах, с руками, связанными впереди, и вложенных в них деревянным крестом<ref>Подобное действо - соединение дворянских гербовых цветов со связанными руками и телегой палача служило к тому, чтобы опозорить осужденного.</ref>. Он же сидел в высокой телеге, впереди него выступали два трубача, и таковым образом его доставили на крытый рынок<ref>'''Les Halles''' - крытый рынок Парижа, место совершения казней.</ref>. Там его обезглавили а тело отвезли к парижской виселице<ref>Начиная с XIII века дворям казнили исключительно обезглавливанием, что представляло особую привилегию этого сословия. Посмертное повешение также считалось позорным для казненного.</ref> и на ней вздернули так высоко, как только могли, одетое в рубашку<ref>Перед совершением казни осужденного раздевали до пояса, оставляя на нем лишь нижнюю рубашку.</ref>, все в тех же шоссах с позолоченными шпорами на ногах, в каковом деле молва обвиняла неких сеньоров Франции, как то Беррийского, Бурбонского, Алансонского<ref>'''Жан IV Мудрый, герцог Алансонский'''. Погиб в 1415 г. при Азенкуре.</ref> и многих иных<ref>Все перечисленные - сторонники орлеанской партии. Самоуправство герцога Бургундского привело к тому, что Жан Беррийский, раньше пытавшийся склонить враждующих принцев к миру, и следом за ним другие вельможи, потерявшие возможность влиять на политику двора, и лишившиеся поддержки в королевском совете, который Иоанн Бесстрашный заполнил своими ставленниками, предпочли оставить Париж, намереваясь соединить силы для борьбы с соперником - но это же возбудило против них враждебность парижан.</ref>.

== Примечания ==
<references/>

----
 © [[User:Zoe|Zoe]]. Translation. Can be reproduced if non commercial. / © [[User:Zoe|Zoe]]. Перевод. Копирование допускается только в некоммерческих целях. 
----

Дневник парижского горожанина/9

2017-03-16T02:37:17Z

Dimetr: продолжаем

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 9'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/8|8]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/10|10]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 9 ==

Далее, в понедельник, на VII день следующего за тем октября, иными словами октября IIIIc и IX года, великий мэтр д'отель короля Франции<ref>'''Великий мэтр д'отель короля Франции''' - придворная должность, отвечал за снабжением, приготовлением и подачи пищи королю. Кроме того, осуществлял административный контроль над персоналом, обслуживающим королевскую персону.</ref>, по имении Жан де Монтагю<ref>'''Жан де Монтагю''' был назначен на свой пост Людовиком Орлеанским, когда тот, став регентом Франции, поспешил окружить короля своими людьми. После гибели своего покровителя, Монтагю стал следующей жертвой мстительности бургундского герцога Иоанна Бесстрашного. Не стоит также забывать, что королевский мэтр д'отель руководил финансами короны, и назначив на этот пост своего ставленника, герцог получал возможность безнаказанно запускать руку в в казну. Однако, скоропалительность и в особенности жестокость приговора обернулась крупным политическим просчетом - мэтр д'отель был любим в Париже, и кроме того имел многочисленных влиятельных друзей при дворе. В результате на строну Орлеанской партии переметнулись его брат - архиепископ Санса, зять - коннетабль Франции Шарль д'Альбре и другие.</ref>, был арестован у Сен-Виктор<ref>'''Аббатство Сен-Виктор''', на северо-востоке столицы, по соседству с набережной Сены и винным рынком. Разрушено в 1811 г.</ref>, и препровожден в Малый Шатле<ref>[[ru.wp:Малый Шатле|'''Малый Шатле''']] - у Малого Моста через Сену - замок, во времена Горожанина - государственная тюрьма.</ref>, по каковой причине, в тот самый час, как он был взят под стражу, в Париже случился великий бунт, словно весь Париж захвачен был сарацинами<ref>[[ru.wp:Сарацины|'''Сарацины''']] - средневековое наименование мусульман,синоним слов "арабы" или "мавры".</ref>, при том, что никто не мог сказать наверняка, зачем ради чего бунтовал. Его же арестовал Пьер дез Эссар<ref>'''Пьер дез Эссар''' - служащий отеля герцога Бургундского, прево Парижа с 30 апреля 1408 г. по 8 ноября 1410 г. Казнен в 1413 г.</ref>, бывший тогда парижским прево<ref>Парижский прево - чиновник на королевской службе. Верховный судья Шатле, ответственный за исполнение королевских приказов.</ref>, и приказано было вновь, как и в прежнем случае, зажигать фонари и ставить воду к дверям, после чего во все ночи по Парижу несла дозор крепкая стража, пешая так и конная, лучшая из всех, каковую только видели в Париже. Стражники же постоянно несли караул, сменяя в том друг друга.

== Примечания ==
<references/>

----
 © [[User:Zoe|Zoe]]. Translation. Can be reproduced if non commercial. / © [[User:Zoe|Zoe]]. Перевод. Копирование допускается только в некоммерческих целях. 
----

Право Римско-католической церкви/Черновик

2017-03-07T01:07:00Z

Dimetr:

*Возникновение и эволюция канонического права
*Церковная власть и церковное управление
*Система и источники канонического права
*Отношения церковной и светской властей
*Канонический процесс

Право Римско-католической церкви/Черновик

2017-03-07T01:06:34Z

Dimetr: Новая страница: «Возникновение и эволюция канонического права Церковная власть и церковное управление Си...»

Возникновение и эволюция канонического права
Церковная власть и церковное управление
Система и источники канонического права
Отношения церковной и светской властей
Канонический процесс

Файл:Paris ville forte (ru).png

2017-02-25T00:26:17Z

Dimetr: =={{int:filedesc}}== {{Information |description = {{ru|1=Главные ворота и башни средневекового Парижа (XV в.)}} |date = 2012-06-13 |source = https://commons.wikimedia.org/wiki/File:Paris_ville_f

=={{int:filedesc}}==
{{Information
|description = {{ru|1=Главные ворота и башни средневекового Парижа (XV в.)}}
|date = 2012-06-13
|source = https://commons.wikimedia.org/wiki/File:Paris_ville_forte_(ru).svg
|author = [[User:Ӛ|Ӛ]]
|permission =
|other_versions = <gallery>Image:Paris ville forte.svg|English</gallery>
|other_fields =
}}

=={{int:license-header}}==
{{self|cc-by-sa-3.0}}

[[Category:Maps of Paris in the 15th century|1400]]

Файл:Hannon map-fr.jpg

2017-02-05T04:43:56Z

Dimetr: {{Information |Description={{ru|Карта путешествия Hannon}}{{fr|Carte du trajet de Hannon}}{{en|Map in French of Hanno the Navigator's exploration}}{{de|Ka

== Краткое описание ==
{{Information
|Description={{ru|Карта путешествия [[:ru:Hannon (navigateur)|Hannon]]}}{{fr|Carte du trajet de [[:fr:Hannon (navigateur)|Hannon]]}}{{en|Map in French of [[:en:Hanno the Navigator|Hanno the Navigator]]'s exploration}}{{de|Karte in Franzosisch der Reiseroute von [[:de:Hanno der Seefahrer|Hanno dem Seefahrer]]}}{{es|Zona explorada por [[:es:Hannón el Navegante|Hannón el Navegante]] en su famoso Periplo, en francés}}
|Source=travail personnel (own work) + [[:File:Africa topography map.png]] (relief bitmap embedded in the svg) + [[:File:Periplo de Hannón.jpg]] (data)
|Date=2009-04-26
|Author=[[User:Bourrichon|Bourrichon]]
|Permission=
|other_versions=
}}
== Лицензирование ==
{{GFDL}}

Участник:Dimetr/Презумция невиновности

2017-01-17T03:50:50Z

Dimetr: /* Литература */

Что такое презумпция невиновности? Начнем с определения слова презумпция. Презумпция это предположение (от латинского praesumptio — предположение), которое считается истинным до с тех пор, пока не доказана его ложность.

Толковый словарь русского языка Ожегова определяет презумпцию как «предположение, признаваемое истинным, пока не доказано иное».<ref>Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка – М., 2010 г.</ref>

И что же предполагает презумция невиновности? Невиновность и предполагает. А что такое невиновность? Правильно, отсутствие вины. В итоге получается, что подозреваемый, обвиняемый, подсудимый считаются невиновными до тех пор, пока их вина не доказана в установленном законом порядке и не закреплена в судебном приговоре.
Только суд может объявить лицо виновным в совершении преступления.
Что означает предположение о невиновности? Отнюдь не то, что лицо уже считается абсолютно невиновным, относительно него лишь предполагается невиновность и предположение считается истинным, пока не доказана его ложность.
Значит, пока вина не будет доказана… А кто должен доказать вину? Обвинение. На сторону обвинения ложился бремя доказывания, на стороне защиты же есть право как доказывать свою невиновность, так и право молчать. Обвиняемый(подозреваемый), наоборот же, не обязан доказывать свою невиновность и вправе даже отказаться о дачи показаний. Любые неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, что также исходит из того самого преположения.

Всегда ли существовала презумпция невиновности? Нет. Хотя и сформулирована была довольно-таки давно. Еще в 3 веке римский юрист Павел сформулировал правило, которое на латыни звучит как ''ei incurnbit probatio, qui dicit, non qui liegat'', что можно перевести как «доказывать обязан тот, кто утверждает, а не тот, кто отрицает». Именно она впоследствии ляжет в основу принципа презумпции невиновности.

Однако как важнейший принцип правосудия, презумпция невиновности зародилась лишь незадолго до Великой Французской революции. Впоследствии она стала одним из лозунгов революции. В самом главном документе революции, Декларации прав человека и гражданина, в статьи 9 был закреплено следующее:
{{Quote|Так как каждый человек предполагается невиновным, пока его не объявят (по суду) виновным, то в случае необходимости его ареста всякая строгость, которая не является необходимой для обеспечения (за судом) его личности, должна быть строго караема законом.}}
== Литература ==
* Решняк М.Г. Понятие и сущность презумпции невиновности // Ученые труды Российской академии адвокатуры и нотариата. 2010. № 2. С.54-61.

== Примечания ==
{{примечания}}

Участник:Dimetr/Презумция невиновности

2017-01-17T03:50:21Z

Dimetr:

Что такое презумпция невиновности? Начнем с определения слова презумпция. Презумпция это предположение (от латинского praesumptio — предположение), которое считается истинным до с тех пор, пока не доказана его ложность.

Толковый словарь русского языка Ожегова определяет презумпцию как «предположение, признаваемое истинным, пока не доказано иное».<ref>Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка – М., 2010 г.</ref>

И что же предполагает презумция невиновности? Невиновность и предполагает. А что такое невиновность? Правильно, отсутствие вины. В итоге получается, что подозреваемый, обвиняемый, подсудимый считаются невиновными до тех пор, пока их вина не доказана в установленном законом порядке и не закреплена в судебном приговоре.
Только суд может объявить лицо виновным в совершении преступления.
Что означает предположение о невиновности? Отнюдь не то, что лицо уже считается абсолютно невиновным, относительно него лишь предполагается невиновность и предположение считается истинным, пока не доказана его ложность.
Значит, пока вина не будет доказана… А кто должен доказать вину? Обвинение. На сторону обвинения ложился бремя доказывания, на стороне защиты же есть право как доказывать свою невиновность, так и право молчать. Обвиняемый(подозреваемый), наоборот же, не обязан доказывать свою невиновность и вправе даже отказаться о дачи показаний. Любые неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, что также исходит из того самого преположения.

Всегда ли существовала презумпция невиновности? Нет. Хотя и сформулирована была довольно-таки давно. Еще в 3 веке римский юрист Павел сформулировал правило, которое на латыни звучит как ''ei incurnbit probatio, qui dicit, non qui liegat'', что можно перевести как «доказывать обязан тот, кто утверждает, а не тот, кто отрицает». Именно она впоследствии ляжет в основу принципа презумпции невиновности.

Однако как важнейший принцип правосудия, презумпция невиновности зародилась лишь незадолго до Великой Французской революции. Впоследствии она стала одним из лозунгов революции. В самом главном документе революции, Декларации прав человека и гражданина, в статьи 9 был закреплено следующее:
{{Quote|Так как каждый человек предполагается невиновным, пока его не объявят (по суду) виновным, то в случае необходимости его ареста всякая строгость, которая не является необходимой для обеспечения (за судом) его личности, должна быть строго караема законом.}}
== Литература ==
Решняк М.Г. Понятие и сущность презумпции невиновности // Ученые труды Российской академии адвокатуры и нотариата. 2010. № 2. С.54-61.

== Примечания ==
{{примечания}}

Королева четырех королевств/Глава 4 Победительница

2017-01-10T03:45:31Z

Dimetr: /* Неторопливое начало */ слитно

{{header-ru
| title = [[Королева четырех королевств|"Королева четырех королевств"]]
| section = '''Глава 4 Победительница'''
| author = Zoe Lionidas
| previous = ← [[Королева четырех королевств/Глава 3 Политик|Глава 3 Политик]]
}}

== Время Жанны ==

=== Неторопливое начало ===
{| width="400px" align="right"
|
{| width="400px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:1977.07.15 Jeanne d'Arcs hjem i Domremy.jpg|400px]]
|-
| Деревенька Домреми. Дом семьи д'Арк..
|}
|}
Перенесемся, читатель, в [[ru.wp:Бар (герцогство)|герцогство Барское]], где крепость [[ru.wp:Вокулёр (город)|Вокулер]] одной из очень немногих еще сохраняет верность королю Карлу, представляя собой едва ли не крошечный островок среди пробургундски настроенных кардинальских подданных. [[ru.wp:Антуан де Вержи|Маршал де Вержи]], управлявший Баром от имени «''короля Англии и Франции''» решил наконец уничтожить этот последний очаг сопротивления. [[ru.wp:Рене Добрый|Рене]], герцогский зять, изолирован в своем дворце, но вслед за своей деятельной матерью, он также полагает, что не бывает окончательных поражений, пока ты жив и деятелен и не спешит покидать Бара, как мы скоро увидим, окажется в этом совершенно прав.

1429 год. Бургундская армия наступает на Вокулер, естественно не имея никакого представления о том, что в крошечной деревеньке [[ru.wp:Домреми|Домреми]], прослышавшей о вторжении, среди жителей, которые в панике вынуждены спасаться со своими пожитками в [[ru.wp:Священная Римская империя|имперском]] Невшато, находится семья некоего Жака д’Арк, и его младшая дочь, невысокая, нескладная, похожая на мальчишку, все больше укрепляется в замысле, который давным-давно вынашивает в себе, не решаясь начать действие, которое, как она сама понимает, возврата иметь не будет. Комендант, или на языке того времени — капитан — Вокулера, старый солдат Робер де Бодрикур, ставленник герцога Рене, и конечно, его проницательной матери, просит о помощи, предупреждая о том, что если она не будет получена, город не сможет держаться дольше начала лета 1429 года. Помощь, как вы понимаете, не приходит, и старый солдат вынужден начать переговоры о почетной капитуляции. Ему оставляют должность и армию, при условии, что он принесет торжественную присягу более никогда не участвовать в военных действиях на стороне дофина. Присяга принесена, и бургундские войска уходят прочь. Вернувшисяся к себе жители Домреми находят деревенскую церковь сожженной дотла, а свои жилища — разграбленными и пустыми.

В разоренной войной, голодной и отчаявшейся стране как никогда сильны мистические настроения. Пророки и пророчицы, объявляющие себя носителями воли Божьей растут как грибы. Колетта Бон, новейший биограф Жанны сумела насчитать до двадцати человек — и это лишь тех, кто оставил после себя след в хрониках и документах того времени. Констанс де Рабастан, Мария-Робина, Жанна-Мария де Мальи, дворянин де Бассиньи, Жан де Ган — это имена лишь нескольких из них. Кое-кто из этих религиозных деятелей были откровенными шарлатанами; среди таковых стоит назвать Катерину де ла Рошель, объявлявшую сбор денег в казну короля Карла, причем уверявшую всех, кто желал ее слушать, что ей дана возможность ясновидения, позволяющая находить скрытые клады и спрятанные от чужих глаз тайники. Катерина уверяла, что ее действиями руководит некая «Белая дама», приходящая к ней по ночам. Позднее Жанна будет относиться к «ясновидящей» с нескрываемым презрением, Катерина ответит ей тем же, и в какой-то момент примкнув к англо-бургундскому войску, будет обливать освободительницу Франции словесными помоями. Перрона-Бретонка, о существовании которой мы знаем из «Дневника Парижского Горожанина», объявляла, что Бог лично является к ней «''одетый в алый [[Костюм средневековой Франции/Глава VI Светский костюм XIV—XV вв.#Хук, пальто, мантия|хук]]''» и говорит как с равной, объявляя свою волю. В отличие от Катерины, Перрона горячо поддерживала и во всем оправдывала Жанну, даже после того, как последняя оказалась в английском плену. За столь выдающуюся смелость, юродивой пришлось дорого заплатить: она закончила жизнь на костре в столице Франции. По стране упорно распространялось т. н. «пророчество [[ru.wp:Мерлин|Мерлина]]» — неизвестно откуда взявшееся и кем поддерживавшееся… хотя может быть мы с вами, читатель, уже знаем — кем?… Пророчество заключалось в том, что страна, преданная распутной женщиной (читай — [[ru.wp:Изабелла Баварская|королевой Изабеллой]], освобождена будет невинной девушкой). И наконец, знаменитый брат Ришар, судя по всему религиозный фанатик, доводивший своими проповедями толпу до исступления, так что женщины швыряли в огонь пышные [[Костюм средневековой Франции/Глава VI Светский костюм XIV—XV вв.#Женские|геннины]], а мужчины отправляли туда же игральные кости и столы — изгнанный из Парижа за сочувствие к «арманьякам»… Горожанин называет его духовным наставником и Катерины, и Перроны и Жанны. Было ли в этом хоть какое-то истинное зерно? Мы еще многого не знаем.

Впрочем, весь этот хоровод мошенников, шарлатанов, и просто сумасшедших, наперебой предлагавший свои услуги «''благородному дофину''» для освобождения его страны, разбивался о закрытые ворота [[ru.wp:Шинон (замок)|замка Шинон]]. Стараниями де ла Тремойля, проникнуть к королю не удавалось никому… в данном конкретном случае он, быть может, был и прав. Слабую психику Карла могло в самом деле, окончательно смутить неистовство религиозных фанатиков. Не мог проникнуть никто — кроме одной только носительницы Божьей воли.

=== Домреми — Вокулер ===
{| width="450px" align="right"
|
{| width="450px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Château de gombervaux.JPG|450px]]
|-
| Развалины замка Гомберво, Вокулер. Через эти ворота Жанна и ее сопровождающий вошли в покои коменданта.
|}
|}
Некоторые горячие головы склонны полагать Жанну прямой ставленницей королевы Иоланды. Пожалуй, подобный вывод слишком уж поспешен, да и вряд ли обоснован. Жанна без сомнения обладала достаточно сильным характером, чтобы ни у кого не идти на поводу, и повиноваться единственно требованиям своих «голосов» и собственного здравого смысла. Но в том, что королева Сицилии целиком использовала выпавший ей шанс — сомнений нет никаких. Судите сами, читатель.

Пользуясь в качестве повода беременностью кузины, живущей в недалекой от Вокулера деревеньке Пти-Бюре, Жанна отправляется туда, а затем склонив ее супруга — Дюрана Лаксара, содействовать в своем предприятии, направляется в Вокулер. В середине мая 1428 года бесстрашно представ перед комендантом крепости, Жанна объявляет ему, что «''дофин получит помощь не позднее [[ru.wp:Великий пост|Великого Поста]] следующего года''», о чем просит немедленно его уведомить. Мы знаем об этой встрече от Бернара де Пуланжи, в недалеком будущем спутника Жанны, ставшего тому случайным свидетелем.

Бодрикур, человек жесткий и много повидавший на своем веку, не привыкший верить ни в чертовщину ни в пророчества, с издевкой встречает эти слова, посоветовав Лаксару, молча наблюдающему за этой сценой, отвезти новоявленную пророчицу назад к родителям, не забыв при том «''надавать ей пощечин''», а затем, чтобы раз и навсегда выбить дурь из головы, поскорее выдать замуж. Пригрозив напоследок, что если она вздумает появиться снова, он отдаст ее на потеху своим солдатам «''каковые любят свежее мясцо''», Бодрикур резко прерывает встречу.

Однако, бесстрашие и убежденность этой девочки как видно, производят на него определенное впечатление. Комендант Вокулера прекрасно знает ее отца, старосту деревни Домреми, и конечно же, грозит в пустоту: опозорить его дочь он не имеет ни малейшего желания. Впрочем, не зная как поступить, он уведомляет о своих сомнениях своего непосредственного патрона — Рене, наследника герцогства Бар. То, что знает Рене знает и его энергичная мать. Отличие прозорливого политика от посредственности есть умение пользоваться любым возможным шансом, сколь бы призрачен и сомнителен он ни был, умение отличить невозможное от того, что только кажется невероятным, и наконец, дать каждому действовать в меру его душевных сил и способностей, лишь слегка направляя, если в том возникнет необходимость.

В данный момент Иоланда спешить не намерена. Если эта новоявленная пророчица чего-то стоит, она сумеет настоять на своем, если же нет — о ней стоит забыть и заняться другим. Бодрикуру, по всей видимости, отдается приказ ничего не предпринимать. Это гипотеза, читатель, документов, способных подтвердить или опровергнуть то, что происходило на этой очень ранней стадии, не существует. Однако, в свете того, что следует далее, она имеет право на существование.

С уверенностью можно сказать одно: не будь Рене Анжуйский наследником герцогства Барского, и не будь на свете Иоланды, феномен Жанны не смог был раскрыться во всей своей силе и убедительности. В этом сомнений нет. Об остальном судите сами.

{| width="350px" align="left"
|
{| width="350px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Hermann Anton Stilke oan of Arc.jpg|350px]]
|-
| Жанна перед св. Катериной и архангелом Михаилом.. ''Германн-Антон Штильке «Жанна д'Арк». - Холст, масло. - 1843 г. - Государственный Эрмитаж. - С.-Петербург, Россия''
|}
|}
Деревенька Домреми разделена пополам, так сложилось исторически, в результате многочисленных пограничных прецедентов между двумя соперничающими государствами: Францией и Империей, государю которой присягает на верность [[ru.wp:Лотарингия (герцогство)|герцог Лотарингский]]. Южная часть принадлежит французской короне, северная (в которой, судя по всему, и находится дом семейства д’Арк), находится во владении сеньоров де Бурлемон, вассалов герцога Барского. Им же подчиняется крепость Вокулер… так что, по-видимому, с самого начала каждый шаг будущей освободительницы Франции находится под неусыпным надзором анжуйского семейства. Пока что достаточно скептическим, но внимательным.

Как и следовало ожидать, она появляется перед Бодрикуром снова, в январе следующего 1429 года. Кузине приходит время рожать, и Лаксар настоятельно просит Жака д’Арк и его супругу отпустить младшую дочь, чтобы помочь принять роды и хозяйничать в доме, пока его жена не поднимется на ноги. Разрешение дано, выполнив обещанное, Жанна просит снова отвезти ее в Вокулер, и Лаксар Дюран снова повинуется ей. На сей раз, твердо глядя в глаза Бодрикуру, Жанна уже не просит, а требует отправить ее к королевскому дворцу под надежной охраной, так как ей предписано освободить Орлеан (осада которого, начавшаяся осенью, привлекает внимание всей страны) и [[ru.wp:Коронация короля Франции|короновать]] дофина в [[ru.wp:Реймс|Реймсе]].

На сей раз Бодрикур уже не угрожает. Не говоря ни да ни нет, он отсылает прочь настойчивую просительницу. Жанна в свою очередь настроена идти до конца. Наотрез отказавшись вернуться домой, она останавливается здесь же, в городе, в семье колесника Анри де Руайе и его супруги Катерины. Дважды в неделю она исправно посещает церковь Нотр-Дам де Вокулер, причащаясь и исповедываясь местному приходскому священнику. Слава о пророчице начинает распространяться в городе, к ней тянется бесконечный поток людей — простолюдинов и дворян. По воспоминаниям своих будущих спутников — Жана де Новлопона и неизменного Бернара де Пуланжи, она во время одной из встреч заявила им: «''Никто на свете — ни папа, ни император, ни [[ru.wp:Маргарита Стюарт, дофина Франции|дочь короля Шотландии]] не сможет спасти Францию. Никто кроме меня одной.''» Переговоры о браке дофина Людовика с дочерью [[ru.wp:Яков I (король Шотландии)|короля Шотландии]] велись в глубокой тайне. Если эта история не выдумана задним числом, Жанна уже в это время знает многое, а при ее уме и дальновидности, несложно сделать соответствующие выводы.

«''Время тянулось для нее медленно, как для женщины, ожидающей ребенка''», позднее вспоминала на Процессе Реабилитации Катерина Руайе. Вести о новоявленной пророчице достигают престарелого [[ru.wp:Карл II (герцог Лотарингии)|герцога Лотарингского]], который призывает Жанну к себе, надеясь, что своими молитвами она поможет ему вылечиться от [[ru.wp:Подагра|подагры]]. Надо сказать — вовремя, так как Жанна, потеряв терпение уже собирается сама отправиться ко двору, и настоятельно просит Лаксара купить для нее пару лошадей и найти попутчика. Подобное путешествие скорее всего закончилось бы перед закрытыми воротами замка Шинон… но к счастью, состояться ему не дано.

Представ перед стариком, Жанна, ничуть не оробев, предлагает ему немедленно отослать от себя любовницу. Мы уже знакомы с ней — речь идет об Алисон де Мей, той самой авантюрной особе, которая весьма посодействовала Иоланде в ее планах касательно брака Рене Анжуйского и [[ru.wp:Изабелла Лотарингская|Изабеллы Лотарингской]]. Других средств излечения Жанна не знает, о чем говорит ему совершенно прямо, зато предлагает отправить себя и своих спутников к королю. Герцог смеется, награждает дерзкую девчонку пригоршней монет, дарит ей коня и отсылает прочь.

Ожидание продолжается, когда вдруг в гости к Жанне заявляется не кто иной, как сам комендант крепости. Его сопровождает [[ru.wp:Францисканцы|францисканский монах]], которому предписано произвести над Жанной обряд изгнания дьявола. Ничего удивительного, для людей того времени любое резкое изменение привычного уклада трактовалось как вмешательство в их жизнь Бога или Сатаны. Жанна успешно выдерживает испытание. Итак, не [[ru.wp:Юродство|юродивая]], не сумасшедшая и не [[ru.wp:Кликуши|кликуша]]. Это уже много. На следующем этапе новоявленную «''спасительницу Франции''» подвергают строгому допросу в присутствии местных знатоков [[ru.wp:Священное Писание|Священного Писания]]. Иоланда не спешит. Если эта девочка всерьез собралась решить столь трудную задачу, ее требуется провести через жернова сложных экзаменов и проверок на решимость, упорство и мужество. Иначе нет ни малейшего резона с ней связываться. Взялась, пусть терпит. Опять же, это гипотеза, прямых подтверждений нет. Но то, что знал герцог Лотарингский должен был без сомнения знать его зять, так что внимание анжуйского дома на этой стадии уже практически не вызывает сомнений.

Жанна достойно выдерживает испытание. И вновь ее заставляют ждать, и в третий раз, 12 февраля она предстает перед осторожным комендантом, требуя отправить ее к королю, иначе «''будет еще хуже''». Это «хуже» более чем понятно, в недавнем времени до того состоялась знаменитая «[[ru.wp:Битва селёдок|селедочная битва]]», в которой гарнизон Орлеана потерял множество доблестных защитников. Крепость вот-вот падет, ее защитники, доведенные до отчаяния, просят [[ru.wp:Филипп III Добрый|герцога Бургундского]] принять их капитуляцию, чтобы избежать грабежа и бесчинства английских солдат.

Филипп Добрый, никогда не упускающий возможности округлить свои владения идет с этим к [[ru.wp:Джон Ланкастерский, герцог Бедфорд|Бедфорду]] и получает грубый и унизительный отказ. Более того, англичанин прямо угрожает, что если бургундец не прекратит ему докучать, он «''отправит его в Англию пить пиво''». Филипп уязвлен до глубины души, и немедленно дает приказ своим отрядам уйти от Орлеана. В добрый путь! Но англичане еще сильны, и ждать больше нечего. Жанна в полной мере сумела вызвать к себе уважение… пора!

Дневник парижского горожанина/Об авторе

2017-01-05T03:32:30Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''Об а...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''Об авторе.'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина|Содержание]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/1|1]] →

}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Об авторе ==
(en construction)

Файл:Mario Taddei Unique edition of the Codex Atlanticus - Codice Atlantico-www.mariotaddei.net (27b).jpg

2016-10-23T23:49:18Z

Dimetr: {{Изображение | Описание = {en|1=Unique edition of the Codex Atlanticus as it was in the 1600. The book is a box made by Pompeo Leoni to collect all the pages. Made by Mario Taddei in the 2007}} | Источник = Mario Ta

{{Изображение
| Описание = {en|1=Unique edition of the Codex Atlanticus as it was in the 1600. The book is a box made by Pompeo Leoni to collect all the pages. Made by Mario Taddei in the 2007}}
| Источник = Mario Taddei
| Время создания =
| Автор = Mario Taddei
}}

Каноническое право Римско-католической церкви/Глава 1 Возникновение канонического права

2016-10-22T03:01:01Z

Dimetr:

Королева четырех королевств/Глава 2 Супруга

2016-10-21T03:21:48Z

Dimetr: орфография

{{header-ru
| title = [[Королева четырех королевств|"Королева четырех королевств"]]
| section = '''Глава 2 Супруга'''
| author = Zoe Lionidas
| previous = ← [[Королева четырех королевств/Глава 1 Инфанта|Глава 1 Инфанта]]
| next = [[Королева четырех королевств/Глава 3 Политик|Глава 3 Политик]] →
}}

== Свадебные торжества ==
{| width="300px" align="right"
|
{| width="200px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Arles kirche st trophime fassade sky.JPG|300px]]
|-
| Собор Сен-Трофим, Арль.''
|}
|}
Иоланда появляется шесть дней спустя, 1 декабря 1400 года. Для короткого отдыха [[ru.wp:Инфант|инфанта]] останавливается в специально отведенном для нее доме за городской чертой, умывается, укладывает волосы, меняет запыленную дорожную одежду на пышное платье новобрачной, и вступает в [[ru.wp:Арль|Арль]] со всей полагающейся пышностью. Вступление знатного лица в тот или иной город — это была настоящая церемония, разработанная до мелочей, яркая и зрелищная, для горожан превращавшаяся в настоящий праздник. Невеста принца идет пешком вплоть до городских ворот, где ее уже ожидают [[ru.wp:Эшевены|городские старшины]] с символическими ключами от города, одетые в [[Костюм средневековой Франции/Глава VII Геральдический костюм|геральдические цвета]] и местное духовенство с крестами и [[ru.wp:Хоругвь (православная)|хоругвями]], также одетое в самые пышные богослужебные ризы. Поклонившись местным святыням, и поприветствовав горожан, Иоланда садится на рослого, пышно изукрашенного коня, которого ведут под уздцы по правую руку от невесты — граф де Прадас, по левую — ее будущий деверь Карл, над ее головой поднимают золоченый [[ru.wp:Балдахин|балдахин]], затканный гербами жениха и невесты, и далее по улицам города, разукрашенным цветами, коврами и триумфальными арками, забитыми толпами народа, бурно выражающими свой восторг, она движется вначале в [[ru.wp:Собор Святого Трофима|собор Сен-Трофим]], где Богу приносятся благодарственные молитвы, затем — в архиепископский дворец, где ей навстречу уже спешат жених и будущая свекровь{{sfn|Senneville|2008|p=30}}. Специально ради такого торжества высокие церковные хоры завешиваются великолепными [[ru.wp:Анжерский апокалипсис|гобеленами с изображениями Апокалипсиса]]. Когда-то Людовик I приказал выткать их для своей молодой супруги, и вот сейчас Мария Блуасская отдает их в дар молодой чете. Иоланда сохранит эти гобелены еще много лет, и также будет в знак своей особой милости предоставлять для свадеб своих придворных и их детей. Двадцать лет спустя одним из этих счастливчиков окажется некий[[Жиль де Рэ - маршал Синяя Борода| Жиль де Рэ]], более известный под своим посмертным прозвищем [[Жиль де Рэ - маршал Синяя Борода/Глава 5 Легенда о Синей Бороде|Синяя Борода]]… однако, мы отвлеклись{{sfn|des Roches de Chassay|2006|p=44-45}}.

Свадьбу со всей соответствующей случаю пышностью сыграют на следующий день, венчать Людовика и Иоланду будет Никколо ди Бранкас — архиепископ [[ru.wp:Альбано-Лациале|Альбано]]. Церковь запружена людьми, знатнейшие представители [[ru.wp:Прованс|провансальской]] аристократии мешаются здесь с высокопоставленными прелатами, испанцами и посланниками [[ru.wp:Париж|Парижа]]. Иоланду впервые чествуют «королевой» — титулом этим ей предстоит зваться до конца жизни. Королева Четырех Королевств — [[ru.wp:Королевство Арагон|Арагона]], [[ru.wp:Королевство Сицилия|Сицилии]], [[ru.wp:Неаполитанское королевство|Неаполя]] и [[ru.wp:Иерусалимское королевство|Иерусалима]]… королевств несуществующих или недостижимых… но сколь же ласкает ухо подобный пышный титул{{sfn|Senneville|2008|p=30}}.
{| width="300px" align="left"
|
{| width="300px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Arles - Trophime 6.jpg|300px]]
|-
| Собор Сен-Трофим. У этого алтаря венчались Людовик и Иоланда.''
|}
|}
{{quote|Принцесса эта притягивала к себе все взгляды по причине редкой своей красоты и дивности ее лица, и горделивого достоинства, каковое излучала вся ее личность. Коротко говоря, грации ее не было равных. По утверждениям людей мудрых, каковым довелось быть ей учителями, она представляла собой подлинное совершенство, бессмертие было, пожалуй, единственным, чего ей недоставало. Я не буду даже пытаться подробно описать здесь все ее очарование, достаточно будет сказать, что ни одна женщина не выдерживала с ней даже отдаленного сравнения|}}.

Мишель Пентуэн, автор латиноязычной «[[ru.wp:Большие французские хроники|Хроники Сен-Дени]]», которому принадлежит эта цитата, самолично присутствовал на свадьбе, и в своем произведении отвел ни много ни мало, целую страницу восхвалению новобрачной и описанию пышности пиров{{sfn|des Roches de Chassay|2006|p=43}}{{sfn|Senneville|2008|p=13}}.

Удивительно. Черноглазая и черноволосая испанка с бронзово-смуглой кожей, да еще и высокого роста — прямая противоположность тогдашнему идеалу красоты, отдававшему безусловное предпочтение субтильным голубоглазым блондинкам. Смуглая немка, [[ru.wp:Изабелла Баварская|королева Франции Изабелла]], о которой у нас еще неоднократно пойдет речь, из раза в раз становилась мишенью анонимных (а порой и открытых) насмешек над своей «уродливой» — читай — слишком темной и слишком плотной для тогдашнего вкуса — кожей. Полагалось, что истинная красавица должна быть прозрачна до синевы, так что красное вино, проглоченное ею, будет просвечивать через мраморную бледность шеи. Чтобы достичь желаемого вида, средневековые красавицы пускали себе кровь, нещадно покрывали нос и щеки рисовой пудрой, самые ушлые — даже подрисовывали на шее синие кустики вен. А тут — стоило появиться этой арагонке, и многовековой идеал отправился в тартарары. С документами не поспоришь, хроникер французского короля — Жан Жювеналь дез Юрсен также отмечал, что «''никогда ранее не видел столь прелестного создания''»{{sfn|Senneville|2008|p=13}}. Видно, что-то было в нашей героине, позволявшее походя, быть может, незаметно для себя переворачивать с ног на голову старинные обычаи. Цельный характер? Ясный ум, непреклонная воля? Не будем гадать. Всем этим качествам еще предстоит себя проявить со временем.

Следующие несколько дней пролетают в вихре празднеств — обеды, танцы, торжественные [[ru.wp:Месса|церковные мессы]]. Прованс преподносит молодым сто тысяч [[ru.wp:Флорин|золотых флоринов]] — очень немалая сумма по тем временам! Город Арль в лице своих высших сановников — золотую и серебряную посуду, в церквях громко звонят колокола, народ угощают прямо на улицах жарящимися тут же на огромных вертелах бычьими и свиными тушами, вином, которое каждый вдоволь черпает из бочонков, и прочей снедью и напитками{{sfn|Senneville|2008|p=30}}.

Дни пролетают незаметно, и вот уже, по окончании свадебных торжеств путь молодой пары лежит в [[ru.wp:Тараскон|Тараскон]]. Арль, ревниво стерегущий свои древние «вольности» наотрез отказывает своему сеньору, желающему возвести на своей территории новую неприступную крепость. Здесь же, в Тарасконе древний замок уже обветшал и едва держится, грозясь похоронить под собой неосторожного посетителя. Молодая чета задерживается в Тарасконе на недолгое время, тогда как Людовик утверждает чертежи и сметы для будущего строительства, и внимательно выслушивает советы своей молодой супруги, которая, вспомнив уроки Барселоны, не менее внимательно выслушивает доклады каменщиков, художников, зодчих, решая их споры с уверенностью знатока{{sfn|des Roches de Chassay|2006|p=45}}{{sfn|Senneville|2008|p=31}}.

Путь молодой четы лежит далее в Париж, дипломатический протокол требует, чтобы король и королева Сицилии совершили визит вежливости ко двору французского монарха. Вначале — сухопутным путем, затем на корабле (куда более удобное и безопасное в те времена транспортное средство!) юные супруги оставляли позади город за городом. Изначально импонировавшие им торжественные встречи постепенно надоели до зубовного скрежета: везде, из раза в раз, въезд в широко распахнутые ворота, церемониальный поклон перед городскими святынями, длинные и как правило, витиеватые речи местных старшин, ключи от города на дорогом блюде, улицы, запруженные толпами зевак, громко выражающих свое одобрение, триумфальные арки, перевитые цветами, ковры, свешивающиеся из балконов и окон, торжественная месса в главном городском соборе, и наконец длиннейший ужин, затягивавшийся далеко за полночь. И если бы это было все! Каждая купеческая корпорация, каждый [[ru.wp:Цех|цех]], каждое религиозное братство наперебой зазывали молодоженов к себе на обед, на ужин, на танцы. И бесконечные подарки — им преподносили горки золотых и серебряных монет, дорогую посуду, украшения, ковры. В конечном итоге, молодая пара наловчилась исчезать, не дожидаясь окончания очередного торжества, и скрываться у себя в каюте, откуда несся затем их заливистый смех{{sfn|des Roches de Chassay|2006|p=47}}.

== Париж ==

=== Прогулка по городу и ужин во дворце Сен-Поль ===
Но всему когда-то приходит конец, и вот позади остались города на [[ru.wp:Сена|Сене]], чье течение само несло их к столице Франции, и впервые в своей недолгой еще жизни королева Иоланда увидела Париж. Даже в те времена этот мегаполис средневекового мира мог произвести на непривычного человека огромное впечатление. Здесь было 200 тыс. жителей — больше чем в каком-либо ином европейском городе. Приезжих приводили в восхищение величественные башни и красота внутреннего убранства [[ru.wp:Собор Парижской Богоматери|Нотр-Дам де Пари]] — центрального городского собора, как известно, существующего и доныне на парижском острове [[ru.wp:Остров Сите|Сите]], между обеими половинами [[ru.wp:Средневековый Париж|старого города]]: университетской и купеческой. На купеческой стороне привлекала внимания недавно законченная крепость — [[ru.wp:Бастилия|Бастилия]], охранявшая своей грозной массой ворота Сент-Антуан, возле нельских ворот высилась мрачного вида [[ru.wp:Нельская башня|башня того же имени]], известная тем, что именно здесь назначали свидания своим любовникам распутные невестки короля [[ru.wp:Филипп IV (король Франции)|Филиппа Красивого]] — [[ru.wp:Маргарита Бургундская (королева Франции)|Маргарита]] и [[ru.wp:Бланка Бургундская|Бланка]]. По вине их легкомысленных похождений государство оказалось ввергнуто в войну, которая в те времена была в самом разгаре. Историки назовут ее [[ru.wp:Столетняя война|Столетней]]. На Крытом рынке волновалась толпа, с лотков, телег, с прилавков торговали снедью, тканями, украшениями, ревел, мычал и ржал на все голоса скот, согнанный для продажи{{sfn|des Roches de Chassay|2006|p=44-45}}{{sfn|Beaune|1990|p=476-478}}.

Отель д’Анжу — городская резиденция герцогов этой земли в Париже, в настоящее время не существует. Среди многих других старинных зданий, он был снесен в XIX веке, чтобы освободить место для новой застройки, и сейчас на его месте возвышается [[ru.wp:Центр Помпиду|Центр Помпиду]]. Не сохранился ни его план, ни рисунки, передававшие бы внешний вид старинного здания. А по-видимому, там было на что посмотреть! Отель был выстроен самим [[ru.wp:Карл I Анжуйский|Карлом Анжуйским]], братом [[ru.wp:Людовик IX|Людовика Святого]] и основателем династии в 1270 году. В тогдашнем Париже это был [[ru.wp:Маре (квартал)|Маре]] — влажный берег Сены, где располагались городские сады, огороды и поля, принадлежавшие зажиточным горожанам. Можно представить себе это здание — приземистое, крепкое, с узкими окнами-бойницами, предназначенное скорее для осады, чем для приятного времяпрепровождения в столице{{sfn|des Roches de Chassay|2006|p=44-45}}.

По всему городу стучали топоры: двумя годами ранее, столица Франции пережила страшную эпидемию [[ru.wp:Чума|чумы]], и лишь постепенно возрождалась к жизни. В благодарность Господу возводили многочисленные церкви, деревнные и каменные, еще окруженные со всех сторон строительными лесами, они тем не менее служили напоминанием к тому, что суетным страстям следует отступать перед величием духа. А этим страстям было где развернуться!… Из многочисленных [[ru.wp:Таверна|таверн]] неслись упоительные запахи, лилось вино, стучали [[ru.wp:Кости (игра)|кости]], кричали и ругались игроки{{sfn|des Roches de Chassay|2006|p=44-45}}. А [[ru.wp:Костюм средневековой Франции/Глава VI Светский костюм XIV—XV вв.|моды, ах какие моды!…]] Уже в те времена Париж задавал тон всей стране, дамские платья радовали глаз [[Костюм средневековой Франции/Окрашивание ткани. Цвета в костюме и их символика|чистыми и яркими цветами]] — алым, зеленым, лазурно-голубым. Замужние дамы в соответствии с обычаем должны были обязательно покрывать головы, последним писком как раз в это время оказались мягкие овальные шапочки-буррелé, шитые золотом и украшенные драгоценными камнями. Под бурреле волосы укладывались в два широких горизонтально торчащих «рога», сверху по желанию, хозяйка прически могла также накинуть [[ru.wp:Вуаль|вуаль]]. Колкий Жувенель дез Юрсен, потешаясь над столь экстремальной модой, писал, что дамы вынуждены, подходя к дверям поворачиваться боком, и низко приседать, позволяя вначале протиснуться в проход только одному огромному «уху», затем второму.

Две недели пролетают как один день, вот наконец, дворцовый посланный, отдав церемониальный поклон, в самых изысканных выражениях приглашает короля и королеву Сицилийских присутствовать на торжественном ужине, который в их честь будет устроен во дворце Сен-Поль. К этому вечеру Иоланда особенно тщательно выбирала наряд и прическу; кузен ее мужа, один из могущественнейших сеньоров Европы, должен был составить о ней самое благоприятное впечатление. Итак, гранатово-алое платье с длинным шлейфом, волочащимся по полу. Разгневанные моралисты твердили, что на подобных шлейфах «катаются черти», однако, на парижских модниц это не производило ни малейшего впечатления. Тщательно уложенные волосы; чтобы не подчеркивать свой и без того высокий рост, Иоланда отказалась от геннина, по испанской моде накинув на голову черный шелковый шарф — [[ru.wp:Мантилья|мантилью]]. Ожерелье… перстни… и вот дело закончено. Пора садиться на коня{{sfn|des Roches de Chassay|2006|p=48-49}}.

Для высоких гостей слуги уже от входа протянули внутрь алую ковровую дорожку. Навстречу молодой чете с распростертыми объятиями, как и полагается гостеприимному хозяину, спешит сам [[ru.wp:Карл VI (король Франции)|Карл Французский]], за его спиной небольшая группа людей — ближайшие родственники короны. Это особая честь — ужин будет сервирован по-семейному, в малой зале, без пышности и помпы. Обмен поклонами и поцелуями, дежурные вопросы о дороге, о парижских впечатлениях. Молодую чету ведут внутрь, туда, где уже накрыт стол и по всему покою обильно разбросаны живые цветы, распространяющие прохладный сладкий запах, а многочисленные слуги под бдительным оком старшего [[ru.wp:Дворецкий (старший лакей)|дворецкого]] уже хлопочут вокруг стола. Пока гости рассаживаются как им и положено по чину и протоколу, присмотримся к ним поближе, тем более, что они будут играть ключевые роли в истории дальнейшей жизни нашей героини{{sfn|des Roches de Chassay|2006|p=49}}.
{| style="wide; background:#FAEBD7; text-align:center" cellspacing="12"
| colspan="3" | '''Средневековый Париж.'''
|-
| [[Файл:Paris the Notre Dame.JPG|x290px]]
| [[Файл:Horloge de Charles V - L’horloge est à moitié masquée par un arbre placé devant.jpg|x290px]]
| [[Файл:Hotel-de-Sens-DSC 8075.jpg|x290px]]
|-
| Париж, вид с реки на остров Сите и Собор Нотр-Дам - почти не изменившиеся со времен Иоланды.
| Часы Карла V на городской ратуше - одни из первых в стране.
| Отель архиепископов Сансских, построенный в то же время и в том же районе, что не существующий ныне Анжуйский отель.
|-
|}

=== Король и его семейство ===
{| width="200px" align="left"
|
{| width="200px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Charles-vi-and-odette-de-champdivers-1826(1).jpg|250px]]
|-
| Карл VI и Одетта де Шампдивер. ''Эжен Делакруа «Король Карл VI и Одетта де Шампдивер (приступ королевского безумия» - 1824-1826 гг. - Холст, масло. — Частная коллекция.''
|}
|}
{| width="200px" align="right"
|
{| width="200px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Christine de Pisan and Queen Isabeau (2) cropped.jpg|200px]]
|-
| Изабелла Баварская. ''Неизвестный художник «Дарение книги» (фрагмент). - «Книга королевы» - Harley 4431 f. 3 — ок. 1410-1414 гг. - Британская библиотека, Лондон''
|}
|}
Итак, [[ru.wp:Карл VI (король Франции)|'''Карл Французский''']]. Ему сейчас 32 года. Высокий, крепко сбитый блондин с голубыми глазами и пышной шапкой соломенного цвета волос непринужденно шутит и обменивается любезностями со своими гостями. Однако, неизлечимая болезнь выдает себя восковой бледностью впалых щек, и тщательно скрываемыми усилиями, необходимыми монарху, чтобы сконцентрировать внимание и речь. Воистину трагично, что поражено не тело, поражен мозг, причины страшного недуга оставались загадкой в ту эпоху, не прояснены они и теперь. Все началось восемью годами ранее, когда прямо во время переговоров с чешским королем [[ru.wp:Вацлав IV|Венцеславом]], Карл вдруг почувствовал непонятный жар, в скором времени сменившийся ознобом и изнуряющей лихорадкой. Недуг прогрессировал скорыми шагами, и несколькими месяцами спустя несчастный погрузился в пучину безумия, сменяющуюся затем летаргического вида «''сном, схожим со смертью''». Пройдет короткое время, и французский монарх придет в себя, но единожды начавшись, болезнь станет его постоянным спутником. Он сам будет чувствовать приближение очередного приступа, чтобы затем из любого места где находится, галопом скакать в Париж, чтобы затем несколько месяцев провести в бреду, мучимый кошмарами помраченного сознания, в специально для того оборудованных, запертых снаружи на ключ покоях. В это время короля приходится кормить и обслуживать насильно, будто младенец, он пытается избавиться от одежды, разносит вдребезги все, до чего может дотянуться, до полусмерти избивает супругу, если она осмеливается к нему приблизиться, и наконец, впав в тяжелый сон, на следующие несколько месяцев приходит в себя. С возрастом приступы помешательства все удлиняются, периоды просветления наоборот, укорачиваются, а в народе упорно твердят, что короля травят медленно действующим ядом, чтобы таким образом освободить престол.

[[ru.wp:Шамдивер, Одетта де|'''Одетта де Шампдивер''']]. Ее единственную в качестве исключения допустили к семейному ужину, так как никакого отношения, ни близкого ни далекого, эта дочь дворцового конюшего, [[ru.wp:Бургундия (герцогство)|бургундка]] по происхождению, к королевской семье не имеет. Королева избрала ее в качестве сиделки для ухода за больным супругом. Саму эту фаворитку поневоле — и столь же по необходимости королевскую наложницу, народ наградил ласковым прозвищем «маленькая королева». Она единственная не боится оставаться наедине с королем во время приступов его буйства, ее он узнает всегда — в здоровом и больном состоянии. По легенде, один звук ее голоса, укор и угроза разлюбить и уехать прочь, способны купировать самый тяжелый приступ болезни. Король успокаивается и делается сговорчивым и мягким, позволяя лакеям мыть и одевать свою персону. Опять же, по легенде, желая развлечь больного монарха, Одетта пристрастила его к карточным играм, сделавшимся затем модными по всей стране. Желая угодить больному, ей приходится намеренно проигрывать ему, причем за каждый проигрыш безумец радостно тащит ее в постель, громко вопя при том, что «наголову разбил англичан». Кто поймет больную логику?.. Семь лет спустя у короля и Одетты появится общая дочь — Маргарита Валуа, едва она войдет в возраст, ее официально признают как внебрачного ребенка французского монарха и с честью выдадут замуж за богатого и влиятельного вельможу.

Пока же маленькая Одетта сидит, скромно опустив глаза — точеная фигурка затянута в модное в это время [[Костюм средневековой Франции/Глава VI Светский костюм XIV—XV вв.#Женская роба, или платье|платье-робу]], на голове, как и полагается замужней даме — мягкий шелковый тюрбан. Такой ее изобразит на своем полотне [[ru.wp:Делакруа, Эжен|Эжен Делакруа]]. Одетта почти не вступает в разговор, но не спускает глаз со своего пациента. Тихая, немногословная, очень вежливая, она обладает воистину несгибаемым характером, который позволит ей выстоять во всех бедах, которые выпадут на ее нелегкую жизнь.
{| width="200px" align="left"
|
{| width="200px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Valentine de Milan implore la justice du roi Charles VI pour l'assassinat du duc d'Orléans - Alexandre Colin - MBA Lyon 2014 - détail 2.JPG|200px]]
|-
| Валентина Висконти. ''Александр-Мари Колен «Валентина Миланская, взывающая к королевской справедливости» (фрагмент) - Холст, масло. - 1836 г. — Галерея Большого Трианона. - Версаль, Франция''
|}
|}
{| width="200px" align="right"
|
{| width="200px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Louis-Orleans-Gaignieres (1).jpg|200px]]
|-
| Людовик Орлеанский. ''Неизвестный художник «Герцог Орлеанский и смерть» (фрагмент). - Копия изображения с утерянной фрески церкви Целестинцев в Париже - Экспонат № 58 (фонд Франсуа-Роже де Ганьера). - Отделение фотографий и эстампов. - Национальная библиотека Франции, Париж''
|}
|}
Королева [[ru.wp:Изабелла Баварская|'''Изабелла Баварская''']]. Она уже много лет во Франции, а все еще выговаривает слова с заметным южнонемецким акцентом. Когда-то очень миловидная, королева безобразно расплылась, что безуспешно пытается скрыть складками широкого платья. Дебелое лицо покрывает нездоровая бледность — ситуация ухудшается тем, что королева уже в десятый раз на сносях, в скором времени на свет появится ее юная дочь, [[ru.wp:Екатерина Валуа|Катерина]], будущая королева Английская и родоначальница новой династии [[ru.wp:Тюдоры|Тюдоров]]. Злые языки уверяют, будто отец этого ребенка вовсе не король Карл, но его младший брат, благополучно замещающий ей мужа во время «отсутствия» такового (так на официальном языке именуются периоды королевского умопомрачения). Забегая вперед, скажем, что слухи эти так и не найдут себе окончательных доказательств ни тогда, ни теперь, но зато сумеют основательно отравить жизнь ее сыну и будущему королю [[ru.wp:Карл VII (король Франции)|Карлу VII]].

Кстати, вот и сам младший брат монарха — [[ru.wp:Людовик Орлеанский|'''Людовик Орлеанский''']]. В народе его не любят за кичливость, тщеславие и расточительность. Действительно, наряды этого павлина становятся легендой, вплоть до [[Костюм средневековой Франции/Глава VI Светский костюм XIV—XV вв.#Пурпуэн|пурпуэна]], украшенного шитыми жемчугом лебедями, каждый из который держит в клюве серебряный бубенец. Придворные полагают его фатом и юбочником, это соответствует действительности, сам Людовик открыто хвастается, что может крутить шашни с девятью, а то и десятью дамами одновременно. Правда это или пустое бахвальство, опять же, остается неизвестным. Два года позднее у него появится незаконный сын — знаменитый [[ru.wp:Жан де Дюнуа|Жан де Дюнуа]], преданный соратник Жанны. Снедаемый властолюбием Людовик горько жалеет, что по капризу судьбы родился вторым. Едва лишь стало ясно, что брат его неизлечимо болен, принц развил бешеную активность, пытаясь завладеть короной, однако, не нашел в том сочувствия в среде знати и духовенства. Впрочем, он и сейчас не до конца расстался с этой надеждой, несмотря на то, что у его брата есть уже двое законных сыновей — позднее появится и третий. Этот тонкий интриган привлек на свою сторону королеву (отсюда, видимо, и появился упорный слух, будто он состоит у нее в любовниках, и полностью подчинив себе эту безвольную женщину, заставляет травить мужа [[ru.wp:Спорынья|медленно действующим ядом, вызывающим помутнение рассудка]]). Кроме того, Людовик прекрасно умеет пользоваться недееспособностью старшего, вовремя подсовывая ему на подпись документы, исключительно выгодные для себя любимого. Он уже наводнил королевский двор и совет своими приверженцами, и желает во что бы то ни стало прибрать к рукам если не корону, то хотя бы регентство при смертельно больном монархе.

Его супруга — [[ru.wp:Валентина Висконти (герцогиня Орлеанская)|'''Валентина Висконти''']], отпрыск [[ru.wp:Дом Висконти|знатнейшего герцогского рода]] [[ru.wp:Падания|Северной Италии]]. Также смуглокожая и темноволосая как Иоланда, она отличается легкой и непринужденной манерой обращения. Будучи уже не один год замужем, она тем не менее все еще смотрит на своего ветреного супруга влюбленными глазами. Время от времени ей доносят о его бесконечных похождениях, между герцогской четой вспыхивают бурные ссоры, но через некоторое время остыв, Валентина разумно полагает, что мужа не переделать и лучше все оставить как есть. Удивительно, что вслед за своей неизменной сиделкой лишь ее, Валентину, король узнает даже во время самых тяжелых приступов, именует дражайшей сестрой, и пытается вести с ней почти осмысленный разговор. Некоторое время снедаемая завистью супруга будет этот терпеть, затем, обвинив итальянку в том, та «''околдовала и отравила''» короля, сумеет добиться ее изгнания из дворца. Но это еще дело будущего.

=== Дальняя королевская родня. Окончание ужина и последние дни в столице ===
Старший из двух оставшихся в живых королевских дядей — [[ru.wp:Жан (герцог Беррийский)|'''Жан Беррийский''']]. Как мы помним, когда-то их было трое, причем старшим по возрасту был Людовик Анжуйский — свекор Иоланды, навсегда оставшийся в Италии. Жан Беррийский вместе со своими братьями исполнял роль регента короны до совершеннолетия Карла, уже в детстве оставшегося круглым сиротой, и снова ненавязчивым образом вернулся к власти при больном племяннике. Когда-то статный красавец, к старости он располнел и обрюзг (это наследственная черта [[ru.wp:Валуа|Валуа]], которая проявится также у супруга Иоланды), и обзавелся завидным носом-картошкой. Строго говоря, особым властолюбием этот младший отпрыск королевского рода никогда не отличался, дай ему волю, он скорее проводил бы все свое время среди своих художественных коллекций — манускриптов, с тех пор признанных настоящими шедеврами Северного [[ru.wp:Возрождение|Ренессанса]], миниатюрами, скульптурами, [[ru.wp:Гобелен|гобеленами]]… однако, для всего этого требуются деньги и еще раз деньги, и Жан Беррийский приноровился по локоть запускать руки в королевскую казну, благо, до недавнего времени ему в этом не мешали. Полагая, что страна и ее народ существуют на свете исключительно для того, чтобы ублажать капризы королевского сына, он вызвал к себе бурную ненависть подданных, которая однажды уже вылилась в [[ru.wp:Восстание тюшенов|нешуточное восстание]], которое пришлось подавлять военной силой. Теперь же новая беда — от властной кормушки обоих регентов пытается оттеснить деятельный брат короля, и эта борьба только начинается. Жан Беррийский старается, сколько может, сохранить нейтралитет между противниками, и даже какое-то время добивается своего. Сейчас именно такой момент; боевые действия временно приостановлены. Пока.

Младший — [[ru.wp:Филипп II Смелый|'''Филипп Бургундский''']], черноглазый и горбоносый, чем-то напоминающий итальянца. Властолюбие в нем в разы превосходит более чем скромные государственные способности. Подданные прозвали его «Смелым», действительно, этот храбрый рубака на поле битвы чувствует себя как рыба в воде, но совершенно теряется в атмосфере придворных интриг и умения добиваться своего с помощью цветистых речей и сложных многоходовых комбинаций. С племянником — Людовиком Орлеанским — он расходится во мнениях во любому, без всякого исключения, вопросу внешней политики. Западная церковь уже несколько лет находится [[ru.wp:Великий Западный раскол|в состоянии раскола]], два папы — в [[ru.wp:Авиньон|Авиньоне]] и Риме осыпают друг друга проклятиями. Естественно, если племянник поддерживает одного, дядя считает для себя честью во всем продвигать интересы второго. Король [[ru.wp:Ричард II|Ричард Английский]] ведет себя по отношению к Франции достаточно миролюбиво — по причине того, что английская казна пуста, и стране нужно передохнуть, чтобы вновь ввязаться в единоборство за корону. Людовик Орлеанский требует немедленной высадки на Британские острова, чтобы истребить врага в его же логове, пока он еще слаб, Филипп взывает к осторожности и терпению — Франция также находится не в лучшем состоянии, и следует накопить силы и деньги прежде чем ввязываться в драку. Бравый бургундец приходит в настоящее бешенство, понимая, что на заседаниях королевского совета ушлый племянник обходит его по всем фронтам, прибирая к рукам кормила государственной власти, и не находит ничего лучшего, чем бряцать оружием и грозить войной. В последний момент вмешательство Жана Беррийского останавливает противников, но оба понимают, что это всего лишь передышка перед решительной схваткой.

Его сын Жан. Позднее он будет известен как герцог бургундский [[ru.wp:Жан Бесстрашный|'''Жан Бесстрашный''']]. Вслед за отцом, отличный воин, плохой политик, и более чем приличный демагог. В отличие от своих противников, он весьма трезво сумеет оценить роль низших классов, а также их возможную поддержку для того, чтобы он смог достичь вожделенной цели: власти над королевством. Потому он изберет столь же циничный, сколь и безошибочный путь, с громким возмущением встречая любую попытку ввести военные налоги. «''Народ и без того слишком обескровлен, чтобы требовать от него большего!''» Прием стар как мир, но действует безотказно. Подтекст: возведите меня на трон и ваша жизнь превратится в сплошной праздник. Население Парижа с готовностью проглотит эту не первой свежести приманку и погоня за невозможным (жизнь без налогов, жизнь в свое удовольствие, вечно!) выльется в кровавую бойню, лишения, голод, наконец, падение столицы перед войсками неприятеля. Действительно, если бы кое-кто учил историю, двадцать первый век мог бы начаться по-другому. Но увы и ах.

Но пока все проблемы и противоречия отставлены в сторону, и семейство изо всех сил изображает согласие и взаимную любовь, обмениваясь шутками и угощаясь за общим столом.

Молодая чета задержится в Париже еще на несколько дней. Узнав о том, что у королевы начались схватки, Иоланда вихрем примчится во дворец Сен-Поль, поспешит в ее покои, которые уже гудят как потревоженный улей. Здесь буквально не протолкнуться от фрейлин, нянек, повитух, однако, решительная испанка, пробившись к роженице, предложит свою помощь, которая будет с благодарностью принята. Неизвестно, насколько умелой акушеркой окажется наша героиня, однако, так или иначе на свет появится здоровая и крепкая девочка: [[ru.wp:Екатерина Валуа|будущая королева английская]].

Распрощавшись с гостеприимным королевским семейством, молодая чета отправилась в [[ru.wp:Анже|Анжер]] — столицу [[ru.wp:Анжу (герцогство)|Анжу]], где отныне Иоланда обретет для себя новую родину.
{| style="wide; background:#FAEBD7; text-align:center" cellspacing="12"
| colspan="3" | '''Дальняя королевская родня'''
|-
| [[File:Duc_de_Berry.jpg|x250px]]
| [[File:Philippe_II_de_Bourgogne.jpg|x250px]]
| [[Файл:John II, Duke of Burgundy.jpg|x250px]]
|-
| Жан Беррийский ''Жан Лимбург «Январь» (фрагмент). - «Великолепный часослов герцога Беррийского». — Ms. 65 f. 1 - ок. 1410-1416 гг. - Музей Конде, Франция.''
| Филипп Бургундский. ''Неизвестный художник фламандской школы «Филипп, герцог Бургундский». - Дерево, масло. - ок. 1500 г. - Хофбург, Вена.''
| Жан Бургундский. ''Жан Малуэль «Жан Бесстрашный, герцог Бургундский». — Дерево, масло. - Ок. 1404-1405 гг. - Луврский музей. - Париж, Франция.''
|-
|}

== Анжер ==

=== Новая родина и новый дом ===
Анжерская крепость существует до сих пор, она мало изменилась с XV века. Выстроенная еще [[ru.wp:|Людовиком Святым]] как форпост Северной Франции, она была для тех времен одной из мощнейших крепостей страны, о которую разбилось не одно нашествие. Именно к Анжеру любой ценой будут рваться войска английских завоевателей, именно у этих стен разыграется знаменитая «битва за Анжу»… однако, мы забегаем несколько вперед.
Гигантские стены, выложенные из темного местного [[ru.wp:Туф|туфа]], перемежаемого слоями белого [[ru.wp:Известняк|известняка]], что придает им своеобразный «шахматный» оттенок, представляли собой почти правильный четырехугольник; впрочем, одна из сторон этого четырехугольника отсутствовала, сменяясь невысокой [[ru.wp:Куртина|куртиной]], так как с этой стороны обрывистый берег [[ru.wp:Мен (река)|реки Мен]] и без того представлял собой очень серьезное препятствие для любого противника. Стену довершали 17 конусообразных башен; в настоящее время их верхние части разрушены, однако, в эпоху Иоланды острые кровли вздымались вверх на добрые 30 м от основания. Вокруг крепостной стены был вырыт глубокий и широкий ров, постоянно заполненный водой, через который, в согласии с тогдашней [[ru.wp:Фортификация|фортификационной наукой]], был перекинут подъемный мост.

Древний город славился своим богатством, гостеприимством и добрым нравом жителей, а также искусностью местных мастеров. Это был город купцов и ремесленников, ежегодно здесь проходило не менее трех ярмарок. Места в пределах стен хватало для всех — и крепостного гарнизона, представлявшего собой в достаточной мере грозную армию, и для горожан, селившихся в многочисленных деревянных домах, рассыпавшихся по всему пространству, огороженному стенами. Каменное строение на весь город было одно: старинный замок (назвать его дворцом можно было с весьма большой натяжкой), выстроенный зачинателями анжуйской династии. Это сооружение, приземистое, сильно отдающее варварским вкусом, сложенное из грубо отесанных камней, c узкими окнами-бойницами, почти не пропускавшими света, уже в те времена смотрелось нелепым анахронизмом. Здесь вольготно бы чувствовали себя разве что древние [[ru.wp:Франки|франки]], любители пива и цельных бычьих туш, с которых следовало кинжалами отрезать куски мяса и с хрустом разгрызать кости, сплевывая прямо на пол. Все это варварское великолепие дополнялось закопченным от сотен факелов потолком, и постоянной промозглой сыростью, которую невозможно было прогнать. Впрочем, покойный [[ru.wp:Людовик I Анжуйский|Людовик I]], незадолго до своего отъезда в Италию приказал пробить в каменных стенах высокие стрельчатые окна, чтобы впустить внутрь побольше света и тепла, и дополнить древний замок с обеих сторон дополнительными строениями, которые среди прочего должны были включать многочисленные службы: кухню, комнаты для слуг и т. д.

И все же, нетрудно себе представить каким вопиющим убожеством этот осколок древности виделся молодой королеве, привыкшей к изящной архитектуре [[ru.wp:Мавры|мавров]], столь воздушной, что она казалась плывущей в воздухе, к говору фонтанов и апельсиновым садам!.. Впрочем, наша героиня, как и ее супруг, не привыкли опускать руки. Как мы уже упоминали, для украшения королевского жилья, [[ru.wp:Жан де Бондоль|Эннекену из Брюгге]], одному из лучших художников и ткачей той эпохи, загодя были заказаны огромные гобелены с изображениями из Апокалипсиса Иоанна. По его эскизам они будут вытканы в мастерской Робера Пуансона, искусного парижского ткача, работа эта потребует ни много ни мало, пяти лет, зато после ее окончания полюбившиеся ковры супруги будут постоянно возить за собой, украшая ими стены каждого замка или дворца, где пожелают на время остановиться. Кстати, этот гобелен, считающийся одним из самых крупных в мире, благополучно сохранился до сих пор, желающие могут полюбоваться им в музее на территории Анжерского замка. Молодой король с супругой деятельно взялись за украшение своего жилища. Примыкая к древнему зданию, в скором времени поднялся королевский дворец, Иоланда лично руководила постройкой маленькой придворной капеллы, беспрестанно советуясь с художниками, резчиками по дереву и камню, присматривая за работой строителей. Женщина-зодчий! Даже в наше время подобное редкость, а тогда и вовсе было чем-то из ряда вон выходящим. Однако, нашей героине было, по-видимому, на роду написано постоянно удивлять окружающих. Выстроенная по ее приказу часовня существует до сих пор. Ее архитектура довольно скромна — небольшое здание в [[ru.wp:Романская архитектура|романском стиле]] с характерным куполом, с трех сторон несет на себе гербы Сицилии, Арагона, Иерусалима, и наконец, [[ru.wp:Лотарингский крест|анжуйский крест]]. Несмотря на внешнюю простоту, часовня внутри удивляет объемностью и количеством света, изо дня в день заливающего ее через цветные [[ru.wp:Витраж|витражные]] стекла. Отличается оно также великолепной акустикой, церковные хоры и музыка приобретают здесь величественное и грозное звучание. Итак, напряженная работа через сравнительно небольшой срок подходит к концу, и молодая пара может наконец-то вселиться в достойное их обиталище.
{| style="wide; background:#FAEBD7; text-align:center" cellspacing="12"
| colspan="3" | '''Анжер'''
|-
| [[Файл:Angers (2).JPG|x280px]]
| [[Файл:Angers - Château - Mur de l'ancienne salle du trône - 20080921.JPG|x280px]]
| [[Файл:Palais royal au château d'Angers 2.JPG|x280px]]
| [[Файл:Angers - Château - Le châtelet, la chapelle et la tour du moulin - 20080921.JPG|x280px]]
|-
| Анжерская крепость (современный вид).
| Развалины древнего замка.
| Новый королевский дворец.
| Часовня, выстроенная по проекту Иоланды.
|-
|}

=== Несколько зарисовок из жизни королевской четы ===
{| width="350px" align="right"
|
{| width="350px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Leighton-Tristan and Isolde-1902 1.jpg|350px]]
|-
| Дама, одетая по моде времен XV века: расшитый золотом шелк, пышные разрезные рукава, и дорогой кошелек на поясе. Кавалера художник предпочел изобразить в простом костюме по моде времен Меровингов ''Эдвард Лейтон «Допетая песня (Тристан и Изольда)» (фрагмент). - Ок. 1902 г. - Частная коллекция''
|}
|}
Неустанно хлопочущий о своей молодой супруге Людовик в первую очередь озабочен тем, чтобы обеспечить за ней финансовую свободу и возможность содержать свой небольшой двор, как то приличествует королеве Сицилии. На расходы приказом супруга королеве пожизненно выделяется годичная рента в 10 тыс. [[ru.wp:Турский ливр|золотых ливров]]. Естественно, деньги эти не появляются из воздуха, и в единоличную собственность королевы Иоланды отписываются 14 кастелянств что в [[ru.wp:Сомюр|Сомюре]], два поместья в Париже, и наконец, настоящая цепь земельных владений на берегах [[ru.wp:Рона|Роны]], общий налог с которых и составляет требуемую сумму.

Сумма весьма серьезная, однако, не забудем, что в те времена любой аристократ, не говоря уже о принце и принцессе крови, должен был вести образ жизни, соответствующий его рангу. Эта погоня за роскошью любой ценой, жизнью напоказ, должной демонстрировать силу и могущество того или иного аристократического дома без оглядки на расходы, несколько веков спустя погубит дворянство как класс, вогнав его в долговую яму, из которой выхода уже не будет. Однако, все это еще впереди, в начале XV века до [[ru.wp:Великая французская революция|революционной грозы]] еще очень далеко, и даже ее первые признаки еще не просматриваются на политическом горизонте. Итак, штат двора нашей королевы возглавляется главным мэтр д‘отелем — должность эта, одна из высших в Анжу, поручалась исключительно дворянам из старинных родов. Под началом у этого главного управляющего состоят главный хлебодар, главный виночерпий, главный повар, главный садовник, главный конюший и главный егерь. Под началом каждого из этих руководителей шести основных служб находятся заместитель (или на языке того времени «оруженосец»), конная служба, доставляющая в замок требуемые продукты и вещи, и огромный штат прислуги. Королеву окружают 12 фрейлин — дам и девиц, придирчиво избранных в среде знатнейших семей, кроме того, в ее распоряжении находится личный секретарь, [[ru.wp:Духовник|духовник]] и три [[ru.wp:Горничная|горничных]], не говоря уже о многочисленных белошвейках, [[ru.wp:Модистка|модистках]], прачках и прочем низшем персонале, и всю эту армию нужно не только кормить три раза в день (не забывая об угощениях особого рода во время больших праздников), но и одевать. Этого требует этикет и престиж королевского дома, и новая госпожа щедрой рукой раздаривает отрезы тканей.
{| width="260px" align="left"
|
{| width="250px" border=0 style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:15th-century unknown painters - Louis II of Anjou - WGA23561.jpg|250px]]
|-
| Людовик II, супруг нашей героини (в зрелые годы). ''Фламандская школа «Людовик II Анжуйский». Ок. 1456—65. Национальная библиотека Франции, Париж''
|}
|}
Делается это, опять же, в соответствии с обычаями времени, строго по рангу: тяжелый бархат и златотканый итальянский шелк полагаются лишь самой королеве и ее фрейлинам, высшим сановникам ее двора преподносят отрезы отличной шерсти, а прочим приходится довольствоваться простым полотном. Королева, при всей скромности ее запросов и строгости вкуса, привитого еще в детстве, хочешь-не хочешь, вынуждена руководствоваться требованиями моды — яркие цвета, [[ru.wp:Костюм средневековой Франции/Украшения|украшения]], [[ru.wp:Костюм средневековой Франции/Глава VI Светский костюм XIV—XV вв.#Прически и головные уборы|пышные прически с сетками, ткаными золотом, высокие геннины]], драгоценные платья, шитые жемчугом. Именно такой мы видим ее на витраже в кафедральном соборе Ле-Мана: [[ru.wp:Костюм средневековой Франции/Глава VI Светский костюм XIV—XV вв.#Сюрко и сюркотта|королевское сюрко]], отороченное горностаем, золотая корона и снежно-белая [[ru.wp:Вуаль|вуаль]].

Положим, ее молодой супруг в отличие от арагонцев, мало разбирается в поэзии и музыке, зато он жизнерадостен и весел, отлично танцует, обожает пиры, празднества, осыпает деньгами [[ru.wp:Жонглёр|жонглеров]] и [[ru.wp:Менестрель|менестрелей]], и устраивает танцевальные вечера, которые в скором времени уже славятся во всей округе. Эти далекие предшественники [[ru.wp:Бал|балов]] XIX века куда более раскованы, и менее стиснуты рамками [[ru.wp:Этикет|этикета]], яркие и озорные, они часто затягиваются за полночь, пока музыканты, сидящие на высоком балконе окончательно не выбиваются из сил. Церковники хмурят брови, когда речь заходит об этих молодежных увеселениях, но кто и когда слушал докучливых святош?

Унаследовав от матери страсть к чтению, Иоланда в скором времени собирает отличную библиотеку. Именно благодаря ей до нашего времени сумели дойти многие из больших и малых книжных шедевров того времени, в частности, после смерти Жана Беррийского ей удается купить т. н. «''[[ru.wp:Прекрасный часослов герцога Беррийского|Прекрасный часослов]], весьма искусно и хорошо сделанный''», причем, проявив недюжинную коммерческую сметку, она выторговывает его менее чем за полцены (300 турских ливров против 875).

Хроники того времени сохранили несколько характерных зарисовок из жизни анжуйского семейства в течение этих первых, безоблачных лет. Так, в 1409 году во время одного из [[ru.wp:Фарс|фарсов]], которые дала перед королевской четой труппа бродячих жонглеров, неизвестный мошенник исхитрился отрезать у королевы пышный рукав, и по всей видимости, разжился ее кошельком с «''десятью солями серебра и ее же личной печатью''». История эта сохранилась до нашего времени, так как опасаясь, что с помощью ее печати воры станут изготавливать поддельные документы, королева спешным образом приказала изготовить новую, а о пропаже старой известить всех без исключения через посредство глашатаев и гонцов.

Действительно, французские мошенники того времени могли на равных соперничать с легендарным русским Ваней-хитрецом, который, как известно, рвет подметки на ходу; с другой стороны, эта небольшая неприятность позволяет нам увидеть изнутри нравы этого жизнерадостного двора, переполненного молодой энергией и весельем, двора, где гостеприимство и доверие к входящему доходило до таких пределов, что, наряду с актерами, гостями и прочими, внутрь могли проникнуть темные личности.

Весной и летом королева любила охотиться, скакать на коне, или просто пешком прохаживаться по ближайшим окрестностям города в сопровождении немногочисленной свиты. «Хроника Анжу и Мэна», авторства Жана де Бурдинье, приводит еще одну полулегендарную историю с благочестивым привкусом, связанную с одним подобным случаем. Итак, во время пешей прогулки, несколько собак, сопровождавших королеву, с лаем бросились в кусты и в скором времени выгнали прячущегося в них зайца. Перепуганный зверек бросился к королеве и спрятался в складках ее пышной юбки. Приказав оттащить собак, Иоланда гладила и успокаивала дрожащего зайчишку, в то время как слуги в тех же самых кустах сумели обнаружить образ [[ru.wp:Богородица|св. Девы]] с [[ru.wp:Иисус Христос|Младенцем]] на руках. В память об этом событии, Иоланда приказала на этом месте воздвигнуть часовню.

Кроме собственно развлечений, молодая королева терпеливо постигала науку править домом и государством, которую постепенно передавала ей уже достигшая преклонных лет свекровь — Мария Блуасская. Судя по всему, обе женщины быстро нашли общий язык и сумели крепко подружиться; в самом деле, умной и внимательной Иоланде и дипломатичной Марии это было очень несложно сделать. В будущем эта наука не раз послужит молодой королеве, спасая ее саму и ее детей. Но это, опять же, в будущем.

=== Рождение детей и первые шаги в управлении ===
{| width="310px" align="right"
|
{| width="300px" border=0 style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:France in 1477.PNG|300px]]
|-
| Французское королевство. Красным выделены владения Иоланды и Людовика''
|}
|}
В 1403 году молодая королева неожиданно отказалась от конной прогулки. Опытные статс-дамы ее двора украдкой обменялись понимающими улыбками — и не ошиблись. Через положенный срок на свет появился [[ru.wp:Людовик III Анжуйский|первенец]] нашей четы. Выбор имени для старшего сына в Средневековую эпоху представлял собой нетривиальную задачу: для наследника следовало выбирать имя, которое носил один из славных его предков. Как правило, каждая аристократическая семья имела свой, достаточно небольшой список имен, которые можно было выбрать для первенца, однако, в данном конкретном случае, сложностей не возникло. Мальчика окрестили под именем Людовик, Луи, в честь [[ru.wp:Людовик IX|Людовика Святого]], это имя у всего семейства Валуа было в огромном почете. Вскоре после рождения малыш получит титул герцога [[ru.wp:Калабрия|Калабрийского]], ему предстоит также стать наследником эфемерного [[ru.wp:Неаполитанское королевство|королевства Сицилии]]. Год спустя на свет появится его [[ru.wp:Мария Анжуйская|некрасивая сестра]], будущая королева Франции, в честь бабки названная Марией. В 1409 году им последует [[ru.wp:Рене Добрый|Рене]], граф [[ru.wp:Пьемонт|Пьемонтский]], оставивший свое имя в истории как «добрый король Рене» (титул ему достанется после скоропостижной смерти старшего брата). Всего у нашей четы родится шестеро детей, причем только последняя, девочка, умрет во младенчестве, даже не успев получить собственного имени. Потерять только одного малыша из шестерых — при огромном уровне детской смертности в те времена… королеву Иоланду можно было смело полагать счастливицей.

Звание одного из шести высших вельмож государства заставляет Людовика постоянно делить свое время между наследными владениями и Парижем, где обстановка постепенно накаляется, и противостояние принцев толкает государство к [[ru.wp:Война арманьяков и бургиньонов|гражданской войне]]. Вынужденный подолгу отсутствовать, он особым приказом делает жену регентшей на время, пока его самого нет в Анжере, обязывая подданных являть ей полное повиновение и преданность.

Кроме того, присутствия своего графа постоянно требует Прованс. Путь туда неблизок, при тогдашних средствах передвижения он занимает от семи до восьми недель, он Анжера до Тараскона, причем большая его часть проделывается по воде. В начале на баржах королевская свита поднимается до [[ru.wp:Роан|Роана]], затем, под парусом или на веслах, путь лежит по [[ru.wp:Рона|Роне]]. В дорогу с собой Людовик обязательно берет любимую супругу, а позднее и возросшее семейство, по сути дела, половину года (зиму и весну) королевская чета проводит в [[ru.wp:Тараскон|Тарасконе]] и [[ru.wp:Экс-ан-Прованс|Эксе]], вторую половину года — собственно в Анжере. Вслед за ними движутся корабли, нагруженные мебелью, посудой и коврами, чтобы королевская чета всегда уютно чувствовала себя на новом месте.
{| width="360px" align="left"
|
{| width="350px" border=0 style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Tarascon-chateau-roi-rene.jpg|350px]]
|-
| Тараскон. Замок короля и королевы Сицилийских.''
|}
|}
В Провансе все иное, даже язык, здесь говорят не на привычном для Севера французском, но [[ru.wp:Окситанский язык|по-окситански]]. Для Иоланды это не составляет сложности, ведь этим языком она владеет с детства, зато куда труднее приноровиться к местным обычаям и неписаным законам, здесь все иное, чем в Анжу или Арагоне, кроме того, никогда нельзя упускать из вида Анжер, и конные гонцы снуют в обе стороны, покрывая галопом от 30 до 50 км в сутки. И, наконец, все мысли молодого короля прикованы к Италии, ни на секунду он не забывает о том, что рано или поздно ему предстоит возобновить войну; вопрос состоит лишь в том, где взять солдат и денег для нового похода.

Решение приходит само собой, когда в 1404 году старая королева чувствует приближение смерти. Призвав к себе сына, Мария Блуасская наконец-то открывает ему тщательно охраняемую тайну: за свою долгую жизнь, экономя на том и на другом скромную саму по себе сумму, ей удалось собрать двести тысяч золотых ливров — настоящее сокровище. Ошеломленный подобным открытием, Людовик спрашивает у матери, почему она вплоть до того времени не ставила его в известность, и даже в момент отчаянной нужды ничего не тратила из этого огромного богатства. Ответ старой королевы множество раз нашел себе место на страницах учебников истории: в страхе, что ее любимый сын окажется в плену, Мария откладывала деньги на выкуп. В самом деле, суммы, которые требовали за свободу высокопоставленных заложников достигали порой космических высот, и не одна аристократическая семья разорилась, чтобы выкупить из плена мужа и сына.

Итак, в 1404 году Иоланда лишается свекрови. Для ее мужа это был тяжелый удар. На поддержку своей матери, умной и осторожной женщины, настоящей государыни, он привык рассчитывать с детства. Теперь он вынужден будет те же обязанности поручить своей молодой супруге и, надо сказать, не ошибется.

…Зима 1404—1405 года выдалась суровой. Реки встали почти на два месяца — редкость для этих мест! Скованная морозом земля, пронизывающий холод, от которого лошадиные спины покрывались инеем, заставили отказаться от прогулок. Иоланда, незадолго до того поднявшаяся после родов (как мы помним, на свет появилась Мария, будущая королева французская), с досадой вынуждена была прервать незадолго до того начатые дела. Муж снова должен был отправиться в столицу Франции, куда его, неизменного члена королевского совета, призывали дела. Иоланда в это время выписала из Арагона военных инженеров, сведущих в искусстве фортификации и поручила им перестроить и укрепить старинную крепость; отныне башни должны были дополниться узкими бойницами, удобными, чтобы нацелить лук или [[ru.wp:Арбалет|арбалет]] на неприятеля, но при этом оставаться в относительной безопасности. Кроме того, работы требовал и сам незаконченный замок, в котором королевское семейство отчаянно мерзло. Иоланда волей-неволей вынуждена оставаться дома и заниматься своим возросшим семейством, в то время как гонцы из Парижа одну за другой приносят тревожные новости.

== Орлеан против Бургундии ==

=== Соперничество двух кузенов ===
{| width="310px" align="right"
|
{| width="300px" border=0 style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Karte Haus Burgund 4 EN.png|300px]]
|-
| Земли Лотарингии (выделены розовым) разрывают пополам владения бургундских герцогов''
|}
|}
На это же время приходится еще одна смерть, кардинально меняющая расстановку политических сил. В этом же, 1404 году во время похода, скоропостижно умирает от тяжелого гриппа бургундский герцог Филипп Смелый. Ему наследует юный сын — Жан, получивший прозвище «Бесстрашный» за недюжинную отвагу, проявленную в [[ru.wp:Битва при Никополе (1396)|битве с турками при Никополисе]], сражение, правда, было проиграно самым бесславным образом, зато почетное прозвище закрепилось за новым герцогом уже навсегда. Вслед за отцом, способный полководец, никудышний политик и выдающийся демагог, этот некрасивый молодой человек с бегающим взглядом, в первую очередь был озабочен усилением собственного могущества и увеличением своих владений… обычный для тех времен тип аристократа. [[ru.wp:Бургундия (герцогство)|Герцогство]] и [[ru.wp:Бургундия (графство)|графство Бургундские]] — его наследственные владения, как то часто бывало в те времена, представляли собой два оторванных друг от друга владения (пусть и обширных и богатых), между которыми лежали земли [[ru.wp:Лотарингия (герцогство)|Лотарингии]] и [[ru.wp:Бар (герцогство)|Бара]]. Заполучить их в свои руки добром или силой, стать Великим Герцогом Запада, а там… чем черт не шутит — быть может и королем?… Несомненно, это была химера, но химера очень заманчивая, однако, чтобы даже попытаться воплотить ее в жизнь, требовались деньги и солдаты, причем много денег… Первая попытка получить то и другое от англичан, закончилась неудачей, Генриху было не до притязаний бургундского принца. Хочешь-не хочешь, взор честолюбивого юнца обратился к Парижу, где его отец едва ли не до самой смерти чувствовал себя королем без короны, единовластно распоряжаясь страной (в то время как старший брат — Жан Беррийский проявлял мало интереса к делам), и запуская руки по локоть в казну. Однако, те благословенные времена прошли безвозвратно. Путь к власти прочно преграждал младший брат короля, немедленно после смерти дяди заполнивший королевский совет своими креатурами и вовсе не желавший делиться добытым с двоюродным братом. Более того, если Филипп Бургундский получал от казны 100 тыс. [[ru.wp:Экю (монета)|экю]] ежегодной пенсии (заметим в скобках, что для себя любимого брат короля определил вдвое большую сумму!) Жану Бесстрашному кулуарным образом дали понять, что ему не достанется и этого, а кузен короля — слишком далекое родство, чтобы претендовать на права, которые положены были его отцу.
{| width="310px" align="left"
|
{| width="300px" border=0 style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Nicopol final battle 1398.jpg|300px]]
|-
| Свое прозвище Жан Бесстрашный получил в проигранной битве при Никополисе. - Неизвестный художник «Битва при Никополисе». - Жан Фруассар «Хроники». - FR 2646, fol. 220 - Национальная библиотека Франции, Париж''
|}
|}
Борьба принцев вступила в решающую стадию. Слабые надежды, которые быть может и питали советники короля, надеявшиеся, что два кузена, приблизительно одних лет, быстрее найдут общий язык между собой, чем дядя и племянник, почти немедленно пошли прахом. Сложно было отыскать двух столь противоположных людей; если Людовик Орлеанский, повеса и вертопрах, швырял пригоршнями деньги на баснословно дорогие наряды, пиры, развлечения, содержание многочисленных любовниц, Жан Бесстрашный был достаточно умен, чтобы казаться — пусть внешне, - скромным и скуповатым в быту, если первый откровенно третировал парижское население, считая его разновидностью дойных коров, существующих исключительно для удовлетворения его капризов, второй с помощью умелой демагогии и фальшивой заботы о «''задавленных налогами''» горожанах сумел навсегда привлечь к себе их сердца. Если Людовик поддерживал Авиньонского папу, он тем самым резко настраивал против себя [[ru.wp:Парижский университет в Средние века|Парижский университет]] — одну из влиятельнейших сил той эпохи, Жан Бургундский, ловко пользуясь этим, тут же высказывал преданность римскому понтифику. Если Людовик призывал немедленно начать поход против англичан и развернуть войну на их земле, Жан Бургундский вслед за своим отцом всячески удерживал королевский совет от подобного шага. Впрочем, в последнем случае его интерес был вполне понятен: [[ru.wp:Фландрия (графство)|Фландрия]], богатейшая из его земель, которая перешла под бургундский патронат после женитьбы его отца на [[ru.wp:Маргарита III (графиня Фландрии)|Маргарите Мальской]], наибольший доход получала от торговли с Англией. Кроме того, злые языки утверждали, будто у Людовика Орлеанского кто-то мельком сумел увидеть портрет герцогини бургундской… скорее всего, это была уже сплетня, но и она добавляла масла в огонь.

Противостояние принимало все более ожесточенный характер. Желая показать, на чьей стороне находится сила, в августе 1405 года Жан Бесстрашный возглавил демарш своей личной армии к столице. Подобная демонстрация вызвала отчаянную панику в рядах его врагов, королева Изабелла и ее союзник Людовик Орлеанский отдали приказ разрушить мосты на Сене, чтобы воспрепятствовать подходу бургундской армии, но парижское население отказалось повиноваться. Вместе с детьми, королева и герцог в панике бежали в [[ru.wp:Мелён|Мелён]], под защиту неприступных стен. Герцог занял Париж, но ситуация была патовой. Орлеанская армия не имела сил для штурма и посему вместо лобовой атаки обложила ее со всех сторон, перекрывая доставку продовольствия. Людовик Анжуйский, Жан Беррийский и еще один дядя короля — [[ru.wp:Людовик II де Бурбон|Людовик Бурбонский]], благоразумно предпочитавший в назревающем конфликте держаться в тени, предпринимали все усилия по примирению сторон. В конце концов им удалось добиться пусть шаткого, но все же успеха, и королева торжественно вступила в город, встреченная бурной радостью населения, надеявшееся на скорое окончание затратного соперничества.

Желая хоть как-то помирить противников, в этом же, 1405 году их решено было отправить в поход против англичан, в слабой надежде, что братство по оружию и общая цель помирят врагов. Бургундцу предписано было наступать на Юго-Западе, чтобы отнять у англичан [[ru.wp:Кале|Кале]] — важнейший порт, через который к завоевателям прибывали подкрепления, в то время как орлеанцу предписано было покорить английскую [[ru.wp:Гиень|Гиень]]. Это оттянуло начало конфликта на год, однако, сама дорогостоящая затея с треском провалилась, да иначе и быть не могло. Орлеанец, совершенно не разбиравшийся в военных делах, даром тратил время на Юге, бургундец, которому было совершенно невыгодно злить англичан, даже не попытался начать наступление. Итак, год спустя, вернувшись в Париж оба громко винили друг друга в своей неудаче.

=== Гибель Людовика Орлеанского. Позиция анжуйского дома в соперничестве принцев ===
{| width="310px" align="right"
|
{| width="300px" border=0 style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Assassinat de LouisdOrleans.jpg|300px]]
|-
| Гибель Людовика Орлеанского. - Поль Леюгер «Убийство на улице Барбетт». - II половина XIX столетия. - Гравюра.''
|}
|}
Надо сказать, в это время для Людовика Анжуйского французские дела по-прежнему представляли меньший интерес, чем новые планы завоевания Италии. Людовик был поглощен подготовкой вторжения. Все что ему хотелось — оставить за спиной прочный тыл и быть уверенным, что в его отсутствие никто не посягнет на Анжу и Прованс и не нанесет ему удара в спину. Конечно же, идеальным случаем был бы мир во французском королевстве или, по крайней мере, хотя бы видимая лояльность обоих соперников к французскому монарху… но если подобное было недостижимо (а чем дальше, тем это становилось яснее), Людовик должен был решиться. Итальянский поход не мог состояться без помощи или хотя бы молчаливого нейтралитета Жана Бесстрашного. Добиваясь своей цели, герцог Анжуйский предложил бургундцу выдать свою вторую дочь, Катерину, которой в это время исполнилось едва ли семь лет, за трехлетнего наследника анжуйского герцогства — будущего [[ru.wp:Людовик III Анжуйский|Людовика III]]. Предложение было принято, 2 октября 1407 года формальное брачное обязательство было подписано обеими сторонами, причем бургундец обязывался дать за дочерью 150 тыс. золотых [[ru.wp:Экю (монета)|экю]] в течение последующих семи лет, причем первые 30 тыс. должны были быть немедленно выплачены… совсем не лишние деньги для будущего зятя, который экономил каждый ливр, чтобы собрать как можно более сильную армию для будущего похода.

Соперничество продолжалось, то, чего один кузен добивался от больного короля во время его просветлений, аннулировал другой, пользуясь тем, что в припадках безумия несчастный монарх безропотно подписывал любую бумагу, не вникая в ее суть. Как было уже сказано, Жан Бургундский, этот храбрый рубака, был совершенно беспомощен, когда дело касалось придворных интриг, полностью проигрывая сопернику на этом поприще. Посему, в один далеко не прекрасный день, он неожиданно был поставлен перед фактом, что отныне королевский совет сокращался вдвое (от 50 до 25 человек), причем, как несложно догадаться, из него подлежали удалению все бургундские ставленники. Терпение Жана Бесстрашного лопнуло, возможно, что именно тогда он принял решение физически устранить соперника.
{| width="260px" align="left"
|
{| width="250px" border=0 style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Charles Ier d'Orléans.jpg|250px]]
|-
| Новый глава Орлеанского дома - юный Карл Орлеанский. - Неизвестный художник «Карл Орлеанский». - Жиль Гобе «Cтатут, ордонансы и гербовник Ордена Золотого Руна». - ок. 1473 г. - no. A 27, ff. 86 - Сокровищница Ордена Золотого Руна. - Брюссель, Бельгия.''
|}
|}
Действительно, что касается убийств из-за угла, бургундец был традиционно силен. Все прошло как по маслу: с помощью подложного королевского приказа Людовика Орлеанского посреди ночи выманили на улицу из отеля Барбетт, где, по уверению молвы, он весело проводил время с королевой, беспечный орлеанец взял с собой более чем скромную свиту, и подобная неосторожность стала для него роковой. Из отеля Барбетт до королевского дворца пролегал единственный путь — извилистая и темная улица, где орлеанца уже дожидались наемные убийцы. Ему отрубили руку, которой он пытался защититься, и гизармой проломили голову, юного пажа, попытавшегося броситься на помощь своему господину, также убили и швырнули на труп Людовика. Это случалось 23 ноября 1407 года, в праздник [[ru.wp:Климент I|Св. Климента]].

Людовик Анжуйский, первым получивший известие о случившемся, пригласил к себе обоих дядей короля, чтобы в тиши Анжуйского отеля обсудить столь скандальное происшествие и принять меры по розыску и наказанию убийц. По его же приказу тело Людовика было перенесено в монастырь братии Белых Мантий.

На следующий день под его же руководством устроены были торжественные похороны. Гроб с телом Людовика несли Людовик Анжуйский и герцоги Беррийский, Бурбонский и Бургундский, выдавший себя тем, что, единственный из четырех, он успел заказать и получить для себя [[ru.wp:Костюм средневековой Франции/Одежда для особых случаев#Траурное платье|полное траурное платье]], которое и полагалось носить на похоронах принца крови.

Касательно того, кто стоял за наемными убийцами, сомнений не было, вдова орлеанца, Валентина Висконти взывала к королевскому правосудию и требовала примерного наказания для убийц. Жан Бесстрашный не стал дожидаться ареста. Вовремя предупрежденный Жаном Беррийским, он вскочил в седло и покинул город, прежде чем ворота по королевскому приказу успели запереть на замок. Впрочем, он скоро понял, что несколько поторопился с бегством. Принцы, кулуарно обсудив ситуацию, сочли для себя за лучшее замять дело и попытаться договориться с бургундцем, по возможности принудив его раскаяться в совершенном преступлении.

Несмотря на пронизывающий холод и ледяной ветер, герцоги Анжуйский и Беррийский в сопровождении охраны из двухсот конников отправились в [[ru.wp:Амьен|Амьен]], где их со всей пышностью встретил Жан Бургундский. Ради высоких гостей был дан роскошный банкет, однако, вскоре выяснилось, что хозяин не только не раскаивается в убийстве, но полагает его делом богоугодным и спасительным для государства. По крайней мере, подобное он объявлял на словах, в то время как все попытки послов оспорить эту позицию разбивались о непреклонную твердость и непримиримость бургундской стороны. Памятуя о безусловной поддержке, которой пользовался герцог в столице королевства, приходилось принимать условия победителя.

При бурном восторге народа 28 февраля 1408 года Жан Бесстрашный торжественно въехал в Париж. 8 марта в отеле Сен-Поль, официальной королевской резиденции, под председательством [[ru.wp:Людовик (герцог Гиени)|дофина Людовика]], которому едва исполнилось 11 лет, и больного короля, явно не отдававшего себе отчет в том, что происходит, открылось торжественное заседание судебной палаты, должное, наконец, поставить точку в многолетней смуте. Жан Бесстрашный явился в ярко-алом бархатном [[ru.wp:Костюм средневековой Франции/Глава VI Светский костюм XIV—XV вв.#Уппеланд|уппеланде]], расшитом золотыми листочками; под столь пышным костюмом пряталась стальная [[ru.wp:Кольчуга|кольчуга]]; предосторожность далеко не лишняя. В 10 часов утра слово получил Жан Пети, клирик парижского университета, выдающийся оратор и проповедник. В длинной речи, построенной по всем правилам [[ru.wp:Формальная логика|аристотелевской логики]], он полностью оправдал убийцу, объявив, что гибель тирана угодна Богу, таким образом, ввиду того, что Людовик Орлеанский был тираном, его смерть представляет собой акт божественной справедливости. Коротко говоря, как то не раз бывало в истории, грубая сила одержала верх. Жан Бургундский был полностью оправдан и мог со спокойной совестью прибрать к рукам столь тяжко доставшуюся ему власть.

Впрочем, победа была скорее кажущейся. В скором времени бургундец был отвлечен от Парижа событиями в [[ru.wp:Льеж|Льеже]], где его шурин, [[ru.wp:Иоганн III (герцог Баварии)|принц-епископ]], был осажден взбунтовавшимся народом, воспользовавшись отсутствием бургундца, его враги добились от короля осуждения убийцы. Оправдательный приговор, вынесенный ранее, был сожжен рукой палача. Впрочем, ситуация в скором времени опять изменилась: герцог одержал блестящую победу, это немедленно посеяло панику в стане его врагов, королева и оба королевских дяди вместе с дофином и безумным королем скрылись в Туре, куда переехал и двор. Опять потянулись долгие переговоры и торги, в которых не последнюю роль сыграл Людовик Анжуйский. Наконец, очередной шаткий мир был установлен, беглецы вернулись в Париж, 9 марта 1409 года Жан Бесстрашный в очередной раз торжественно въехал в столицу. Несколько позднее, в [[ru.wp:Шартр|Шартрском]] соборе бургундец по приказу короля обменялся со своими племянниками — [[ru.wp:Карл (герцог Орлеанский)|Карлом]] и Филиппом Орлеанскими «лобзанием мира». Церемония никого не убедила, ясно было, что это всего лишь затишье перед бурей.

== Второй итальянский поход и первые шаги Иоланды на политическом поприще ==

=== Королевство Неаполитанское завоевано и утеряно вновь. Продолжение соперничества принцев ===
{| width="510px" align="right"
|
{| width="500px" border=0 style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[ Файл:Pont de Verdun (Angers).jpg|500px]]
|-
| Верденский мост - один из мостов, отремонтированных по приказу королевы Иоланды. - Пон-де-Се, Анжу.''
|}
|}
Иоланда в это время по-прежнему находится в тени мужа и вдали от политических бурь добросовестно предается своим обязанностям жены и матери. Как было уже сказано, 16 января 1409 у нее рождается третий ребенок — будущий «добрый король Рене», пока же получивший куда более скромный титул графа [[ru.wp:Пьемонт|Пьемонтского]]. Свадьбу ее первенца Людовика и Катерины Бургундской назначили было на май 1408 года, но известные события вынудили отложить торжество. В это время Иоланда продолжает также хлопотать о благоустройстве замка, в 1408 году, за отсутствием короля (который вынужден был оставаться в охваченном брожением Париже), совет под председательством его супруги утверждает смету на ремонт крыш, поднявшись после родов, она вновь возвращается к делам и своей единоличной волей приказывает отремонтировать мост в Пон-де-Се, игравший важнейшую роль для транспорта и торговли с соседней [[ru.wp:Бретань (герцогство)|Бретанью]]. Еще годом спустя по ее приказу выстраивается остов часовни, о которой у нас уже шла речь. В начале 1410 года было также решено более не откладывать официальную помолвку детей. 12 марта 1412 года Людовик с семейством отправился в Жиен, куда должны были доставить малолетнюю невесту, путешествовавшую во главе солидной вооруженной свиты. В качестве приданого бургундец давал за дочерью «''шитую золотом мантию, подбитую [[ru.wp:Горностай|горностаем]], и золотую корону, усыпанную драгоценностями''», которую следовало использовать во время свадебной церемонии, а также «''платья, драгоценности, золотую и серебряную посуду, гобелены и ковры, предназначенные для украшения ее комнаты и постели, а также лошадей''» и прочие ценности. После пышной церемонии, сыгранной в местном соборе, девочка должна была отправиться в Анжер, под опеку королевы Иоланды. Собственно свадьбу по настоянию Людовика Анжуйского должны были отпраздновать после его возвращения из Италии. Что касается 30 тыс. экю, обещанных в качестве первого взноса, ее отец обязался выплатить их в четыре приема, от [[ru.wp:Пасха|Пасхи]] 1410 года до Пасхи года следующего. Казна бургундских герцогов также не могла похвастаться обильностью в эти сложные времена.

Прямо из Жиена Людовик Анжуйский поспешил в [[ru.wp:Марсель|Марсель]], где его уже дожидалась армия, Иоланда вернулась к себе, и сразу же после их отъезда, «''как в хорошо отлаженном спектакле''», в городе появился Жан Беррийский со своим будущим зятем — [[ru.wp:Бернар VII д’Арманьяк|Бернаром д’Арманьяком]]. Этот [[ru.wp:Гасконь (герцогство)|гасконец]] сыграет огромную роль в будущих событиях. Выдающийся полководец, храбрый солдат, но никудышный политик, как это покажет время, сумеет сплотить вокруг себя всех недовольных самоуправством бургундца, вплоть до старого герцога Беррийского, задетого тем, что неблагодарный племянник вынудил его покинуть королевский совет. 15 апреля между ними будет подписан формальный акт — так родится знаменитая Жиенская лига, принявшая в качестве опознавательного знака белый шарф или белую повязку на рукаве, знаменитую «перевязь», которую будут с проклятием вспоминать затем ее противники. В качестве гаранта союзнических отношений, берриец выдал за Арманьяка свою старшую дочь от первого брака — Бонну Беррийскую. Заметим, что на это собрание Людовика Анжуйского не пригласили — будущие союзники были в равной мере раздражены его соглашательским поведением и бессмысленными попытками, как говорят французы, «''примирить козла и капусту''». Впрочем, вряд ли он сам жалел об этом. Всей душой Людовик рвался в Италию. Хотя тамошняя ситуация также оставляла желать лучшего.
{| width="310px" align="left"
|
{| width="300px" border=0 style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[ Файл:Ladislas of Naples (head).jpg|300px]]
|-
| Ладислас Дураццо. - Неизвестный художник «Портрет Ладисласа, короля Неаполитанского». - Холст, масло. - ок. начала XVI в. - Галерея Дураццо-Палавичини. - Генуя, Италия.''
|}
|}
В отсутствие соперника Ладислас Дураццо не сидел сложа руки, один за другим постепенно прибирая к рукам города, поддерживавшие французов и ослабляя влиятельные семейства, способные оказать помощь его сопернику. Его могущество разбилось о стены [[ru.wp:Таранто|Таранто]], который удерживал за собой Раймонд де Бо-Орсини. Этот последний скончался в 1406 году, однако, его вдова Маргарита Энгиенская — женщина энергичная и решительная, скрыла от подданных его смерть, которая во время осады могла пагубно сказаться на духе защитников города, и сама возглавила оборону. Ладислас Дураццо вынужден был в конце концов удалиться, так и не взяв города. Воспользовавшись короткой передышкой, Маргарита попросила помощи у Людовика Анжуйского, но из-за недостатка денег и солдат эскадра формировалась с такой медлительностью, что Ладислас Дураццо сумел вернуться вновь и опять обложить город — впрочем, столь же безрезультатно, как и в первый раз. Некий ушлый советчик внушил Ладисласу благоприятную мысль посвататься к Маргарите Энгиенской. Предложение было принято, свадьбу сыграли 23 апреля 1407 года, и запоздавшие французские корабли, наконец-то появившиеся в гавани, вынуждены были убраться восвояси.

Покончив с этим, Ладислас Дураццо обратил свое внимание на Рим, где после смерти [[ru.wp:Иннокентий VII|Иннокентия VII]] кардиналы, казалось бы, начали склоняться к тому, чтобы покончить с расколом и признать над собой власть авиньонского папы. Подобный ход событий никак не входил в планы нового короля неаполитанского, потому, скорым маршем преодолев расстояние, отделяющее его от Рима, он занял Вечный Город и водворил в папскую резиденцию [[ru.wp:Григорий XII|Григория XII]].

Впрочем, Людовик Анжуйский не собирался падать духом. Он всячески хлопотал о том, чтобы покончить с Великим Западным Расколом, и не спускал глаз с собора, который в это время [[ru.wp:Пизанский собор (1409)|заседал в Пизе]]. Собор принял решение низложить обоих пап, избрав на их место [[ru.wp:Александр V (антипапа)|Александра V]]. Как и следовало ожидать, авиньонец и римлянин отказались повиноваться, и возникло троепапство. Впрочем, Людовик опять же действовал весьма энергично, добившись от папы Александра подтверждения своих прав на Сицилию а также звания [[ru.wp:Гонфалоньер|гонфалоньера]] св. Церкви, он получил от него не менее важное право — основать новый университет в городе Эксе, в своих южных владениях. Сразу же после помолвки своего сына, он сел на корабль в Марселе и отплыл в [[ru.wp:Пиза|Пизу]], чтобы там встретиться с папой, которому следовало принести присягу верности как высшему сеньору Сицилийского королевства. Однако, пока он находился в пути, нового папу успели отравить, и в Пизе уже готовился принять тиару его наследник — [[ru.wp:Иоанн XXIII (антипапа)|Иоанн XXIII]]. По словам бургундского хроникера Монтреле, Людовик въехал в Пизу «''весьма благородным к тому образом''», ему навстречу вышли 22 кардинала, 6 архиепископов, десять патриархов и 18 [[ru.wp:Аббат|аббатов]], сам Людовик медленно продвигался вперед на боевом коне, покрытом ярко-алым чепраком с нашитыми поверху золотыми бубенцами в сопровождении свиты из 50 верхоконных. Ему удалось склонить папу на свою сторону, более того, к войску французов готовы были присоединиться [[ru.wp:Флорентийская республика|флорентийцы]], обеспокоенные чрезмерными по их мнению притязаниями Ладисласа Дураццо. Кроме того, к Людовику присоединилась [[ru.wp:Сиена|Сиена]], коротко говоря, против узурпатора формировалось по-настоящему грозное войско. Удовлетворенный результатами своего визита, Людовик вернулся в Марсель, чтобы председательствовать в военном совете. Там его дожидалось, по словам того же хроникера, «''величайшее множество кораблей и латников''».

В денежном выражении экспедиция потребовала немыслимых трат. Оказалось недостаточным опустошить казну, у Генеральных Штатов Прованса, специально для того собравшихся в Эксе, Людовику удалось добиться вотирования «[[ru.wp:Талья (налог)|тальи]]» — то есть, чрезвычайного военного налога, но и этого оказалось недостаточно. Как ее свекровь 24 года назад, Иоланда заложила у [[ru.wp:Ломбардия|ломбардских]] банкиров свои драгоценности, и, наконец, ее супругу пришлось пустить с молотка баронства Гримо и Берр. Во главе своего огромного войска Людовик поставил одного из способнейших военных своей эпохи — Таннеги дю Шателя. Запомните это имя, читатель, мы услышим его еще не раз. Кроме того, итальянские ополчения возглавил не менее способный командующий Муцио Аттендоло Сфорца, прославленнейший из кондотьеров того времени. Ничего удивительного, что в кровопролитном сражении при Рокка-Секка, 19 мая 1411 года анжуйская армия наголову разбила противника. Ладислас Дураццо, чудом избежавший плена, скрылся в Неаполе, где и приготовился встретить врага.

Однако, вслед за своим отцом, умея побеждать, Людовик не обладал способностями к тому, чтобы воспользоваться плодами своих побед. Огромное войско передвигалось слишком медленно, что дало возможность его противнику оправиться от поражения и укрепить город. Голод и болезни среди анжуйцев и их союзников, а также недостаток денег, постепенно дававший о себе знать все сильнее, завершили дело. Экспедиция опять закончилась ничем, и Людовик в августе 1411 года вернулся в Марсель, где его ожидала семья.

=== Еще одно эфемерное королевство потеряно вслед за первым. Иоланда в роли регентши в своих владениях. ===
{| width="310px" align="right"
|
{| width="310px" border=0 style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Ferran d'Antequera al retaule Sancho de Rojas (detall).jpg|300px]]
|-
| Фердинанд I - новый король Арагона. - Неизвестный художник «Христос, коронующий Ферндинанда» (фрагмент) - Фреска из архиепискоспской капеллы Толедо. - Музей Прадо. - Мадрид, Испания.''
|}
|}
Заметим, что перед тем, как отбыть в Италию, Людовик своим приказом от 14 февраля 1410 г. назначил жену регентшей всех его владений (за исключением, конечно, тех, которые еще следовало завоевать), выразив надежду к тому, что она будет править «''к полному его удовлетворению», и сохранить «сказанную страну нашу от потрясений… и будет править в соответствии со словом нашим, в добром и честном повиновении воле нашей''». Под начало Иоланды были переданы все рычаги власти: судебная, финансовая, законодательная, право назначать и смещать советников, раздавать бенецифии, а также управлять и распоряжаться всеми владениями сицилийской короны. Таким образом Иоланда Арагонская сделала свой первый шаг к большой политике; она не покинет эту стезю до самой смерти.

Итак, вернувшись после отъезда супруга в Анжер, королева Иоланда обычным путем осенью, точнее, 23 октября 1410 года направилась в Прованс, в Экс, вместе с детьми и свитой. Она прибудет туда 6 января следующего 1411 года. Надо сказать, что если Анжу и Мэн оставались спокойными, Прованс немедленно принялся пробовать новую власть на прочность. Сохранилось письмо Иоланды капитану и [[ru.wp:Бальи|бальи]] города [[ru.wp:Гап (город)|Гап]], епископ которого пытался уклониться от признания ее власти. Желая дипломатично призвать зарвавшегося клирика к порядку, Иоланда приказывала военному коменданту города поднять над главной башней замка ее личный штандарт. Судя по всему, подобная мера произвела нужный эффект, и более епископ строптивости не проявлял. Зато почти одновременно Экс и Марсель подняли восстания. За недостатком документов мы не знаем, что именно вызвало недовольство и как протекало противостояние горожан со своей госпожой. Ясно одно, что в обоих случаях восстания были достаточно быстро подавлены, и королева хлопотала перед супругом об амнистии для виновных, которая в конечном итоге была им дана. Кроме того, по разрешению папы, в этом же 1411 году, стараниями нашей героини в Эксе был основан Университет. Кроме целей чисто представительского характера (в самом деле, университеты в те времена были редки, и обладание имя приносило тому или иному владению огромное уважение и дополнительный блеск), Иоланда преследовала и чисто политические цели. Двадцать четыре года назад Экс был центром руководства восстанием против ее свекрови и мужа, вплоть до того времени в городе было много недовольных. Университет и привилегии, ему полагавшиеся, должны были крепко привязать город к анжуйской короне.

Иоланда проявила себя способной правительницей, к апрелю 1411 года недовольство улеглось, зато ее внимание привлекли дела на родине ее детства. Король Мартин, как мы помним, дядя Иоланды, к этому времени скончался, не оставив потомства, и [[ru.wp:Кортесы|кортесы]] — испанский аналог [[ru.wp:Генеральные штаты (Франция)|Генеральных Штатов]] Франции, собирались избрать нового монарха. Иоланда немедля выдвинула в качестве соискателя своего старшего сына Людовика. Ему противостоял [[ru.wp:Фердинанд I Справедливый|Фердинанд Кастильский]], сын Элеоноры Арагонской — родной тетки Иоланды, сестры ее отца Хуана, вышедшей замуж за [[ru.wp:Хуан I (король Кастилии)|кастильского принца]]. В отличие от соперника, Фердинанд был уже взрослым 30-летним мужчиной, успевшим к тому времени покрыть себя славой в сражениях с [[ru.wp:Мавры|маврами]]. После недолгого колебания, когда казалось, что чаша весов склоняется на сторону герцога Калабрийского, Кортесы все же остановились на кандидатуре старшего по возрасту претендента из страха перед неизбежной борьбой за регентство над малолетним, которая могла закончиться для Арагона очередной кровопролитной войной между партиями. Фердинанд впервые соединит под одной властью скипетры [[ru.wp:Кастилия|Кастилии]] и Арагона, предваряя будущее [[ru.wp:Реконкиста|объединение Испании]]. Пока же оно слишком скороспело, и единое королевство не переживет своего создателя, однако, начало ему будет положено.

Что касается Иоланды, ей пришлось довольствоваться 150 000 золотых [[ru.wp:Флорин|флоринов]], выплаченных ей за отказ от арагонского престола. Таким образом, два химерических королевства из четырех оказались потерянными уже навсегда. Однако, сколь ни парадоксально это звучит, потеря эта обернулась для Франции великим благом, так как заставила нашу энергичную и деятельную героиню полностью обратиться к делам французской нации. А дела эти были такими, что настоятельно требовали вмешательства.

В том же 1411 году, Людовик Анжуйский вернулся из Италии во главе своего утомленного бессмысленным походом войска. Он не собирался падать духом, и уже задумывал новую экспедицию, которой, скажем, забегая вперед, так никогда и не суждено было состояться. В марсельском порту его дожидалась супруга и дети, успевшие изрядно стосковаться по отцу.

Тогда же противостояние бургундцев и арманьяков, как уже в это время стали называть орлеанскую партию, приобрело исключительно острый характер. Мы не будем останавливаться на перипетиях этого соперничества, лишь коротко упомянув столкновения в [[ru.wp:Пикардия|Пикардии]], осаду [[ru.wp:Бурж|Буржа]] и безуспешную попытку Арманьяка занять Париж. Силы были приблизительно равны, и никому из соперников не удавалось добиться решающего перевеса. Наперебой и та, и другая партия пыталась привлечь на свою сторону короля Английского, [[ru.wp:Генрих IV (король Англии)|Генриха IV]], который, однако, не спешил принимать решение, благоразумно выжидая, на чью сторону склонится победа.

Иоланда не вмешивалась в события, столь же благоразумно предпочитая наблюдать за происходящим издалека, тем более, что она вновь была на сносях, в 1412 году на свет предстояло появиться ее младшей дочери, названной тем же именем, что и мать.

=== Восставший Париж. Окончательный разрыв с бургундской партией. ===
{| width="260px" align="right"
|
{| width="260px" border=0 style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[ Файл:Louis de Guyenne, dauphin of France.jpg|250px]]
|-
| Людовик, дофин Франции. - Неизвестный художник «Людовик, герцог Гиеньский» - Гильом де Нанжи «Деяния св. Людовика и короля Филиппа». - ок. 1401-1415 гг. - Royal 13 B III f. 2. - Британская библиотека, Лондон.''
|}
|}
15 августа того же года, в Осере, стороны заключили очередной мир, столь же непрочный, как и предыдущие. На соборе во время торжественного обряда, а затем на данном в честь столь знаменательного события балу присутствует вместе с Жаном Беррийским и королем Франции Людовик Анжуйский. Оба врага — герцоги Орлеанский и Бургундский - на словах выказывали дружбу и едва ли не пламенную любовь друг к другу, соглашаясь при необходимости даже оседлать вдвоем одного коня. Им никто не верил — поделом. Впрочем, если бургундец полагал свое дело выигранным и противоположную партию значительно ослабевшей после гибели ее первого предводителя (в то время как его сын, Карл был слишком юн и неопытен, чтобы представлять собой какую-либо угрозу), он жестоко ошибался. Вернувшись в Париж, чтобы наконец-то прибрать к рукам вожделенную власть, он неожиданно для себя столкнулся с сильной оппозицией. Против герцога бургундского выступил возмужавший наследник престола — [[ru.wp:Людовик (герцог Гиени)|Людовик, герцог Гиеньский]]. Любое поползновение бургундца встречало резкое противодействие принца, с которым было невозможно не считаться. Даром, что Людовик был женат на дочери герцога Жана, и для надзора за ним предусмотрительный бургундец приставил Жана де Ньелля, должного играть роль канцлера [[ru.wp:Гиень|Гиени]]. Слушаться своего свекра юный принц не желал, а его ставленника после одного, особенно жестокого, столкновения попросту вышвырнул вон из дворца, распорядившись отнять у него печати и приказать немедленно выйти в отставку.

Жан Бургундский пришел в ярость. Нам неизвестно, он ли спровоцировал следующие события, или парижский люд, о котором он благополучно забыл, как то часто случается с политиками, добившись своего, решил взять обещанное самостоятельно. Так или иначе, в Париже вспыхнуло кровавое восстание. Возглавляли его мясники, давно завидовавшие «старшим» цехам ювелиров, меховщиков и т. д., желавшие прибрать к рукам их привилегии. Мясники были стабильно богаты, возможно, даже богаче многих представителей «старших» цехов, однако, их кровавое ремесло вызывало в парижанах стойкое омерзение, и потому путь к высшим должностям и почету для представителей этого цеха был закрыт. Желая склонить на свою сторону парижскую толпу, Жан Бесстрашный посылал своих представителей в первую очередь к старшинам мясников, щедро раздавая обещания и бочки аристократического бонского вина, что также немало льстило их самолюбию. Итак, нам с точностью неизвестно, стоял ли за спинами восставших бургундец собственной персоной, желавший таким образом напугать и обескровить соперников, или же Симону Лекулетье, живодеру, по прозвищу Кабош то есть «Башка», удалось самостоятельно возмутить мясников, а за ними городскую толпу, уставшую ждать обещанного — факт остается фактом. Город был охвачен [[ru.wp:Восстание кабошьенов|бунтом]] против «арманьяков» и их приверженцев, которых парижане винили во всех своих бедах: высоких ценах на съестное, обесценивании денег и т. д. Пьяная от крови толпа окружила резиденцию дофина, требуя выдачи «предателей», и, получив отказ, сломала двери и схватила нескольких придворных, которые затем были заключены в отеле Артуа. Ситуация повторилась затем в королевском дворце, где толпа схватила брата королевы — [[ru.wp:Людвиг VII Бородатый|Людовика Баварского]], [[ru.wp:Эдуард III (герцог Бара)|герцога Барского]] а также нескольких придворных дам.
{| width="460px" align="left"
|
{| width="450px" border=0 style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Vigiles du roi Charles VII 56 1.jpg|450px]]
|-
| Восстание кабошьенов. - Неизвестный художник «Восстание 1413 года». - Марсиаль д'Овернь «Вигилии на смерть короля Карла VII». - Конец XV в. - Français 5054, fol. 8v. - Национальная библиотека Франции, Париж.''
|}
|}
Однако, если герцог Бургундский надеялся руководить этой стихией, он жестоко просчитался. Кабошьены в знак борьбы против властей надели [[ru.wp:Костюм средневековой Франции/Костюм и общество|белые шапероны]] — отличительный знак, который незадолго до этого носили представители [[ru.wp:Восстание белых шаперонов|восставшего Гента]], в городе начались грабежи и убийства, толпа уже не различала, к какой партии принадлежала та или иная жертва; мясники вместе со своими приспешниками вламывались в отели аристократии и дома богатых горожан, которые затем подвергались тотальному грабежу, пытавшихся сопротивляться убивали на месте. В городе воцарилась анархия, кое-кто из влиятельных «арманьяков» вслед за Филиппом Орлеанским успел бежать, король, незадолго до того, пришедший в себя после очередного приступа безумия, был окружен возбужденной толпой, которая вынудила его надеть белый шаперон — символ мятежных настроений.

Один из немногих, не потерявших головы, Людовик Анжуйский спешно собирал армию против восставших. Отряды спешили к нему отовсюду — из Анжера, [[ru.wp:Орлеан|Орлеана]], и [[ru.wp:Алансон|Алансона]], стягиваясь к Парижу, где престарелый Жан Беррийский вместе с дофином старались поддерживать хотя бы видимость порядка. Кабошьены в Париже захватили власть, назначив на все ключевые посты своих людей, но управлять городом, а тем более государством им было не под силу. Анархия и разгул толпы продолжались, Жан Бургундский, понимая, что ситуация полностью вышла из-под контроля и следующей жертвой может стать он сам, предпочел скрыться в своих владениях, оставив столицу в руках своих врагов. Уставшие от крови и убийств парижане предпочли отмежеваться от кабошьенов, понимая, что дело проиграно, руководители восстания бежали в Бургундию. В городе установилось относительное спокойствие, и вслед за этим, 31 августа 1413 года в него торжественно вступили с малой свитой Людовик Анжуйский, [[ru.wp:Жан I (герцог Алансона)|Жан Алансонский]] и оба орлеанца — Карл и Филипп. Все они были облачены в пурпурное платье, расшитое золотыми листами и орлеанским девизом «Правый путь». Парижане, еще незадолго до того бурно поддерживавшие кабошьенов, также поспешили облачиться в платье того же цвета и с тем же девизом. Возмущение временно улеглось.

Неудавшаяся экспедиция в Италию, а также уроки противостояния партий резко изменили характер Людовика Анжуйского. Отныне его выбор будет сделан, и ни он, ни его супруга от принятого раз и навсегда решения уже не отступят ни на шаг. Не питая больше иллюзий относительно намерений Жана Бургундского, Людовик решительно порвал с ним и в знак этого разрыва приказал отослать назад вместе со всем приданым его дочь, так и не ставшую женой юного Людовика. Наверное, рыдающая 12-летняя девочка так и не поняла, почему потенциальный свекор обошелся с ней так жестоко. В ноябре 1413 года без всяких разговоров и объяснений Катерине приказали покинуть Анжер. [[ru.wp:Камергер|Камергер]] сицилийской короны, Жан де Тюсе, должен был сопровождать ее до [[ru.wp:Бове|Бове]] и затем с рук на руки передать своему бургундскому коллеге Пьеру де ла Торнайлю. Неприятный инцидент: пересчитывая присланное, Торнайль отметил, что не хватает короны, золотого кувшина, блюда и 13 серебряных кубков. Жан де ла Тюсе вынужден был пояснить, что вещи эти были заложены у ростовщиков, чтобы финансировать итальянский поход, и предъявил бургундцам нотариально скрепленное заверение, что все они в скором времени будут выкуплены и возвращены владельцу.

Надо сказать, что подобный шаг был достаточно опасен, Жан Бургундский отличался злопамятностью и мстительностью, никогда он не забудет анжуйскому дому столь жестокого оскорбления. Позднее, остыв от первого приступа гнева, Людовик Анжуйский также будет жалеть о совершившемся, в самом деле, юная девочка вряд ли была виновата в происках своего отца! Однако, в любом случае, сделанного было не вернуть; зато шаг этот, уже не имевший возврата, послужит к заключению другого брака, которому предстоит в корне изменить расстановку сил во французской политике.

== История Франции меняет свой ход ==

=== Брак с далеко идущими последствиями ===
{| width="410px" align="right"
|
{| width="400px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[File:Yolandadearagon.jpg|400px]]
|-
| Иоланда Арагонская. ''Неизвестный художник «Встреча Людовика Анжуйского и его супруги с будущим зятем - Карлом, графом Понтье». — Жан Фруассар «Хроники». - ок. 1475 г. - Français 2645, fol. 321v. - Национальная библиотека Франции, Париж.''
|}
|}
После демонстративного разрыва с бургундской партией Иоланда и ее супруг всерьез задумались над возможностью породниться с французской королевской семьей. Из всех королевских детей к этому году не состояли в браке лишь двое: младший сын [[ru.wp:Карл VII (король Франции)|Карл]], получивший при рождении имя своего брата, умершего в младенчестве, и дочь [[ru.wp:Екатерина Валуа|Катерина]]. После некоторого колебания супруги остановились на кандидатуре юного графа Понтье. На их выбор, судя по всему, оказало воздействие простое соображение: если дочь короля скорее всего предназначается в жены кому-нибудь из европейских монархов, и посему вряд ли ее выдадут за короля без королевства, третий нелюбимый сын королевы Изабеллы, чьи шансы на престол казались более чем зыбкими, то есть, два его старших брата обладали отменным здоровьем, представлялся куда более доступным вариантом. Как мы помним, у Людовика и Иоланды была девятилетняя дочь Мария, в те времена — уже девушка на выданье.

Обязанность вести переговоры с королевой Изабеллой Баварской по необходимости легла на плечи Иоланды. Дождавшись конца кабошьенского мятежа, она пустилась в дорогу в сопровождении четверых своих детей. Так как малышке Иоланде Анжуйской не исполнилось еще и года, в свите королевы находилась ее кормилица — Тифена.

21 октября 1413 года две королевы встретились в замке Маркусси, располагавшемся в нескольких [[ru.wp:Лье|лье]] к югу от столицы. Королева Изабелла Баварская, перешагнувшая через четвертый десяток, обрюзгшая и одышливая, измученная двенадцатью родами, выглядела старухой рядом с энергичной, пышущей здоровьем Иоландой, всего лишь на десять лет ее младше. Уговорить королеву Франции не составило труда, безвольная, бесхарактерная, привыкшая постоянно искать поддержку у более сильных духом людей, она была более чем счастлива в этот сложный для королевства момент заключить союз с богатым и сильным анжуйским домом. В скором времени после того в отель Изабеллы Баварской прибыл в полном составе королевский совет. Как известно, Иоланда прекрасно умела убеждать, вести переговоры и производить впечатление на собеседников. Брачный контракт был подписан без споров и возражений. Единственный, кто не был уведомлен о произошедшем — больной король, в это время в очередной раз впавший в омут безумия, однако, позднее придя в себя, он не будет возражать против случившегося.

Соединенные свиты короля и королевы французских, а также короля и королевы сицилийских, завершая требуемый ритуал, торжественно встретились у ворот столицы. Известная миниатюра, входящая в [[ru.wp:Хроники Фруассара|«Хроники» Жана Фруассара]], в настоящий момент хранящаяся в [[ru.wp:Национальная библиотека Франции|Национальной Библиотеке Франции]], запечатлела момент этой встречи. Людовик Анжуйский и его жена, почтительно склоняющиеся перед юным женихом в графской короне со скипетром, в алых одеждах, на лошади, покрытой лазурным [[ru.wp:Вальтрап|чепраком]], расшитым французскими лилиями, и позади — король и королева Франции, наблюдающие за происходящим. Вместо отеля де ла Веррери, резиденции герцогов Анжуйских в Париже, Иоланда и ее супруг, вместе со своим шумным семейством, по приглашению королевы Изабеллы расположились в ее личном дворце. Помолвка столь высокородных семей обязана была сопровождаться пиром и обменом дарами. Мы ничего не знаем о том, что преподнесла Иоланда французской монархии, однако, ответный дар королевы Изабеллы нашел себе место в документах эпохи: шесть кубков из чистого золота, причем, один из них с не менее драгоценной крышкой. Последовавший пир был неожиданно прерван гонцом с более чем тревожными известиями: герцог Бургундский с войском приближался к Парижу. 4 февраля он был уже в [[ru.wp:Компьень|Компьене]], в 84 км от столицы. Людовик Анжуйский счел за лучшее отправить свое семейство в Анжер, подальше от арены будущих военных действий. Не желая оставлять дочь в мятежной столице, Иоланда опять-таки сумела уговорить слабовольную королеву Изабеллу позволить ей увезти будущего зятя с собой. Это путешествие решит его судьбу; однако, пока еще никто из участников будущей драмы не знает об этом.

5 февраля, после трогательного прощания и добрых пожеланий Иоланда с детьми отправилась в путь. Она уже знает, что носит под сердцем нового малыша. Девять месяцев спустя на свет появится ее младший сын, названный в честь юного зятя [[ru.wp:Карл IV (граф Мэна)|Карлом]]. Пока же ее сопровождал нескладный голенастый подросток, замкнутый и угрюмый. Некрасивая (а как позднее окажется, и не слишком умная) будущая супруга не вызывала у него нежных чувств, но и к Парижу и своему семейству будущий король Карл VII особой привязанности не испытывал. Парижане относились к нему совершенно безразлично, если не сказать худшего. Отзвук подобных настроений сохранил для нас анонимный «Дневник парижского горожанина», который, именуя тех, кто позднее пойдет за за гробом Людовика Гиеньского, тщательно перечисляет герцогов, графов «''и еще кого-то там''». Как вы уже догадались, читатель, под столь нелестной кличкой выступал будущий монарх. Впрочем, как уже было сказано, о его дальнейшей судьбе никто (включая его самого) не имел и не мог иметь ни малейшего представления.

Младший нелюбимый сын безумного отца, с которым он встречался урывками, чаще всего в официальной обстановке, и вечно измученной очередными родами, издерганной государственными заботами, которые были явно ей не по силам, матери, осознающий свою подчиненную роль и не слишком уж привлекательную внешность, да еще и прибавьте к тому упорные слухи о незаконном рождении — якобы от покойного Людовика Орлеанского — постоянно мучимый неуверенностью в себе и страхом перед насмешками в спину — таким был Карл в свои неполных двенадцать лет.

Однако здесь, в Анжере, в новом дворце, небольшом и уютном, в среде шумного и веселого семейства, он неожиданно обрел то, чего был лишен с самого рождения: тепло, заботу и дружбу. Старший сын Иоланды — Людовик - и юная Мария вовлекли его в свои шумные игры, сама Иоланда, окружила его любовью и опекой как собственного ребенка, и юный Карл постепенно оттаял. До самой смерти этот монарх, прозванный «Победителем», будет с обожанием относиться к своей теще, зовя ее не иначе как «''доброй своей матушкой''», внук, [[ru.wp:Людовик XI|Людовик XI]] будет едва ли не боготворить свою венценосную бабушку. Однако, все это, опять же, в будущем.

=== Болезнь Людовика Анжуйского и катастрофа под Азенкуром ===
{| width="300px" align="right"
|
{| width="300px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:King Henry V from NPG.jpg|300px]]
|-
| Генрих V Английский. ''Неизвестный художник «Генрих V». — XV в. - Национальная портретная галерея. - Лондон, Великобритания.''
|}
|}
Пока же Иоланда с тревогой прислушивалась к вестям, доходившим из Парижа. Злой гений французского королевства, Жан Бургундский, кружил и кружил вокруг столицы, надеясь, что верные ему парижане сами откроют ворота. Противостояние продолжалось до весны, затем, понимая всю бессмысленность этого ожидания, бургундец отправился восвояси, не преминув по дороге отдать своим солдатам на поток и разграбление [[ru.wp:Гюиз|графство Гиз]], составлявшее наследственное владение герцогов анжуйских. Вслед за его уходящими войсками король и дофин Франции также выступили из Парижа. Поход этот окажется в военном отношении полным провалом; так и не сумев догнать увертливого противника, а заодно разграбив своих и чужих, королевские солдаты вернутся в Париж. Однако, Людовик Анжуйский благоразумно предпочел не принимать участие в этой авантюре, вместо того вернувшись к своему семейству в Анжер.

В начале следующего, 1415 года Людовик тяжело заболел. Его мучили боли в нижней части тела, лихорадка и тошнота — так о себе впервые заявила болезнь, которая в конечном итоге сведет его в могилу. Он настолько ослабел, что оказался не в состоянии вернуться в Париж. К осени болезнь, казалось, отступила, и по настоянию встревоженной супруги, в сентябре, семейство в полном составе, взяв собой юного зятя, отправится в [[ru.wp:Сомюр|Сомюр]] и далее на Юг, к жаркому солнцу и сухому воздуху Прованса. Для Карла Французского это будет первым путешествием по Югу страны, небыстрым, как ход корабля, дававшим, однако, возможность досконально узнать его будущие владения. Иоланда в это время была уже на сносях, месяцем спустя на свет появился младенец Карл. Людовик Анжуйский, чьего присутствия требовал Прованс, вынужден был в одиночку продолжить путь, поднявшись после родов, Иоланда вместе с детьми 18 февраля 1415 года присоединилась к супругу. Где-то там на Севере продолжали бушевать столкновения и войны, однако, анжуйское семейство в полной мере наслаждалось покоем. Впрочем, даже здесь, «на курорте», как можно было бы выразиться современным языком, супруги не оставались без дела. Людовик и Иоланда готовили судебную реформу — знаменитый «статут» 1415 года, сделавший провансский суд куда более гибким и уважительным к правам обвиняемых. Надо сказать, что этот статут настолько опередил свое время, что не был в полной мере понят современниками, и дело дошло до того, что посланники Прованса явились, чтобы хлопотать о его отмене.

Впрочем, покой для королевской четы оказался недолгим. Двумя годами ранее король Англии [[ru.wp:Генрих IV (король Англии)|Генрих IV]], более на словах чем на деле грозивший французскому королевству, успел почить в бозе, и [[ru.wp:Генрих V (король Англии)|его сын]], носивший то же имя, решил перейти от слов к делу. Именуя французского короля «''своим дражайшим кузеном''», он тем не менее наотрез отказывался признать его права на престол, во всеуслышание объявляя себя «''королем Англии и Франции''» и требуя руки младшей дочери Карла Безумного — [[ru.wp:Екатерина Валуа|Катерины]] с [[ru.wp:Аквитания (герцогство)|Аквитанией]] в качестве приданого.

Небольшая, но отлично обученная и дисциплинированная английская армия 14 августа 1415 года высадилась у мыса Ко — много позднее здесь будет построен порт [[ru.wp:Гавр|Гавр]], - и скорым маршем отправилась к [[ru.wp:Арфлёр|Арфлеру]] — одной из мощнейших крепостей на севере страны. Арфлер закрыл ворота перед англичанами и сопротивлялся с мужеством отчаяния. Городские гонцы уже сумели достичь Парижа, и теперь король Карл VI, в это время бывший в состоянии понимать происходящее, спешно собирал ополчение. Одним из первых на его зов поспешил Людовик Анжуйский, несмотря на то, что чувствовал себя нездоровым. Тяжкая болезнь, которой предстоит в конечном счете свести его в могилу, подавала свои первые признаки.
{| width="350px" align="left"
|
{| width="350px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[File:Agincour.JPG|350px]]
|-
| Азенкур. ''Неизвестный художник «Битва при Азенкуре». — Томас Уолсингем «Сент-Альбанская Хроника». - Ms 6 f.243. - XV в. - Библиотека Ламбетского Дворца. - Лондон, Великобритания.''
|}
|}
Сбор французского войска затягивался: арманьякские и бургундские принцы наотрез отказывались выступать и сражаться вместе, Жан Бесстрашный и вовсе предпочел проигнорировать королевский призыв, запретив также появляться в Париже своему старшему сыну — будущему герцогу [[ru.wp:Филипп III Добрый|Филиппу Доброму]]. Явились только его младшие братья, а также [[ru.wp:Эдуард III (герцог Бара)|герцог Барский]], граф де Марль и несколько аристократов, принадлежавших к арманьякской партии. Вечно сомневающийся [[ru.wp:Жан VI (герцог Бретани)|герцог Бретонский]], до последнего старавшийся сохранить нейтралитет, чтобы перейти исключительно на сторону победителя, также ограничился тем, что прислал на помощь монарху своего младшего брата [[ru.wp:Артур III (герцог Бретани)|Артюра де Ришмона]].

Лишенный помощи Арфлер в конечном итоге вынужден был сдаться на волю победителя. 18 сентября Генрих торжественно вступил в покоренный город, распорядившись выселить из него всех жителей, которым было разрешено взять с собой лишь минимум необходимых вещей. По замыслу короля Арфлер должен был превратиться в английскую колонию и плацдарм для последующего завоевания [[ru.wp:Нормандия|Нормандии]]. Между тем, огромное, неповоротливое 25-тысячное королевское войско наконец-то выступило в поход. Превосходство сил было неоспоримым, и английский король предпочел отступать, изо всех сил пытаясь уклониться от решительного сражения. Погоня закончилась 24 октября 1415 года, когда передовые французские части загородили дорогу англичанам у деревеньки [[ru.wp:Азенкур|Азенкур]].

Об азенкурском сражении написаны горы книг. Мы не будем повторять их, ограничившись лишь коротким замечанием, что несмотря на почти пятикратное превосходство, французская армия потерпела одно из сокрушительнейших поражений в Столетней войне. Причиной тому было множество факторов: неорганизованность, отсутствие единого командования, английское превосходство в обученности войк и вооружении ([[ru.wp:Длинный лук|длинные луки]] англичан насквозь пробивали доспехи, при том, что лучник мог сделать до трех выстрелов, пока лишь французский арбалетчик еще только заряжал [[ru.wp:Арбалет|свой механизм]]).

К счастью для Франции, король и дофин не принимали участия в сражении (уроки [[ru.wp:Битва при Пуатье (1356)|Пуатье]], когда в плену оказался [[ru.wp:Иоанн II (король Франции)|Иоанн Добрый]] все же не прошли даром!) Вместе с ними в [[ru.wp:Руан|Руане]] находился престарелый Жан Беррийский, последний оставшийся в живых из королевских дядей-регентов, а также Людовик Анжуйский, жестоко страдавший от болей в мочевом пузыре и недержания мочи. По всей вероятности, речь шла об инфекционном [[ru.wp:Цистит|цистите]], болезни в те времена неизлечимой — впрочем, иногда причиной этого недуга полагают [[ru.wp:Рак предстательной железы|рак простаты]], дающий сходные симптомы. Тяжкая болезнь, из-за которой он не смог принять участие в походе, спасла ему свободу, а может, и саму жизнь.

Пожалуй, кроме англичан, торжествовать мог герцог Бургундский. Несмотря на траур по младшим братьям, погибшим в этом бою, он не преминул оценить всю благоприятность сложившейся ситуации. В плену оказался [[ru.wp:Карл (герцог Орлеанский)|Карл Орлеанский]] (освободиться он сможет только через двадцать пять лет), весь цвет арманьякской партии сложил голову на поле Азенкура или также был распределен по английским тюрьмам. Не теряя времени, герцог поспешил к Парижу, но опоздал. Ворота столицы оставались закрытыми. Посланцы герцога, [[ru.wp:Жан II Люксембургский-Линьи|Жан Люксембургский]] (будущий тюремщик Жанны) и Гильом де Вьенн, сумели предстать перед королевским советом, но добиться разрешения для герцога вступить в столицу им не удалось. Вновь герцог бессмысленно терял время, на сей раз живя в [[ru.wp:Ланьи|Ланьи]], неподалеку от Парижа (в результате чего за ним закрепится глумливое прозвище «Жана из Ланьи». Пользуясь тем, что посланцы обеих сторон сновали между Парижем и Ланьи, Людовик Анжуйский, возможно, мучимый совестью за обиду, нанесенную юной девочке, или просто желая примириться — хотя бы на словах - со своим грозным противником, отправил своего гонца к Жану Бургундскому, предлагая ему вынести случившийся между ними спор на суд короля. Ответ бургундца гласил, что тот желает поквитаться «''за обиду и зло, в каковых король Людовик виновен был перед ним и перед его дочерью в подходящем для него месте и в подходящий для того час''».

=== Новый дофин и новые политические дрязги. Людовик Анжуйский покидает Париж. ===
{| width="300px" align="right"
|
{| width="300px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Jean de Touraine et Jacobine de Bavière.jpg|300px]]
|-
| Иоанн Туреньский с супругой. ''Неизвестный художник «Иоанн Туреньский и Якоба Баварская». — Хендрик ван Хеессел «Хроника герцогов голландиских от начала и вплоть до 1415 г.» - ок. 1401-1450 гг. - B.89420 f. 162 - Библиотека и архив Хендрика Консьянса. - Антверпен, Бельгия.''
|}
|}
8 декабря Людовик Анжуйский покинул Париж, убедившись, что столица охраняется достаточно надежно, и вход в нее для бургундского герцога полностью перекрыт. На пути домой его настигло еще одно страшное известие: дофин Франции, Людовик, которому едва исполнилось 18 лет, скоропостижно скончался в Париже. По официальной версии виной тому был тяжелый грипп, осложнившийся дизентерией, однако на улицах и в тавернах шептались о яде… Опять же, сложившаяся ситуация играла на руку Жану Бесстрашному; «второй дофин» — [[ru.wp:Жан (герцог Турени)|Иоанн, герцог Туреньский]], женатый на [[ru.wp:Якоба (графиня Геннегау)|Якобе Баварской]], в это время находился в [[ru.wp:Эно (графство)|Геннегау]] (земле, на которую бургундские герцоги давно положили глаз…), готовясь стать ее властителем. Однако, если дофин Людовик (ныне покойный) был душой арманьякской партии, его младший брат находился под сильным влиянием Жана Бесстрашного.

Отдавая себе в том отчет, герцог Жан Беррийский спешно вызвал в Париж своего зятя, Бернара д’Арманьяка, вместе с его гасконским войском. Оборона города несомненно только выиграла от их прихода, но, с другой стороны, грубые гасконцы, ко всему прочему говорившие на малопонятном для парижан диалекте, вели себя как в завоеванной стране, пьянствуя и грабя, оскорбляя женщин, в то время как сам Арманьяк, по причине того, что его одряхлевший тесть уже не в состоянии был удерживать в руках власть над столицей, принялся править самым деспотичным образом, навязывая парижанам разорительные налоги и подати. Сохранился его характерный ответ на жалобы парижских купцов: «''Плевать я хотел на ваши рожи, я просто приду и возьму!''» Единственным, кто мог сдерживать его тиранические замашки, был Людовик Анжуйский. Совершенно больной, измученный лихорадкой, по всей видимости, перекинувшейся на почки, провоцируя тяжелый [[ru.wp:Нефрит|нефрит]], он все же нашел в себе силы, чтобы добраться до столицы, поддерживаемый преданной женой, которая впервые оставила свое многочисленное семейство на попечение нянек и слуг, понимая, сколь важно сейчас для мужа ее присутствие и ее советы. В течение нескольких месяцев, изнемогая от лихорадки и слабости, Людовик Анжуйский присутствовал в королевском совете, направляя политику государства, вынудив Арманьяка, чье присутствие раздражало парижан, временно отбыть из столицы вместе со своими людьми.

Ворота Парижа по-прежнему были закрыты для «Жана из Ланьи», и он, наконец, решил, что с него этого ожидания хватит. В столице стал неспешно готовиться пробургундский заговор, душой его были несколько городских старейшин (эшевенов), потерявших власть после прихода в столицу арманьяков, а также богатые уличные менялы и купцы. Заговорщики собирались неожиданно для всех захватить в свои руки Людовика Анжуйского и Жана Беррийского, обрить им головы, с позором провезти по всему городу верхом на быках и затем обезглавить. В плен также стоило захватить прево Парижа Таннеги дю Шателя (как мы с вами помним, военачальника Людовика в Италии), а также канцлера французской короны Анри де Марля, и взяв в свои руки власть над Парижем, открыть ворота Жану Бургундскому.

Французский исследователь Арно де Рош в своей биографии королевы Иоланды полагает, что тайные цели заговорщиков могли быть куда более серьезными. Им представлялась отличная возможность одним ударом отделаться от старого короля, королевы, а заодно расправиться с Иоландой, чье политическое влияние постепенно давало о себе знать. Заговором руководили двое ближайших соратников Жана Бургундского — Альберик д’Оржемон и Робер де Беллуа. Днем выступления была назначена [[ru.wp:Великая пятница|Великая пятница]] (16 апреля), или, по другим сведениям, [[ru.wp:Пасха|Пасхальное воскресенье]] (19 апреля 1416 года). В любом случае, из далеко идущих планов ничего не вышло, заговор был раскрыт, виновные схвачены и казнены, насмешки ради их облачили перед смертью в фиолетовые одежды арманьяков, шитые золотыми листами. Спешно вернувшийся в город Бернар д’Арманьяк установил драконовские порядки: отныне парижанам запрещалось собираться вместе, даже для семейных торжеств или свадеб, если на них не присутствовали графские соглядатаи, парижанам запрещалось носить оружие, ставить на окна тяжелые предметы, которые могли бы послужить метательными снарядами «''под угрозой лишения имущества и жизни''», наконец, упразднена была высоко ценимая городом привилегия: возможность в ночное время натягивать цепи поперек улиц, чтобы таким образом затруднить действия конницы.
{| width="300px" align="left"
|
{| width="300px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:P1160494 Carnavalet EFXVII Patineurs sur la Seine en 1608 P263 detail01 rwk.jpg|300px]]
|-
| Нельский отель - место смерти Жана Беррийского. ''Неизвестный художник французской школы «Катание на коньках на замерзшей Сене» (фрагмент). — Январь 1608 г.- Музей Карнавале. Париж, Франция.''
|}
|}
В любом случае, заговор столь угнетающе подействовал на старого герцога Жана Беррийского, что 15 июня того же года в отеле де Нель (возле парижских ворот того же имени), он отдал Богу душу. Для партии арманьяков это была новая тяжкая потеря, однако, Иоланда и ее супруг сочли момент подходящим, чтобы ввести в королевский совет тринадцатилетнего графа Понтье, которому предстояло занять в нем председательствующее место вплоть до того момента, когда его брат окажется в Париже. Вместе со своей малолетней женой Карл прибыл в столицу. Людовик и Иоланда позаботились о том, чтобы окружить его опытными советчиками: финансистами Югом де Нойе, Пьером де Бово и Ардуэном де Малье, кроме того, рядом с ним неизменно обретался личный духовник — Жерар Машет, комиссарий финансов Робер де Масон, начальник его личной безопасности Арно де Барбазан и другие. В Париже заговорили об «анжуйской партии», окружающей младшего сына короля — и недаром.

Наскучивший ожиданием герцог Бургундский счел за лучшее тайно встретиться с королем английским и договориться о совместных действиях против французов. Их встреча состоялась 4 и затем еще раз 13 октября в [[ru.wp:Кале|Кале]] и закончилась ничем, так как англичанин потребовал полного себе подчинения, военной помощи и признания его «прав» на королевство французское. Все это должно было быть скреплено тайным письменным актом. Осторожный бургундец счел за лучшее не рисковать.

В декабре 1416 года Людовик Анжуйский, измученный тяжелой болезнью, сложил с себя полномочия, оставив в городе малолетнего графа Понтье. 8 января он с супругой отправился в Анжер, надеясь в тишине и покое дворца обрести, наконец, утерянное здоровье. Совершенно обессиленный, он уже не мог путешествовать верхом и проделал большую часть пути на конных носилках.

Между тем, переговоры о прибытии в Париж нового дофина затягивались, Геннегау было владением достаточно далеким, отстоявшим от Парижа на много дней пути, причем, гонцов могли поджидать нешуточные опасности. Требовалось также решить судьбу короны самого Геннегау после отъезда принца. Ситуация осложнялась тем, что [[ru.wp:Вильгельм VI (граф Голландии)|Гильом Баварский]], тесть дофина Иоанна, под влиянием своей супруги Маргариты Бургундской, ставил непременным условием его возвращения то, чтобы герцогу Бургундскому было дозволено сопровождать его в Париж. Французские посланцы со своей стороны требовали, чтобы Жан Бургундский в таком случае присягнул на верность королю и обязался поддерживать мир во Франции, ни к кому при том не питая вражды. Злопамятный герцог озаботился о том, чтобы из текста клятвы было исключено имя Людовика Анжуйского, которому он собирался и далее мстить за оскорбление, нанесенное его дочери. Наконец, соглашение было достигнуто, и дофин пустился в путь в сопровождении свекра и свекрови. Достигнув французского Компьеня, он задержался здесь, чтобы в Париже успели подготовить торжественную встречу. С той же целью Гильом Баварский (граф Геннегау) отправился в столицу, в то время как старая королева поспешила в Санлис, где ее уже дожидались Маргарита Бургундская и новая дофина Франции — Якоба Баварская. Ситуация между тем застопорилась опять: Бернар д’Арманьяк наотрез отказывался впускать своего соперника в Париж, идя таким образом наперекор воле королевы и совета. Взбешенный Гильом Баварский грозился, что в этом случае увезет дофина Иоанна обратно в Геннегау. Грозить Арманьяку не следовало ни в коем случае, этот суровый солдат имел только один ответ шантажистам, он тут же приказал арестовать баварца и держать его под стражей до тех пор, пока дофин не окажется в городе. Предупрежденный в последний момент, Гильом Баварский успел бежать.

Прискакав на взмыленном коне в близкий [[ru.wp:Компьень|Компьень]] (ох уж этот зловещий город, здесь несколько лет спустя окажется в плену Жанна…) баварец был потрясен страшной новостью, которую до него тут же поспешили донести. Дофин Иоанн, еще несколько дней назад совершенно здоровый, находился при смерти. У юноши распух язык, лицо, глаза вылезали из орбит. 4 апреля 1417 года 18-летнего Иоанна Туреньского не стало. Считается, что причиной его смерти был [[ru.wp:Мастоидит|мастоидит]] — гнойное воспаление височной кости, но горожане снова шептались о яде…

=== Смерть Людовика Анжуйского. Иоланда выходит на политическую арену. ===
{| width="400px" align="right"
|
{| width="400px" style="text-align:center; background:#FAEBD7"
|-
| [[Файл:Angers- Apocalypse (5).jpg|400px]]
|-
| Анжерский Апокалипсис - «Падение звезды». ''Мастерская Николя Батая «Падение звезды и трубный глас». — ок. 1373—1381 гг. - Анжерский замок. Анжер, Франция.''
|}
|}

Иоланда действовала без промедления. Едва лишь эта новость достигла ее ушей, королева немедленно приказала собраться перед фасадом дворца всем его обитателям – от пожилого и важного мэтр д’отеля в шитом золотом костюме до последней прачки, которую эта новость отвлекла от корыта, и теперь она робко жалась в углу, стыдясь своего простого платья, покрытого хлопьями пены. Иоланда торжественно вывела на балкон перед этой небольшой толпой, сгрудившейся внизу зардевшегося от смущения юношу, и первой отдала ему церемонный придворный поклон. Отныне младший сын становился дофином Франции – эта новость потрясла всех домочадцев и слуг. Оказывается этот мальчик, на которого они давно привыкли смотреть как на скромного зятя своей госпожи когда-нибудь станет их королем! Несколько голосов подхватили «Да здравствует король!» Церемония короткая, но полная смысла. Младшего сына никогда не готовили к делам будущего правления, предполагая, что он станет одним из многих «родственников» будущего короля, одного из своих старших братьев. Отныне в достаточно короткий срок неуклюжего подростка надо было приучить быть государем, мыслить и вести себя соотвественно своему новому званию.

Затем важнейшей ее целью становится, чтобы новый дофин Франции, который обязан обретаться в Париже рядом со своим отцом и матерью, не попал под влияние бургундцев или арманьяков (и те и другие стоят друг друга, желая править по собственной воле, прикрываясь лишь именем короля!). Мальчик неопытен, податлив, легко подчиняется более сильной воле. Чтобы оградить его от дурных влияний, Иоланда позаботилась о том, чтобы окружить его опытными и дельными советчиками. Познакомимся с ними также. Пьер де Бове. Будущий наместник [[ru.wp:Прованс|Прованса]], будущий военачальник ее сына, и также будущий соратник Жанны, он много лет служит анжуйскому дому, и сомневаться в его преданности невозможно. Юг де Нуайе, родом из [[ru.wp:Лангедок|Лангедока]], однако, имел не одну возможность доказать верность королеве, ясный ум и опытность в делах. Одуэн де Майе и его супруга Перонелла д’Амбуаз, давние друзья семьи, опытные и сведущие в делах политики. Робер де Масон, легист, адвокат, в прежние времена служивший королю Карлу VI. Вокруг наследника престола образуется по сути дела, небольшой «королевский совет» из опытных и верных людей. Его возглавит Жан Луве в должности канцлера. Со временем он обманет доверие своей госпожи, и будет удален от дел, но это случится далеко не сразу. Таннеги дю Шатель, выдающийся военачальник, как мы с вами помним, бывший соратник Людовика-старшего в Италии, храбрый солдат, годящийся, однако, на сугубо подчиненные роли. Он отличный исполнитель приказов, что доказал и докажет неоднократно и не более того. Жерар Маше, духовник, глубоко преданный своей повелительнице. Арно Гильельм, прозванным Барбазаном, «рыцарь без страха и упрека», личный телохранитель дофина, должный и днем и ночью обеспечивать его безопасность. Король Карл, в это время пребывающий в здравом уме настоятельно зовет сына в Париж, здесь ему подобает занять свое место в королевском совете. Иоланда не противится. Вместе с дофином, в столицу уезжает его будущая супруга, что же, ей следует привыкать к своей новой семье и будущей роли королевы французской. В сопровождении надежного эскорта, 6 апреля 1417 года юный дофин с невестой отбывают в столицу.

Жан Бесстрашный был в бешенстве. Карл, граф Понтье, женатый на анжуйской принцессе, дочери его заклятого врага!.. Бургундца не могло утешить даже новость о скоропостижной смерти Людовика Анжуйского. 29 апреля, все того же 1417 года он скончался в анжерском замке, горько оплакиваемый женой и детьми. Днем ранее он продиктовал Иоланде свои последние наставления будущему королю. Письмо это сохранилось. Среди прочего, оно гласило «''дабы он ни при каких обстоятельствах не питал доверия к герцогу Бургундскому, но при том использовал все возможности, сколь то в его силах, чтобы сохранить с таковым добрые отношения''». Его последними словами, обращенными к детям было «''Всегда будьте послушны своей матери, и почитайте ее вплоть до самой смерти''». Принцы полностью последуют его желанию.

Час Иоланды пришел. Отныне ей предстояло сыграть свою неповторимую роль в истории Франции.

== Примечания ==
{{примечания|4}}

Дневник парижского горожанина/8

2016-04-30T01:38:20Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 8''' ...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 8'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/7|7]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/9|9]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 8 ==

В год же тысяча IIIIc IX случился в Париже в день, на каковой приходится средина августа, между пятью и шестью часами утра случилась такая гроза, что изображение Св. Девы, каковое обреталось в монастыре Сен-Ладр<ref>Монастырь Св. Лазаря, бывший в начале своего существования приютом для [[ru.wp:Проказа|'''прокаженных''']] в Ла-Вилетт, нынешнем северо-западном предместье Парижа, за городской стеной.</ref>, вытесанное из прочного камня и совсем еще новое, поражено было молнией и разбито пополам, и отброшено прочь оттуда на немалое расстояние, а в то же время неподалеку от Виллетт-Сен-Ладр<ref>Во времена Горожанина '''Ла-Вилетт''' (т.е. "городок") был поселением, граничащим с Парижем на северо-западе. Ныне поглощен столицей, превратившись в квартал того же наименования.</ref>, сразу за городской чертой, поражены были молнией два человека, один из каковых был убит на месте, причем башмаки его, шоссы<ref>'''Шоссы''' - мужские чулки или рейтузы, часть повседневного костюма XV века.</ref> и жиппон<ref>[[ru.wp:Жиппон|'''Жиппон''']] или поддоспешник - нижний тканый камзол, к которому крепились шоссы.</ref> разорваны были в клочья, а на самом теле не оказалось никаких повреждений, другой приведен был в ужас.

== Примечания ==
<references/>

----
 [[Image:Red copyright.png|20px]] © [[User:Zoe|Zoe Lionidas]]. All rights reserved. / © [[User:Zoe|Зои Лионидас]]. Все права сохранены. 
----

Дневник парижского горожанина/7

2016-04-30T01:37:19Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 7''' ...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 7'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/6|6]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/8|8]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 7 ==

На ХХVI день бывшего затем июня месяца Святейшим отцом<ref>Т.е. [[ru.wp:Папство|'''папой римским''']]</ref> был объявлен Пьер де Канди <ref>Пьер де Канди (или де Кандия), монах [[ru.wp:Минориты|'''миноритского''']] ордена, магистр теологии Парижского университета. В то время Западная церковь переживала [[ru.wp:Великий западный раскол|'''раскол''']], т.к. соперничающее между собой римское и авиньонское духовенство избрали в наместники Св. Петра [[ru.wp:Бенедикт XIII (антипапа)|'''Бенедикта XIII''']] и [[ru.wp:Григорий XII|'''Григория XII''']]. Пытаясь положить конец двоепапству и принудить обоих к отречению, Вселенский собор в Пизе в 1409 г. избрал Пьера де Канди на папский престол под именем [[ru.wp:Александр V (антипапа)|'''Александра V''']] Однако, оба соперника отказались подчиниться решению собора, и в результате возникло лишь троепапство.</ref> и на VIII день бывшего за тем июля о том узнали в Париже, в честь какового события устроен был великолепный праздник, сходный с тем, что дан был в честь возвращения короля из Тура, как о том рассказано было ранее, и во всех парижских монастырях весьма громко били в колокола всю ночь напролет.

== Примечания ==
<references/>

----
 [[Image:Red copyright.png|20px]] © [[User:Zoe|Zoe Lionidas]]. All rights reserved. / © [[User:Zoe|Зои Лионидас]]. Все права сохранены. 
----

Дневник парижского горожанина/6

2016-04-30T01:36:00Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 6''' ...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 6'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/5|5]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/7|7]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 6<ref>Гражданской войны, однако, не хотел ни герцог Бургунский, понимающий, попытка добыть власть с помощью силы дискредитирует его как "защитника королевства" ни - в тот момент - орлеанская партия, не имевшая достаточно сил для того, чтобы добиться своего силой. Посему в Шартре король, к которому время от времени возвращался ясный рассудок, возглавил церемонию, должную примирить враждующих принцев. 9 марта 1409 года в Шартском соборе обе враждующие стороны поклялись что в дальнейшем будут "дружить" и "содействовать" королю в управлении страной, после чего Иоанну Бургундскому было даровано прощение за убийство брата короля. Конечно, ни о каком примирении не могло быть даже речи, однако, временная передышка была достигнута и герцог как победитель, мог вступить в Париж и наконец принять столь трудно доставшуюся ему власть. В сопровождении короля Франции, он торжественно вступил в столицу, бурно приветствуемый парижанами, видевшим в в нем гаранта мира и защитника простого народа.</ref> ==

На девятый день бывшего за тем марта, герцог Бургундский вернулся в сопровождении блестящей свиты, и на XVII день названного марта месяца, в воскресенье, в Париж привезли короля, какового встречали с великой честью, превосходившей все, что видано было за двести предыдущих лет, ибо вся без исключения городская стража, как то королевская<ref>'''Sergeants du guet''' - личная стража, сопровождавшая персону сюзерена, вооружались палками для поддержания порядка и разгона любопытных. Иногда на них возлагалась обязанность исполнять приговоры королевского суда.</ref>, купеческая<ref>'''Sergeants de la marchandise''' - четверо городских чиновников, в обязанности которых входил надзор за поддержанием порядка в портах и набережных, надзор за мельницами и судами, а также за верностью весов и мер, соответствие правилам которых помечалось знаком королевской лилии.</ref>, конная<ref>Sergeants à cheval - следили за порядком в городских предместьях.</ref>, судебная<ref>'''Sergeants à verge''' - досл. "жезловая стража" - призваны были поддерживать порядок в Париже и следить за осуществлением приговоров городского суда.</ref>, и вместе с ними дюжина<ref>'''Dousaine''' (в подлиннике XIIne) - телохранители Парижского прево.</ref>, надели в соответствующие случаю цвета<ref>Во время церемонии королевского вступления в тот или иной город, свита сеньора зачастую облачалась в костюмы геральдических цветов - королевские (голубые с золотыми лилиями) или городские (красный и голубой)</ref> и полагающиеся к тому шапероны<ref>[[ru.wp:Шаперон|'''Шаперон''']] - среднвековый мужской головой убор, похожий на тюрбан или петушиный гребень. В дополнение к костюму, шаперон при королевском въезде в город также должен был быть геральдических цветов.</ref>, все же горожане вышли ему навстречу. Шествие же предваряли XII трубачей и с ними огромное множество менестрелей, и по всему пути его следования народ приветствовал его [весьма радостными криками] "Noël!"<ref>'''Noël!''' - досл. "Рождество!" - соответствовал выражению приветствия и радости.</ref> и осыпал его фиалками и другими цветами, и тем же вечером, горожане со всем своим удовольствием угощались прямо на улицах, и во всем Париже зажжены были огни, и по всему Парижу били в тазы<ref>'''Вassins''' - "тазы", игра на тазах и кастрюлях - одна из форм средневекового выражения праздничного и радостного настроения.</ref>. На следующий же день прибыли королева и дофин, их встретили также с великой радостью, едва ли не большей чем за день до того, и королева принята была с великой честью, едва ли не превосходившей ту, с каковой вступила в город в первый раз<ref>[[ru.wp:Изабелла Баварская#Въезд Изабеллы в Париж|'''Первое вступление Изабеллы Баварской в Париж''']] пришлось на 22 августа 1389 года.</ref>.

== Примечания ==
<references/>

----
 [[Image:Red copyright.png|20px]] © [[User:Zoe|Zoe Lionidas]]. All rights reserved. / © [[User:Zoe|Зои Лионидас]]. Все права сохранены. 
----

Дневник парижского горожанина/5

2016-04-30T01:35:07Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 5''' ...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 5'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/4|4]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/6|6]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 5<ref>После поражения восставших, герцог бургундский, чувствуя себя победителем, тем более, что у противоположной партии не нашлось нового предводителя, а номинально возглавивший ее 14-летний сын убитого Карл, не мог представлять серьезной опасности, двинул войска на Париж, чтобы наконец-то взять в руки власть. Известие о его приближении вызвало переполох при дворе. На попытки уговорить его распустить войска, герцог Бургундский отвечал, что будет действовать так, как сочтет нужным. Попытки организовать сопротивление, в частности, перекрыть мост через Уазу встретили отпор со стороны парижан. Орлеанистам оставалось бегство. Не желая оставлять в Париже короля, что придало бы власти узурпатора внешний вид законности, королева, бывшая в те времена союзницей орлеанистов, дофин и почти весь двор, спешно переправили короля на другой берег Сены и вместе с ним отправились в Тур.</ref> ==
На XVI день бывшего за тем ноября месяца, в субботу, сказанные сеньоры, как то Наваррский<ref>По предположению Колетты Бон, речь идет о [[ru.wp:Карл III (король Наварры)|'''Карле III''']], будущем короле [[ru.wp:Королевство Наварра|'''Наварры''']]</ref>, Людовик<ref>'''Людовик(Луи) герцог Гиеньский''', наследник французского престола, в скором времени умерший. Колетта Бон добавляет, что увозу безумного короля из города способствовала его жена [[ru.wp:Изабелла Баварская|'''Изабелла Баварская''']], в те времена державшая сторону орлеанистов и двоюродный брат короля [[ru.wp:Людовик II Анжуйский|'''Людовик II Анжуйский''']], также сторонник орлеанской партии</ref> и другие увезли короля в Тур<ref>[[ru.wp:Тур (город)|'''Тур''']] - столица исторической области Турень, в 239 км. к юго-западу от Парижа.</ref>, чем весьма взбудоражили весь народ, везде же твердили, что имейся (испр. случись) герцогу Бургундский быть здесь, они бы не осмелились совершить то, что совершили, туда же и далее в Шартр<ref>[[ru.wp:Шартр|'''Шартр''']] - город в исторической области Бос, в 90 км. к юго-западу от Парижа.</ref> в течение XVII недель из раза в раз отправлялись купеческий прево<ref>'''Шарль Кюльдо''' (Туэтей записывает его имя как Кюль д'О) "хранитель купеческого превотства для короля Франции" - весьма неоднозначная личность. Быстро потеряв популярность у парижан, во время восстания кабошьенов, бежал из Парижа. Вернулся вновь но в 1418 г. был захвачен в [[ru.wp:Лувр|'''Лувре''']] (или если верить Мишелю Пентуэну - в [[ru.wp:Бастилия|'''Бастилии''']]), и препровожден в тюрьму [[ru.wp:Большой Шатле|'''Шатле''']]. Бежал вновь благодаря помощи парижского палача Капелюша, вернулся в 1421 г., жил в безвестности в доме на улице Турелль, где тихо скончался между 1435 и 1436 гг. (прим. Александра Туэтея)</ref> и с ним граждане Парижа, специально для того посылаемые, но ничего не сумели добиться ни для себя ни для народа.

== Примечания ==
<references/>

----
 [[Image:Red copyright.png|20px]] © [[User:Zoe|Zoe Lionidas]]. All rights reserved. / © [[User:Zoe|Зои Лионидас]]. Все права сохранены. 
----

Дневник парижского горожанина/4

2016-04-30T01:33:56Z

Dimetr: Новая страница: «{{header-ru | title = "Дневник парижского горожанина" | section = '''- 4''' ...»

{{header-ru
| title = [[Дневник парижского горожанина|"Дневник парижского горожанина"]]
| section = '''- 4'''
| author = неизвестен
| previous = ← [[Дневник парижского горожанина/3|3]]
| next = [[Дневник парижского горожанина/5|5]] →
}}

<div class="text">
<div style="font-size:14px;">
== Глава 4<ref>Исследователями дневника было замечено, что в сосхранившихся копиях отсутствуют страницы, повествующие о самых острых моментах междоусобной войны. Впрочем, по другому предположению, сам автор предпочитал не касаться слишком уж опасных тем, в самом деле, в дневнике порой встречаются отметки "об этом я лучше промолчу". В данном случае, лакуна приходится на более чем знаменательное событие - убийство герцога Орлеанского. 23 ноября 1407 года герцога с помощью подложного письма выманили поздним вечером из отеля королевы, которая, как иногда полагают, в это время стала его любовницей. Так или иначе на Старой Храмовой улице Людовика уже поджидала засада во главе со ставленником Иоанна Бесстрашного Раулем д’Анкетонвиллем. Убийца, герцог Бургундский, бежал из Парижа, но вскоре вернулся с войском, чтобы окончательно утвердиться у власти. По его приказу Жан Пети, доктор теологии парижского университета, в присутствии дофина, королевы и всего королевского совета (король в это время был вновь во власти безумия) прочел "Оправдание" убийства Людовика Орлеанского. Построенная по всем правилам аристотелевской логики, эта речь призвана была доказать, что Людовик был тираном, и покушался на престол, пытаясь с помощью яда извести короля и дофина. Доверия эта речь, конечно же, не снискала, но за бургундским герцогом стояла военная сила, и на его же стороне были симпатии парижан. Орлеанисты не смирились, но выжидали момента, чтобы перейти в наступление. Это произошло, когда герцог вынужден был спешно покинуть столицу, чтобы прийти на помощь деверю - Иоанну Баварскому, запертому в Маастрихте жителями мятежных фландрских городов. Надменный и не терпящий возражений граф-епископ давно не пользовался популярностью у своих подданных, к открытому неповиновению же их подвинула скрытая поддержка орлеанистов. По сути, все предприятие бургунца зависело от того, выиграет он или потерпит поражение.</ref> ==
...какового им пришлось весьма тяжко, ибо всего их погибло более XXVI тысяч, случилось же это на XXIII день сентября, СССС и 8 года<ref>т.е. 23 сентября 1408 года</ref>, и за все время, сколько продолжалась сказанная война, от огня, голода, холода и меча еще XIIII т. и более, всего же около сорока тысяч<ref>Эта запись в существующих рукописях Дневника сохранилась не полностью, отсюда ее определенная неясность. Полагается, что речь идет о взятии мятежного Льежа войсками герцога бургундского, устроившего в городе повальную резню, "в назидание прочим". Бургундский хроникер Ангерран де Монреле называет цифру в 26 тыс. погибших из 40 тыс. мятежников. Лефевр де Сен-Реми полагает, что погибли 28 тыс. льежцев, Жювеналь дез Юрсен колеблелся между 20 и 24 тыс. Наш автор увеличивает потери мятежников до 40 тыс, превосходя таким образом, все остальные оценки.</ref>.

== Примечания ==
<references/>

----
 [[Image:Red copyright.png|20px]] © [[User:Zoe|Zoe Lionidas]]. All rights reserved. / © [[User:Zoe|Зои Лионидас]]. Все права сохранены. 
----

Америка от доисторических времен до европейской колонизации/Глава 1 Начало спора о происхождении индейцев

2016-04-09T22:16:11Z

Dimetr: примечания

{{header-ru
| title = [[Великие цивилизации Месоамерики|" Великие цивилизации Месоамерики "]]
| section = '''Глава 1 Поселенцы'''
| author = Zoe Lionidas
| previous = ←
| next = →
}}
12 октября 1492 участники экспедиции под предводительством [[ru.wp:Колумб, Христофор|Христофора Колумба]] вступили на землю нового континента, вначале (ошибочно) принятого ими за некую часть западной Азии. Ошибка позднее прояснилась, но имя «индейцы» так плотно пристало к ее краснокожему населению, что сохраняется неизменным с тех самых пор.

Сам Колумб, подробно описывая жителей вновь открытой земли — «''с волосами черными и жесткими будто конский хвост… и большими выразительными глазами, не черных, но скорее напоминающих цветом кожи обитателей Канарских островов, в чем нет ничего удивительного, ибо земля их находится на одной линии с [[ru.wp:Иерро (остров)|Иерро]], что в [[ru.wp:Канарские|Канарской гряде]], ежели ее провести с востока на запад''», ни единым словом не касается вопроса об их происхождении. Ничего удивительного в этом нет: для Колумба, вплоть до конца жизни упорно отстаивавшего теорию, будто [[ru.wp:Гаити (остров)|остров Эспаньола]] непосредственно граничил с «[[ru.wp:Китайская цивилизация#«Китай» и «Катай»|катайским]]» берегом, индейцы несомненно были азиатами{{sfn|Huddleston|2015|p=4}}.

Педро Мартир де Англерия, испанский писатель и гуманист, о котором у нас еще неоднократно пойдет речь, в своих «Декадах» увидевших свет пятьдесят лет спустя после смерти великого мореплавателя, приписывает Колумбу мнение, будто «''остров Эспаньола он полагал [[ru.wp:Офир|Офиром]], упомянутом в [[ru.wp:Третья Книга Царств|Третьей Книге Царств]]''». Мнение это представляется вполне правдоподобным, так как «златообильную страну Офир», откуда по приказу мудрого [[ru.wp:Соломон|Соломона]], финикийцы доставляли [[ru.wp:Слоновая кость|слоновую кость]], золото и павлинов, географы XVI века действительно помещали в Азию; однако, доказательств, что Колумб действительно разделял это мнение, в сохранившихся документах великого мореплавателя нет.

[[ru.wp:Веспуччи, Америго|Америго Веспуччи]], купец и мореплаватель, чье имя в конечном итоге и получил новооткрытый континент, уже говорит о «Новом Свете» (лат. Mundus Novus), то есть вполне отдает себе отчет, что речь идет о некоей земле, неизвестной древним авторам. Впрочем, он столь же уверен, что эта новооткрытый материк «''непосредственно прилегает к восточной Азии… ибо… нам довелось повстречать там разнообразных животных, как то львов, оленей, коз… каковые не водятся на островах, но лишь на материковой земле.''» (первое письмо, 18 июля 1500 г.). Впрочем, и этот исследователь твердо держался воззрения, что на этот новый материк местное население пришло из Азии, так как «''лица у них широкие, так что видом своим они сходны с [[ru.wp:Монгольская империя|татарами]]''» (последнее письмо. 1506 г.). Позднее, как мы увидим, все эти соображения будут в той или иной мере использованы в разных научных работах{{sfn|Huddleston|2015|p=5-6}}.

== Небольшое вступление: легенда о «неведомом штурмане» ==
{| width="300px" align="right"
|
{| width="300px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Christopher Columbus.PNG|300px]]
|-
| Христофор Колумб. ''Себастьяно ди Пьомбо «Посмертный портрет, предположительно изображающий Христофора Колумба». - Холст, масло. — 1519 г. - Метрополитан-музей. - Нью-Йорк, США''
|}
|}
[[ru.wp:Гумбольдт, Александр фон|Александр фон Гумбольт]], один из великих [[ru.wp:Гумбольдт, Александр фон|естествоиспытателей]] XIX века однажды не без горькой иронии заметил, что личности с ограниченным кругозором, реагируют на великие открытия до боли одинаково. Вначале они пытаются их отрицать. Когда эта попытка терпит крах, доказывают, что «''в этом нет ничего особенного''». И наконец, приходят к выводу что «''на самом деле это совершил кто-то другой''». Был ли [[ru.wp:Колумб, Христофор|Колумб]] первым из европейцев, кто ступил на землю [[ru.wp:Вест-Индия|Западных Индий]]? Этот вопрос будоражил умы уже современников великого мореплавателя. Надо сказать, что Колумба не любили. Оснований для этого было немало. Коренным испанцам претил «[[ru.wp:Генуя|генуэзский]] выскочка», к которому [[ru.wp:Фердинанд II (король Арагона)|их король]] питал по их же мнению, непростительную благосклонность. Итальянцы и португальцы негодовали на то, что открытия были сделаны под испанским флагом, и новые земли оказались во власти соперничающей державы. Да и сам Колумб сам по себе был человеком с довольно тяжелым характером, властолюбивым, и падким до почестей.

Нет ничего удивительного, что в подобной — не слишком здоровой — атмосфере — появилась и пошла гулять по свету легенда о «неведомом штурмане». В разных вариантах суть ее сводилась к одному: некий торговый корабль (название его не упоминалось), который шел на [[ru.wp:Мадейра|Мадейру]], к [[ru.wp:Азорские острова|Азорским островам]], в [[ru.wp:Великобритания|Англию]], [[ru.wp:Фландрия (историческая область)|Фландрию]] и т. д. — пункт предназначения разнился от одного рассказчика к другому, был унесен бурей к американским берегам, где его команда повстречала [[ru.wp:Индейцы|неизвестный народ]]. В течение некоторого времени, моряки оставались в селении «дикарей», но в конечном итоге, соскучившись по дому, они решили попытать счастья и пересечь океан в обратном направлении. Однако, без карт, без знания господствующих ветров, задача оказалась непосильной. Вся команда погибла от голода и лишений, к моменту, когда корабль достиг испанской земли, в живых оставался один только штурман. Колумб, находившийся в это время на [[ru.wp:Грасьоса|Грасьосе]] или [[ru.wp:Терсейра|Терсейре]] на [[ru.wp:Канарские острова|Канарах]] (в других вариантах легенды: на Азорских островах, на острове [[ru.wp:Порту-Санту (остров)|Порту-Санту]], или на [[ru.wp:Мадейра (остров)|Мадейре]]) приютил его и пытался выходить изо всех сил, но тот в конечном итоге умер, успев в последний момент передать своему новому другу корабельный журнал с необходимыми расчетами. Не выдержав очевидного соблазна, генуэзец присвоил его открытие себе и явился к испанскому королю, уверяя, что без посторонней помощи открыл путь к «Индиям». Остальное известно из истории. Основание для побасенки было вполне «логичным», в самом деле, как можно узнать о существовании неведомой земли никогда там не побывав? Колумб никогда прежде там не бывал (и не мог оказаться), значит — был кто-то другой!{{sfn|Fritze|2009|p=72}}

Со временем легенда обрастала подробностями. Неизвестного штурмана объявляли [[ru.wp:Андалусия|андалузцем]], [[ru.wp:Баски|баском]], [[ru.wp:Галисия|галисийцем]], и наконец, португальцем. [[ru.wp:Гарсилиасо де ла Вега|Гарсилиасо де ла Вега]] зашел так далеко, что дал ему имя — Алонсо Санчес, родом из [[ru.wp:Уэльва|Уэльвы]]. Всплывали все более красочные подробности о плавании корабля через неведомое «море». [[ru.wp:Лас Касас, Бартоломе де|Бартоломе де лас Касас]], современник Колумба, в своих записках отмечает, что в бытность свою на [[ru.wp:Гаити (остров)|Эспаньоле]] (1502 г.) он много раз слышал об этом. О той же истории в своем сочинении «Общая и естественная история Индий» (1532 г.) упоминает также [[ru.wp:Фернандес де Овьедо, Гонсало|Гонсало Фернандес де Овьедо]], впрочем, откровенно сомневаясь в ее достоверности, Диего де лас Касас в своей неопубликованной «Истории Индий» также уделяет внимание этой басне, несколько двусмысленно объявляя, что она «''скорее всего, неподлинна, однако правдоподобна''»{{sfn|Fritze|2009|p=72}}. Позднее [[ru.wp:Колон, Диего|сын Колумба]], руководствуясь понятным желанием обелить память своего отца пытался доказать, что основанием для появления легенды были плавания штурмана Висенте Лопеса, около 1452 года безуспешно пытавшегося пробиться на Запад{{sfn|Fritze|2009|p=73}}. Постоянно дующие в противоположную сторону ветры не дали ему доплыть даже до середины океана, однако, плавание как таковое состоялось — и остальное доделало людское воображение.

К чести испанской короны следует сказать, что в течение десятков лет, когда между ней и Колумбами — отцом и сыном, шел нескончаемый спор о разделе богатств американского континента, монархи никогда не пытались использовать эту историю в своих интересах. По сути дела, образованные испанцы относились к ней более или менее скептически. Что касается ярых ее защитников, которые, заметим в скобках, не перевелись до сих пор, никому из них почему-то не пришло в голову наведаться в морской архив, чтобы просто узнать — реально ли существовал человек с упоминавшимся именем, и действительно ли в нужное нам время его корабль пропал без вести. Однако, история о «неведомом штурмане» упорно не желала умирать, прочно осев на страницах многочисленных маргинальных работ, и сумела благополучно дотянуть до середины ХХ века, а кое-кто желает верить в нее до сих пор, не удосуживаясь подвергнуть этот древний домысел хоть сколько-нибудь серьезному анализу.
{| width="400px" align="left"
|
{| width="400px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Landing of Columbus (2).jpg|400px]]
|-
| Первые шаги по незнакомой земле. ''Джон Вандерлин «Высадка Колумба в Америке» - Холст, масло. - 1847 г. - Смитсоновский музей американского искусства. - Вашингтон, США''
|}
|}
Любая маргинальная теория, безразлично кто и в каком веке ее создавал, всегда имеет одно неизменное свойство, которое позволяет отличить ее от серьезной науки: она представляет собой, как сейчас модно выражаться, «сферического коня в вакууме» — иными словами, создатели и защитники подобных измышлизмов всеми правдами и неправдами уклоняются от возможности проверить свое построение на прочность. Сделаем это сами.

Начнем с того, что парусный корабль в отличие от привычного нам современного теплохода, не способен двигаться иначе, как по направлению господствующих ветров и течений. Их направления изучались столетиями, и в [[ru.wp:Великие географические открытия|эпоху Великих Географических открытий]], о которой у нас идет речь, карты с указаниями пути к той или иной земле (т. н. «[[ru.wp:Лоция|лоции]]») составляли коммерческую или государственную тайну, зачастую обретаясь в надежно охраняемых королевских или частных архивах. Несомненно, опытные капитаны и штурманы умели двигаться вперед при боковом или даже противном ветре, используя для этого косой (т. н. [[ru.wp:Парус#Косые паруса|«латинский» парус]]). Корабль в этом случае несколько отклоняется от курса, но пусть медленно, все же продвигается вперед; однако, предпочтительными считались пути, где где господствующий ветер и/или течение cами гнали его в нужном направлении.

Во время шторма парусный корабль в первую очередь рискует потерять паруса, которые рвет или уносит прочь ветром. При очень сильной штормовой качке и ураганной ветровой скорости, обрушивались мачты, увлекая вместе с собой весь [[ru.wp:Такелаж|такелаж]]; более того, в отчаянных ситуациях, команда сама рубила мачты, возвращая тем самым кораблю относительную устойчивость. В этом случае, потерявший управление корабль становился игрушкой течений — так как ветровое давление на корпус по определению, на несколько порядков меньше. Следовательно, задача сводится к тому, чтобы определить, существует ли течение, способное унести корабль, идущий по указанному легендой маршруту, на другую сторону Атлантики.

Попытку окончательно разрешить этот вопрос поставил себе английский историк Сэмюэл Моррисон в своем сочинении «Адмирал моря-океана, жизнь Христофора Колумба»; в результате чего надежно установил, что направления ветров и течений в этих местах никаким образом не могут отнести потерявший управление корабль к американским берегам{{sfn|Fritze|2009|p=73}}. Напрашивающееся возражение — не изменились ли они с XVI века опять же опровергается сохранившимися испанскими и португальскими лоциями, указывающими направления, не отличающиеся от нынешних.

Сплетни поутихли, впрочем — ненадолго. В 1982 году испанец Хуан Мансано вспомнил о старом португальском пути из [[ru.wp:Гвинея|Гвинеи]], т. н. volta de Mina, когда возвращаясь из Африки, корабль должен был повернуть западней, приблизительно к центру Атлантического океана, после чего попутные ветры и течения несли его назад, к Португалии{{sfn|Fritze|2009|p=73}}. Впрочем, и эта попытка наталкивается на весьма заметную трудность: Колумб в своих путешествиях никогда не пользовался течением volta de mina, и никогда не был в Гвинее.

Легенда о «неведомом штурмане», как несложно догадаться, была с одной стороны порождением зависти и клеветы, с другой — ее с охотой подхватили малообразованные люди, для которых возможность «теоретически» вычислить существование новой земли казалось пустым звуком, и факт переписки Колумба и итальянским астрономом [[ru.wp:Тосканелли, Паоло|Паоло Тосканелли]], и формулы расчетов (пусть и ошибочных) касательно того, как добраться в «Индию» морским путем, представлялись слишком мудреными и потому — лживыми. Здравый смысл подсказывал, что диковинные иксы и игреки — всего лишь средство, как сейчас бы сказали «навести тень на плетень». А на самом деле, Колумб украл у того, кто видел и щупал своими руками. Понятно, просто и зауми не требуется. Удивляться нечему: недоверие к теоретическому знанию было преодолено только в нашу эпоху повальной грамотности (да и то порой недостаточно). Еще в конце ХIX века не где-нибудь, а в ученой среде продолжали утверждать, что невозможно определить вес планет, в самом деле, на весы их не положишь!

== Методом «научного тыка»… ==
Несложно заметить, что многие теории, которые будут изложены далее объединяет одна черта. Из хроник (легенд, неких документов) известно, что некий мореплаватель (или некий народ) куда-то отплыл или где-то там бесследно исчез. Появлялась заманчивая возможность, что этим «куда-то (или где-то) там» был именно американский материк. Дело за малым — найти тому доказательства. Реальные или мнимые.

Другой возможностью, из раза в раз использовавшейся в старинных (а порой и в современных также!) научных и псевдонаучных теориях, была попытка обнаружить некое сходство между тем или иным народом Старого света и индейцами Америки. Сходство это чаще всего сводилось к сходному звучанию некоторых слов, реже — верованиям, обычаям и платью, после чего изобреталась теория, как искомый народ мог достичь американских берегов.

Основой знания в те времена была в первую очередь [[ru.wp:Библия|Библия]] и труды [[ru.wp:Отцы церкви|отцов церкви]], составлявшие в глазах людей начала [[ru.wp:Новое время|Нового времени]], ее естественное и несомненное продолжение. Вторым источником вдохновения были труди великих умов древности — [[ru.wp:Платон|Платона]], [[ru.wp:Аристотель|Аристотеля]], и прочих. Научная мысль пошла по привычной дороге.

Как уже упоминалось, вплоть до 1530 года, вопрос о происхождении американских индейцев как бы не существовал, или получал в научных работах своего века короткие и не слишком внятные ответы, опирающиеся единственно на «здравый смысл» или отрывочные рассказы мореплавателей, побывавших в «Западных Индиях». Американские «дикари» с точки зрения образованных европейцев не отличались от «дикарей» африканских или же азиатских, отрывочные сведения о которых уходили своими корнями в Средневековье, или того дальше — в античную древность. Полулитературные «дети лесов» рисовались образованным европейцам либо наивными и добрыми существами, не испорченными цивилизацией, живущими в гармонии с природой, либо злобными и кровожадными, не брезгующими трупоедством и каннибализмом.

=== Педро Мартир де Англерия и сказка о земле Офир ===
{| width="250px" align="left"
|
{| width="250px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Peter Martyr d'Anghiera03a.jpg|250px]]
|-
| Педро Мартир де Англерия. ''Генри Мейер «Педро Мартир де Англерия». - Гравюра. — 1825 г.''
|}
|}
Пожалуй, первым, кто — пусть в литературной, поэтической — форме поднял вопрос о том, откуда произошли эти наивные и добрые индейцы, не имеющие понятия ни о Боге, ни о дьяволе, ни об искушениях городской жизни — задал в своей «Новой интерлюдии» полузабытый ныне английский поэт Джон Рестелл (John Rastell, ок. 1519 г.). Вопрос остался без ответа, более того, никто даже не обратил на него внимания; и посему, первым, открывшим научную дискуссию о происхождении индейцев считается уже упомянутый нами Педро Мартир де Англерия. Его «Декады Нового Мира» составляют ни много ни мало четыре тома, первый из которых вышел в 1511, следующие два — пятью годами позднее, и наконец, заключительный — в 1530 г. Нам известно, что сведения свои Мартир получал из первых рук, в частности, одним из его информаторов был Мартин Фернандес де Энсисо, покоритель [[ru.wp:Дарьен (провинция)|Дарьена]], заклятый враг [[ru.wp:Нуньес де Бальбоа, Васко|Нуньеса Бальбоа]].

Соглашаясь с мнением (которое, как мы помним, он же приписал Колумбу), что Эспаньола — это Офир, и что по мнению Пинсона — одного из спутников Колумба, что «индейцы кочуют словно [[ru.wp:Скифы|скифы]]», Мартир высказал первую любопытную теорию о происхождении одного из (видимо, легендарных) племен Центральной Америки. Передавая рассказ все того же Фернандеса о том, как Нуньес Бальбоа якобы встретил на территории атлантического побережья нынешней [[ru.wp:Панама|Панамы]] чернокожих «индейцев», потомков некоей [[ru.wp:Эфиопия|эфиопской]] экспедиции, чей корабль потерпел крушение у этих берегов{{sfn|Huddleston|2015|p=6-9}}.
{| width="450px" align="right"
|
{| width="450px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Relief Map of Middle East.jpg|450px]]
|-
| Гавань Ецион-Гавер. Отсюда начинался путь в Офир.
|}
|}
Но что такое земля Офир, и почему Педро Мартир столь уверенно поместил ее на американский берег?

Откроем [[ru.wp:Третья книга Царств|третью книгу Царств]], где описана одна из экспедиций царя Соломона:
<poem>''Царь Соломон также сделал корабль в Ецион-Гавере, что при [[ru.wp:Эйлат|Елафе]], на берегу [[ru.wp:Красное море|Чермного моря]], в земле [[ru.wp:Идумеи|Идумейской]].''
''И послал Хирам на корабле своих подданных корабельщиков, знающих море, с подданными Соломоновыми;''
''и отправились они в Офир, и взяли оттуда золота четыреста двадцать [[ru.wp:Мина (единица измерения)|талантов]], и привезли царю Соломону.''</poem>
(Третья книга Царств, глава 9 ст. 26-28)

Продолжим чтение:
«''И корабль [[ru.wp:Хирам I Великий|Хирамов]], который привозил золото из Офира, привез из Офира великое множество красного дерева и драгоценных камней''.» (Третья книга Царств, гл. 10 ст. 11)

"''ибо у царя был на море Фарсисский корабль с кораблем Хирамовым; в три года раз приходил Фарсисский корабль, привозивший золото и серебро, и слоновую кость, и обезьян, и павлинов''.(Третья книга Царств, гл. 10 ст. 26-28).

Библейские указания достаточно лаконичны, и не слишком ясны для современного человека. Постараемся изложить их в более развернутой форме.

Итак, сколь мы можем судить по [[ru.wp:Пятикнижие|древнейшим книгам Библии]] (а также современным научным данным), древние евреи (чье имя чаще всего толкуют как «живушие за рекой <[[ru.wp:Евфрат|Евфратом]]>» изначально были кочевым скотоводческим народом, образом жизни сходным с современными арабскими [[ru.wp:Бедуины|бедуинами]]. Возможно, в составе пестрой орды «[[ru.wp:Народы моря|народов моря]]», еврейские племена вторглись в [[ru.wp:Древний Египет|Египет]], где осели на несколько столетий, многое переняв из местного образа жизни, философии и культуры. После того, как власть «народов моря» была свергнута, и страна вновь вернулась под управление египетских [[ru.wp:Фараон|фараонов]], еврейские племена покинули Египет, и, оставив позади [[ru.wp:Аравийский полуостров|Аравийский полуостров]], окончательно осели в [[ru.wp:Палестина|Палестине]] — древнем [[ru.wp:Ханаан|Ханаане]], превратившись в земледельческий народ.

Изначально пестрый набор соперничающих между собой племен под влиянием внешней угрозы постепенно объединился в единое государственное образование под властью царей [[ru.wp:Саул|Саула]], [[ru.wp:Давид|Давида]], и наконец, Соломона. Этот последний, считающийся величайшим из владык [[ru.wp:Израильское царство|Древнего Израиля]], задумался, среди прочего, над религиозной реформой. Дело в том, что как многие кочевые народы, евреи в прежние времена не имели определенных мест или храмов для поклонения своему божеству. Древний Бог Израилев, известный нам как «[[ru.wp:Саваоф|Саваоф]]» — «Господь Воинств», предпочитал для себя сравнительно небольшой переносной шатер (т. н. «[[ru.wp:Скиния|скинию]]»), где хранился «[[ru.wp:Ковчег Завета|Ковчег Завета]]» — ящик из древесины [[ru.wp:Акация|акации]], обложенный изнутри золотыми листами, где хранились «[[ru.wp:Скрижали Завета|Скрижали Завета]]» — [[ru.wp:Десять заповедей|Десять Заповедей]] праведной жизни, по преданию написанные рукой Бога.
{| width="600px" align="left"
|
{| width="600px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:PhoenicianTrade DE1.png|600px]]
|-
| Финикия, ее колонии и торговые пути финикийцев в Средиземном море.
|}
|}
В своей новой столице — [[ru.wp:Иерусалим|Иерусалиме]], когда-то силой оружия завоеванной у [[ru.wp:Иевусеи|иевусеев]], отец Соломона, царь Давид, задумался над тем, чтобы построить для грозного Бога Израилева Храм, соответствующий его величию. Однако, в тот момент, знамения, полученные от [[ru.wp:Левиты|жрецов]] были неблагоприятны для строительства — как всегда бывает в религиозных делах, традиция неохотно поддавалась изменению. Однако, идею отца твердо решил воплотить в жизнь царь Соломон.

Впрочем, осуществить проект, рисовавшийся воображению царя было непросто. Для строительства гигантского здания требовалось огромное количество драгоценных материалов, которые требовалось закупать в сопредельных странах. В частности, это были знаменитые [[ru.wp:Ливанский кедр|ливанские кедры]], [[ru.wp:Сандаловое дерево|красное дерево]], серебро, и конечно же, золото. Жители древнего Израиля никогда не были мореходным народом, и потому за помощью Соломон обратился к Хираму Великому — царю финикийских городов [[ru.wp:Сур (город)|Тира]] и [[ru.wp:Библ|Библа]]. Финикийцы были опытными моряками. В течение столетий их корабли вдоль и поперек освоили акваторию Средиземного моря, а также атлантическое побережье, причем маршруты их торговых путей пролегали вплоть до Англии («оловянных островов», где в обмен на средиземноморские товары закупался соответствующий металл, и — по некоторым данным — вплоть до «янтарных» полей Прибалтики. Когда-то нанятые на службу египтянами финикийские моряки впервые обогнули африканский континент, вернувшись в Египет с западной стороны.
{| width="450px" align="right"
|
{| width="450px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Claude Lorrain 008.jpg|450px]]
|-
| Корабли Соломона. ''Клод Лоррен «Возвращение царицы Савской». - Холст, масло. - 1648 г. - Национальная галерея, Лондон''
|}
|}
Именно этих храбрых мореплавателей, взявших на борт купцов, и возможно, воинов из среды подданных Соломона, царь направил в некую загадочную страну Офир. Местоположение ее вплоть до настоящего времени служит предметом ожесточенных споров; из короткого библейского текста можно лишь сделать вывод, что это была без сомнения тропическая страна, богатая золотом и драгоценной древесиной. Известно, что после Соломона страна погрузилась в хаос гражданских войн. Лишь позднее, [[ru.wp:Иосафат|Иехошафат]], царь [[ru.wp:Иудейское царство|Иудеи]] (одного из государств, возникших на обломках империи Соломона), попытался повторить путь своего предшественника, но безуспешно, и дорога в Офир потерялась раз и навсегда.

Мартир де Англерия не оставил нам указаний, что побудило его отождествить загадочный Офир с американским континентом, однако, мы с достаточной уверенностью можем это сделать. Америка во времена [[ru.wp:Конкистадор|конкистадоров]] воспринималась в первую очередь как страна золота. Многие тонны драгоценного металла «золотая» и «серебряная» флотилия, принадлежавшие испанской короне сумели переправить на европейский континент, в результате чего испанские монархи надолго превратились в богатейших государей Европы.

По всей видимости, по мнению нашего исследователя, драгоценный металл добывали сами моряки, или же получали его у местного населения в обмен на некие товары. Это и служило хотя и шатким, но все же «доказательством». Офир — страна золота, Америка — страна золота. Значит, Офир — это Америка! Кроме того, на американском континенте в изобилии присутствуют благородные породы дерева, которые также могли быть использованы для строительства [[ru.wp:Первый храм|Первого Храма]].

Заметим, что Мартир де Англерия не останавливается на вопросе населенности своего гипотетического Офира, и вопросе о том, оставалась ли после ухода финикийских кораблей там некая колония, должная затем послужить ядром заселения пустынного континента, или быть, может, моряки смешивались с местными жителями, передавая им свои умения и навыки. Судя по всему, его это не интересовало. Зато в начале XVI века, о котором собственно идет речь, большинство ученых и богословов склонялось к тому, что загадочный Офир находился в Азии, в то время как «Новый Свет» почитался продолжением азиатского материка… так что теория казалась достаточно логичной и стройной.

Впрочем, у нее был один, более чем серьезный изъян. Если в точности следовать Библии, финикийцы начинали свой путь от побережья Красного моря<ref>В Библии «Ям-Суф» — тростниковое море. Отождествить его с «Черным» как пытаются делать уже вполне современные любители видеть то, чего нет, не получается никоим образом. Сходство имен существует исключительно по-русски. Кроме того, через Ям-Суф Моисей вел свой народ из Египта.</ref> Здесь находились города идумеев — племен, близких древним евреям по языку и обычаям. Гавань Ецион-Гавер в настоящее время отождествляется с т. н. «Фараоновым островом» (Джезират Фар‘ун) в [[ru.wp:Акаба (залив)|Эйлатском заливе]], на территории современной [[ru.wp:Иордания|Иордании]] — для начала пути в Америку позиция исключительно неудачная, так как «Хирамову кораблю» в этом случае пришлось бы обогнуть африканский континент, без какого на то логического основания. Плыть в Новый Свет было куда проще и быстрее из Средиземного моря, опять же, прекрасно знакомого финикиянам, изученного ими вдоль и поперек.

Впрочем, внимательный читатель заметит, что у Соломона было два корабля, второй из них — «Фарсисский» — находился в пути ни много ни мало, два года — вполне достаточно, чтобы при тогдашних скоростях добраться до Америки и вернуться назад. Судя по всему, речь идет о корабле, отправлявшемся из некоего финикийского порта, носившего имя «[[ru.wp:Фарсис|Фарсис]]» (библейское «Таршиш» תַּרְשִׁישׁ или «Таршиша» תַּרְשִׁישָׁה). Чаще всего этот город пытаются отождествить с финикийской колонией по имени [[ru.wp:Тартесс|Тарсесс]], которую [[ru.wp:|Страбон]] и Плиний располагают на побережье Испании. Менее вероятным предлагается отождествление «Фарсиса» с [[ru.wp:Тарсус|Тарсом]] в [[ru.wp:Малая Азия|Малой Азии]] (где, несколько веков спустя, появится на свет [[ru.wp:Апостол Павел|Апостол Павел]]), [[ru.wp:Сардиния|сардинским]] побережьем и даже [[ru.wp:Карфаген|Карфагеном]]<ref>Еще одна гипотеза состоит в том, что «фарсисский» в имени корабля относится не к порту приписки, но к технологии изготовления, и обозначает просто «тяжелый», или «прочный».</ref>. Однако, предположим, что Фарсис располагался на Средиземноморском побережье, откуда открывалась прямая дорога в Новый Свет. Но и здесь мы встречаемся с более чем серьезной проблемой: слоновую кость и павлинов, которые привозил с собой «фарсисский» корабль в Америке было не добыть никак. Посему, теория отклика не нашла и интереса к себе не вызвала. «Фарсисский» корабль, откуда бы он ни начинал свое путешествие, шел, по всей видимости, в Индию — где и слоны, обезьяны и павлины присутствовали в изобилии.

=== Гонсало Фернандес Овьедо и две его теории ===

==== Древние испанцы в садах Гесперид ====
{| width="500px" align="right"
|
{| width="500px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[File:MorThanFeastofAttila.jpg|500px]]
|-
| Пир Аттилы. По всей видимости, Овьедо сходным образом представлял себе короля Геспера. ''Тан Мор «Пир Аттилы.» - ок. 1870 г. - Холст, масло. - Венгерская национальная галерея. - Будапешт, Венгрия.''
|}
|}
6 сентября 1523 года корабль «Виктория», последний из флотилии [[ru.wp:Магеллан, Фернан|Магеллана]] вошел в [[ru.wp:Севилья|севильскую]] гавань. Несколькими годами позднее из печати выйдет первый отчет о плавании, составленный верным летописцем Магеллана [[ru.wp:Пифагетта, Антонио|Антонио Пифагеттой]], из которого образованные европейцы узнают, что американский материк (по крайней мере, в южной своей части) никак не связан ни с Азией, ни с Европой, но отделен от них огромными пространствами Атлантического и [[ru.wp:Тихий океан|Тихого]] океанов.

Педро Мартир де Англерия, о котором у нас шла речь в предыдущем разделе, сумеет застать это издание, но по всей видимости, будет уже слишком стар и болен, чтобы как-то отреагировать на новые открытия, не оставляющие от его теории камня на камне. Эстафету продолжит [[ru.wp:Фернандес де Овьедо, Гонсало|Гонсало Фернандес де Овьедо]] — писатель, историк и по совместительству крупный чиновник при дворе короля [[ru.wp:Фердинанд II (король Арагона)|Фердинанда-Католика]]. Всесторонне образованный, прекрасно знающий старинную и современную для своего века литературу, он успел побывать государственным нотариусом, чиновником инквизиции, и наконец, пербраться на [[ru.wp:Антильские острова|Антильские острова]], а затем и на материковую часть Америки, где последовательно занимал должности «писаря по рудникам» и «ревизора по переплавке золота», и наконец, в 1532 году был назначен официальным историографом Индий.

В отличие от своих современников, которых занимала «экзотика» новооткрытых земель (в частности конкистадор Педро Санчо в своем «Отчете о покорении [[ru.wp:Перу|Перу]]» (1534 г.) нашел нужным упомянуть, что «''жители сказанной провинции, как мужчины, так и женщины, весьма грязны, у них большие руки, да и сама провинция эта весьма велика''». Всех прочих авторов этих времен интересовали исключительно политический и экономический аспект использования новопокоренных земель, и пожалуй, Овьедо был первым, поставившим себе задачей изложить сведения об Индиях с точки зрения исторической науки. Его главный труд — «Всеобщая и естественная история Индий» в последнем издании (1944—1945 гг.) занимает ни много ни мало 14 томов убористого текста. Впрочем, при жизни автора из печати вышло только краткое изложение будущего многотомного опуса: «Сумма натуральной истории Индий» (1526 г.), и первый том собственно основного издания. Полностью работа Овьедо сумела увидеть свет лишь в 1851—1855 г., будучи напечатанной в [[ru.wp:Мадрид|Мадриде]], и пожалуй, именно этому автору впервые пришло в голову задаться вопросом, каким образом люди и животные оказались на столь отдаленном от Старого Света материке{{sfn|Huddleston|2015|p=15-16}}.

Бывший секретарь инквизиции, прекрасно осведомленный в религиозных вопросах, не мог не понимать, какую мину замедленного действия само существование Американского континента подвело под тысячелетний [[ru.wp:Теология|богословский]] фундамент. В самом деле, в те времена общепринятой точкой зрения было то, что человечество — без всяких исключений, произошло от [[ru.wp:Алам|Адама]] и [[ru.wp:Ева|Евы]], изгнанных из [[ru.wp:Эдем|Райского сада]] после известной [[ru.wp:Грехопадение|истории с яблоком]]. Во времена Овьедо райский сад уверенно располагали в [[ru.wp:Месопотамия|Месопотамии]]{{sfn|Huddleston|2015|p=9}}, в этих же местах была выстроена [[ru.wp:Вавилонская башня|Вавилонская башня]], и здесь же начал свою жизнь [[ru.wp:Ветхий Завет|ветхозаветный]] [[ru.wp:Ной|Ной]]. Уцелеть после [[ru.wp:Всемирный Потом|Всемирного Потопа]] могли только животные и люди, взятые им и его семейством в [[ru.wp:Ноев ковчег|Ковчег]], и после того, как воды потопа окончательно спали, из Ковчега, остановившегося на горе [[ru.wp:Арарат|Арарат]], двуногие и четвероногие пассажиры благополучно разбрелись в разные стороны. Не подлежало сомнению то, как они проникли в Азию, Африку, и даже не близлежащие острова. Люди могли доплыть туда на лодках, птицы — перелететь, звери — добраться вплавь или быть перевезенными вместе с поселенцами по какой-либо необходимости. Но каким образом те и другие смогли оказаться на американском континенте, ставшем доступным даже для цивизизованных европейцев лишь шестнадцать веков после Рождества Христова — объяснению не поддавалось.

Знаменитый [[ru.wp:Парацельс|Парацельс]], кстати говоря, живший также в [[ru.wp:Великие географические открытия|эпоху Великих Географических открытий]], предложил более чем рискованную теорию, что Господь создал двух Адамов в двух райских садах, соответственно в Старом и Новом Свете. Надо сказать, что столь смелое допущение, отдающее к тому же явной ересью, отклика в ученом мире не нашло{{sfn|Huddleston|2015|p=10}}. Столь же бессмысленным с теологической точки зрения послужила еще одна теория, будто Господь создавал людей прежде Адама, и потомки их превратились в американских индейцев. Отвергнув эти и подобные домыслы, Овьедо, как и полагается историку, поставил себе задачу, опираясь на великих мыслителей древности (раз уж Библия отказывалась ему помочь), разыскать ключ к загадке, и надо сказать, вышел из положения довольно своеобразным образом.
{| width="380px" align="left"
|
{| width="380px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:GardenHesperides BurneJones.jpg|380px]]
|-
| Сад Гесперид в воображении художника ''Эдвард Берн-Джонс «Сад Гесперид.» - ок. 1869-1873 гг. - Холст картон, масло, темпера, гуашь. - Гамбургский художественный музей. - Гамбург, Германия.''
|}
|}
Мода на пышные генеалогии и длинные списки [[ru.wp:Эпоним|эпонимических]] предков, начавшись еще в античности, даже сегодня не дает покоя многим амбициозным личностям. Еще древние греки производили имя города [[ru.wp:Микены|Микены]] от имени мифической прародительницы Микены и не менее мифического Микенея, римляне, желая связать свою сравнительно молодую цивилизацию с величественным миром греческих богов и героев, создали известное сказание об [[ru.wp:Эней|Энее]] — сыне [[ru.wp:Анхис|Анхиса]] и богини [[ru.wp:Афродита|Афродиты]], бежавшем из [[ru.wp:Троянская война|горящей Трои]], чтобы, конечно же, основать [[ru.wp:Рим|город на семи холмах]]. В дальнейшем эту моду подхватили средневековые хроникеры, так что в изложении Готфрида Монмоутского основателями [[ru.wp:Париж|Парижа]] и [[ru.wp:Тур (город)|Тура]] были соответственно греческий [[ru.wp:Парис|Парис]] — похититель [[ru.wp:Елена Прекрасная|Елены Прекрасной]], и [[ru.wp:Турн|Турн]], прославленный Овидием в качестве соперника великого Энея. Франция была обязана своим существованием Франку, сыну Энея, а Британия — ну конечно же, [[ru.wp:Брут Троянский|Бруту]] (не [[ru.wp:Марк Юний Брут|убийце]] [[ru.wp:Гай Юлий Цезарь|Юлия Цезаря]], но правнуку все того же Энея)<ref>http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/Tail/07.php</ref>. Мода на пышные [[ru.wp:Генеалогия|генеалогии]] в конечном итоге вылилась в откровенно анекдотические ситуации, в частности французские [[ru.wp:Герцог|герцоги]] Левисы полагали своим предком ветхозаветного [[ru.wp:Левий|Левия]] — к чьему роду, по их же мнению, относилась [[ru.wp:Богородица|Дева Мария]], и соответственно, сам Христос. Несколько менее амбициозный [[ru.wp:Барон|баронский]] род по фамилии Пон считал своим предком [[ru.wp:Понтий Пилат|Понтия Пилата]]. Существует полулегендарная история, как Левис встретившись с Поном предъявил ему распятие, и не без упрека заметил — вот видите, что ваш предок сделал с моим! Но это в порядке шутки<ref>http://www.e-reading.club/chapter.php/89000/13/Rat-Veg_-_Istoriya_chelovecheskoii_gluposti.html</ref>.

В 1498 году фра Якопо Анний де Виттербо, итальянец по происхождению, опубликовал в латинском переводе несколько древних текстов, оригиналы которых считаются утерянными. Жемчужиной его коллекции был труд античного философа и историка [[ru.wp:Берос|Бероса]], среди прочего, содержащий историю Вавилона со времен Ноя и его Ковчега. Чтобы читатель понял, о чем идет речь, остановимся на этом вопросе более подробно. Берос, или Беросс был по-видимому, [[ru.wp:Вавилон|вавилонским]] жрецом бога [[ru.wp:Бэл|Бэла]], жившим в III в. до н. э. Этот широко образованный человек, знакомый с [[ru.wp:Эллинизм|эллинистической]] философией и наукой, оставил после себя три книги на греческом языке, посвященных истории Вавилона. К сожалению, до нашего времени эти труды не сохранились, и известны лишь в отрывках и цитатах, которые приводятся у таких известных авторов как [[ru.wp:Иосиф Флавий|Иосиф Флавий]], [[ru.wp:Евсевий Кесарийский|Евсевий Кесарийский]] и т. д. Именно труд Бероса якобы положил в основу своего сочинения Анний де Виттербо; однако шитая белыми нитками подделка, полная мифических генеалогий стран и правителей Нового Времени настолько явно бросалась в глаза, что многие современники итальянца категорически отказали этому труду во всяком доверии. Однако, соблазн приписать своей стране или своему народу прославленных предков, которые щедро предлагал фальсификатор был слишком велик, и посему, предложенная им мифология упорно не желала умирать, благополучно просуществовав в качестве ссылок и цитат едва ли не до XVIII века. Именно к этому — не слишком надежному автору в поисках ответа на свой вопрос обратился Овьедо.

В полном согласии с буквой этого сочинения, ему виделся Ной — философ и ученый, преподавший своим сыновьям [[ru.wp:Сим|Симу]], [[ru.wp:Хам|Хаму]] и [[ru.wp:Иафет|Яфету]], прежде чем позволить им удалиться прочь и стать предками тех или иных народов, основы судостроения и астрономии. [[ru.wp:Мицраим|Мицраим]], сын Хама, пращур египтян, был магом и дьяволопоклонником. Со своей стороны, [[ru.wp:Фувал|Тубал]], пятый сын Яфета, обосновался в будущей Испании, начав собой длинную чету мифических королей этой страны<ref>https://books.google.ca/books?id=mfw4AsSstmgC&dq=kings%27+list+spain+Tubal&hl=fr&source=gbs_navlinks_s</ref>, среди которых были столь явные эпонимические личности как Иберо, Испало, и наконец, Геспер или Гесперо, которого Фернандес де Овьедо, вслед за мистификатором, полагает двенадцатым по счету монархом, правившим около 1658 г. до н. э.<ref>https://books.google.ca/books?id=vQdyHIKrqJYC&pg=PA198&dq=king+hesper+of+spain&hl=fr&sa=X&ved=0ahUKEwjgwbPhx-7LAhUKvIMKHWc4DZEQ6AEIKzAC#v=onepage&q=king%20hesper%20of%20spain&f=false</ref>{{sfn|Huddleston|2015|p=18}} По мнению автора, древние испанцы (которых автор представляет в качестве варваров и пьяниц) во времена его правления открыли путь в Индии, которые в честь своего государя назвали Гесперидами. Позднее, когда цивилизация древней Испании пришла в упадок, путь на Геспериды был забыт, и остался единственно в греческой мифологии в качестве скрытых от смертных на далеком Западе садов, где произрастают золотые яблоки.

Соответственно, заключает автор, Индии являются законным владением испанской короны, и Бог озаботился тем, чтобы после многих столетий забвения, вернуть их законному владельцу — думаю, вы догадались, читатель, что ради этого вывода и была написана вся книга с начала и до конца.

Надо сказать, что подобная теория не вдохновила даже самих испанцев, и продолжения себе не имела. От американских «Садов Гесперид» не оставил камня на камне [[ru.wp:Колумб, Фернандо|Фердинандо Колумб]] — сын великого мореплавателя, вполне логично доказав, что [[ru.wp:Геспер|Геспер]] — греческое имя Вечерней Звезды (планеты [[ru.wp:Венера|Венеры]]), ни к Америке, ни к индейцам отношения не имеющее. Несомненно, «''опровергать подобные научные нелепости значит делать им слишком много чести''», но мы все же займемся этим, хотя бы потому, что на основании подобных или сходных с тем методов, продолжают выходить бесконечные маргинальные теории, ценой своей не превосходящие бумаги, на которой написаны.

Проверка любой научной или ненаучной теории «на прочность» начинается всегда с проверки самих фактов, на которых она основана. В данном случае, лже-Берос по всей видимости, положил в основу своего творения известные в то время «[[ru.wp:Хроника Альбельды|Хронику Альбельды]]» а также «Историю свевов» [[ru.wp:Исидор Севильский|Исидора Севильского]]. Проследуем за этими авторами.
 
{{начало цитаты}}
Испания, которая сначала называлась Иберией по реке [[ru.wp:Эбро|Ибер]], впоследствии стала называться Испанией от Испала. Она же зовётся Гесперией от Геспера, западной звезды. Она расположена между Африкой и [[ru.wp:Франция|Галлией]], ограничена с севера [[ru.wp:Пиренеи|Пиренейскими горами]] и со всех сторон окружена морем в прочих частях. Она богата всеми видами плодов и изобилует множеством драгоценных камней и металлов.
{{конец цитаты|источник=[[ru.wp:Хроника Альбельды|Хроника Альбельды]] III. Описание Испании.}}

{{начало цитаты}}
Поскольку ты просил послать тебе рассказ о происхождении [[ru.wp:Готы|готов]], испанцев, [[ru.wp:Свевы|свевов]], [[ru.wp:Вандалы|вандалов]] и [[ru.wp:Аланы|аланов]] и о том, кто Испанией правил, то мы эту часть извлекли и можем, по возможности, кратко описав, твоей милости объяснить. Как свидетельствует [[ru.wp:Библия|Священное Писание]], три было сына у Ноя, а именно Сим, Хам и Иафет, и происшедший от них человеческий род распространился по всем частям света, то есть по Азии, Европе и Африке. Сыновья Сима вместе с сыновьями Иона, сына Ноя, который родился после потопа, завладели северной частью, а именно Европой, сыновья Хама населили южную, то есть Ливию, или Африку, а позже насильственно вторглись в землю [[ru.wp:Ханаан|Ханаан]] в Азии. Иафет же родил сыновей Магога, Тубала и других. Считается, что от Магога произошли готы, а от Тубала — испанцы и италийцы. Первым царем Испании был Испан (Hispanus), который основал знаменитый город, по его имени названный [[ru.wp:Севилья|Гиспалисом]] (Hispalis), и в нем основал свою столицу; от его имени и Испания получила свое название. Говорят также, что она от реки Ибер стала называться Иберией и от звезды Геспер — Гесперией.
{{конец цитаты|источник=[[ru.wp:Исидор Севильский|Исидор Севильский]] «История свевов».}}

Начнем с того, что никаких «древних испанцев» в указанное время еще не существовало и существовать не могло. Испанская нация в том состоянии, в каком она существует сейчас, начнет складываться уже в Римское время, когда древние народы, постепенно романизируются, смешавшись с италийскими пришельцами. Предшественники испанцев на [[ru.wp:Пиренейский полуостров|Пиренейском полуострове]] были [[ru.wp:Иберы|иберы]] — народ не-[[ru.wp:Праиндоевропейский язык|индоевропейского]] происхождения, который в современности пытаются сблизить с [[ru.wp:Баски|басками]]. Именно от них, а не от мифического предка страна получила свое древнее наименование.

Что касается Геспера, имя это греческого происхождения, в современности его возводят к индоевропейскому корню *wes-pero — «вечер» или «ночь». Подобным образом греки именовали бога Вечерней Звезды (современной Венеры). [[ru.wp:Геспериды|Геспериды]] в согласии с греческим же мифом — нимфы, дочери Геспера. [[ru.wp:Гея|Гея]], богиня Земли, в качестве подарка на свадьбу верховных божеств [[ru.wp:Зевс|Зевса]] и [[ru.wp:Гера|Геры]], вырастила чудесное дерево, приносящее золотые плоды. Чтобы обезопасить столь драгоценный дар, Зевс поместил его на крайний запад, в чудесный сад, где его вечными охранительницами стали Геспериды-певицы. Добыть и принести в мир смертных золотые яблоки Гесперид стало одиннадцатым подвигом [[ru.wp:Геракл|Геракла]]. Геспером греки называли Италию, представлявшую для них крайний запад, [[ru.wp:Древний Рим|римляне]] позднее перенесли это наименование на Испанию.

Вот собственно и все. Таким образом, даже если мы на минуту представим, что «король Гесперо» существовал на самом деле, следующие детали полностью отсутствуют в источниках и были сочинены самим автором теории:
# Что «древние испанцы» (то есть иберы) II тысячелетия до н.э. были мореходным народом.
# Что они были столь сведущи в морском деле, чтобы управлять кораблем в открытом море.
# Что им удалось достичь Америки.
# Что неведомые земли назвали «Гесперидами». Последний пункт смотрится еще более странно, так как «-ида» — греческий суффикс, обозначает «дочь такого-то». К примеру, Елена Прекрасная зачастую звалась Тиндаридой, то есть «дочерью [[ru.wp:Тиндарей|Тиндарея]]», но ни в одном из сочинений, как известных во времена Овьедо, так и опубликованных позднее, «-ида» не использовался для названия страны.
# Что свой миф греки позаимствовали у иберов, основательно его исказив.

Таким образом, перед нами «теория», в которой довольно скудная фактологическая основа дополняется прихотливыми построениями автора, заимствованными исключительно из его собственной фантазии, и поверьте мне, дорогой читатель, в современности, таких прихотливых построений, чья научная ценность равна нулю, меньше не стало. К сожалению, никто и никогда не отменит для нас необходимости самостоятельно проверять фактологическую основу, и только тогда делать вывод об истинности или же ложности всего построения.

==== Посланцы древнего Карфагена ====
Вторая теория, которую сам Овьедо считал «вспомогательной», в отличие от Садов Гесперид нашла куда больший отклик в ученой среде, и вплоть до настоящего времени никем не была ни окончательно доказана, ни окончательно отвергнута. Расскажем о ней подробнее.

Со времен древности до нас дошел рассказ «О диковинах», обычно приписываемый Аристотелю. Впрочем, касательно авторства, среди ученых нет единого мнения, так как в те далекие от нас времена подобного понятия в современном его понимании еще не существовало, и малоизвестные, а порой и вовсе неизвестные авторы имели обыкновение ставить на свои опусы имена великих мыслителей прошлого, желая таким образом привлечь внимание к своим творениям. Если в современности подобное полагалось бы подделкой, в то время полагалось подвигом самоотверженности, так как реальный автор обрекал себя на забвение, даря при том же бессмертие своей работе.

До нашего времени во многих списках дошли произведения лже-Аристотеля, лже-[[ru.wp:Гиппократ|Гиппократа]], и а также подделок под многих других менее известных авторов, причем для исследователей бывает непросто с полной уверенностью ответить на вопрос, действительно ли то или иное произведение принадлежит перу того, чье имя стоит на заглавной странице. В этом случае мы имеем дело именно с таким трудом, который, среди прочего, дошел до нас не в первоисточнике, но в виде отрывков и цитат у более поздних авторов. Впрочем, не будем больше испытывать терпение читателя, и процитируем искомый отрывок:
{{начало цитаты}}
Передают, что в море за [[ru.wp:Геркулесовы столбы|Геракловыми Столпами]] [[ru.wp:Карфаген|карфагеняне]] обнаружили необитаемый остров, полный всевозможной растительности, полноводных рек, пригодных для навигации, изобилующий удивительными плодами; (остров этот находится) на расстоянии многих дней плавания. Поскольку между карфагенянами часто возникали столкновения из-за обладания столь счастливым местом, — пока там никто не поселился, карфагенские власти распорядились, чтобы всякий намеревающийся туда отправиться был приговорён к смерти; а также умерщвлены все там уже побывавшие, чтобы предотвратить массовое переселение на остров, дабы не было соперников карфагенскому владычеству и могуществу.
{{конец цитаты|источник=[[ru.wp:Псевдо-Аристотель|Псевдо-Аристотель]] «О диковинах»}}

Было отмечено, что Овьедо, пересказывая источник своими словами, не слишком сильно отдалился от него, дописав лишь несколько мелких деталей, так карфагенские купцы у него оказались на океанском просторе, двигаясь через Гибралтар, остров был «весьма велик» и населен «дикими и иными зверями». Сам Овьедо полагал, что речь в у Псевдо-Аристотеля без сомнения шла о Кубе или Эспаньоле, хотя затруднялся с точностью ответить на вопрос, вернулась ли целиком домой карфагенская экспедиция, или часть ее осталась на острове, пополнив собой население, и растворившись среди «древних испанцев» (иберов){{sfn|Huddleston|2015|p=18-19}}.

Предположение вызвало оживленную дискуссию среди образованной публики, впрочем, не всегда доброжелательную. Так Фернандо Колумб, усмотрев в подобных измышлениях попытку покуситься на приоритет своего отца в открытии Нового Мира, со всем пылом атаковал построения Овьедо, указав, что тот, не зная греческого языка, и пользуясь плохим переводом, упустил из вида множество важных деталей. В частности, в греческом оригинале, автор откровенно сомневаяется в правдивости этой истории, предваряя ее замечанием: «Говорят, будто…»{{sfn|Huddleston|2015|p=19}}.

Кроме того, задает риторический вопрос Фернандо Колумб, как могло случиться, что столь плодородный и удобный для жизни остров остался необитаемым? И зачем было убивать первопроходцев, если другая мореходная нация могла столь же случайно наткнуться на этот остров и заселить его? Не разумней было бы карфагенцам первыми создать колонию и закрепить столь благословенную землю за собой? Кроме того, не стоит забывать, что Куба и Эспаньола не подходят под описание — на них нет ни полноводных рек, ни диких зверей. Конечный вывод Колумба-младшего был суров — беспочвенная фантазия и чушь{{sfn|Huddleston|2015|p=19}}.

Несомненно, Колумб-младший также не был беспристрастен, полагая любые попытки проследить древние пути в Америку из Старого Света как покушение на приоритет его отца в открытии нового континента. Посему, воспользовавшись знаниями нашего века, попробуем проверить на прочность и эту теорию.

Древний Карфаген, или на греческий манер «Кархедон» изначально возник как одна из множества финикийских колоний на побережье Средиземного моря. К сожалению, многочисленные греческие легенды об основании города не дошли до нас — мы знаем лишь о существовании таковых из скудных упоминаний древних авторов. Зато куда более известна римская традиция, главным источником которой стала для нас верлигиева «Энеида». Согласно ей, город основала финикийская принцесса Дидона, вынужденная спасаться бегством от интриг своего брата — тирского царя Пигмалиона. Выторговав у местных правителей возможность основать селение на клочке земли, которое покроет воловья шкура, хитрая финикиянка распорядилась забить крупного вола, и шкуру его разрезать на тонкие длинные ремни, соединив их концы попарно между собой. В результате, образовалась более чем объемистая окружность, границами которой служили тонкие полоски воловьей кожи, а внутри вполне вольготно мог разместиться огромный город.

Современные исследователи склоняются к тому, что история Дидоны представляет собой не более чем легенду, так как даже древнейшие артефакты, найденные на земле древнего Карфагена относятся ко времени около VIII века до н. э. В любом случае, не подлежит сомнению, что место для основания новой колонии было выбрано идеально — Карфаген (чье имя в переводе с финикийского обозначает всего лишь «Новый город») лежал не перекрестье средиземноморских торговых путей, практически контролируя перемещение кораблей, груженных драгоценным пурпуром. Безвестные основатели города выбрали полуостров, соединяющийся с африканским побережьем посредством узкой полоски земли, с двух сторон защищенный грядой холмов, с третьей — Тунисским озером. Таким образом, сама природа позаботилась о будущих оборонных качествах крепости, кроме того, столь удобное расположение надежно защищало будущий город от нередких в Средиземнорье морских бурь. Римляне будут называть карфагенян «пунами» — в современности полагается, что это слово произошло от сокращенного имени финикийцев, в котором первый звук мог в некоторых диалектных формах произноситься как «п».

Таким образом, едва начавшись, Карфаген стал стремительно богатеть, пока не превратился в самостоятельную державу, котролирующую торговые пути в Средиземном море, и собственные многочисленные колонии на морских берегах. Пожалуй, единственное, что можно было поставить в упрек новому государству был его слишком прагматический характер, всегда ставивший торговые интересы выше даже самой лучшей литературы и музыки. Известно также о жестоком нраве карфагенских жителей, вплоть до конца практиковавших человеческие жертвоприношения.

Огромные богатства города, его власть, которая распространялась на самую выгодную во времена древнего мира торговую акваторию, сыграли с карфагенской державой плохую шутку, так как кроме неизбежной зависти соседей, они столкнулись с торговыми интересами молодой римской республкии. Аппетиты римлян разжигали роскошь карфагенской торговой верхушки — ложа, перины, мягкие подушечки, доставлявшиеся кораблями из Африки стоили огромных денег, и составляли обязательную принадлежность богатого и пышного римского дома. Как известно, ситуация закончилась чередой «пунических войн», и старинный Карфаген был разрушен до основания. Позднее на его месте поднялась римская колония Юлия Карфагена, тихо угасшая вместе с величием Вечного Города. Впрочем, этот достаточно поздний период нас уже не интересует.

=== Десять пропавших колен Израилевых ===
Следующую по времени гипотезу выдвинул датский теолог Иоганн Фридрих Люмниус. В своем сочинении «О страшном суде Божием и призвании индейцев» (ок. 1569 г.) он отстаивает мнение, что индейцы являются прямыми потомками десяти пропавших племен (или на библейский манер — «колен» Израилевых, судьба которых до нынешнего времени остается предметом научных споров<ref>https://books.google.ca/books?id=GhnjmZpSLwAC&pg=PA3&dq=origin+of+indians&hl=fr&sa=X&ved=0ahUKEwiVkfuc_-vLAhVGroMKHUhuD1AQ6AEIMzAC#v=onepage&q=origin%20of%20indians&f=false</ref>.

Откроем Библию еще раз.

<poem>''В двенадцатый год [[ru.wp:Ахаз|Ахаза]], царя [[ru.wp:Иудейское царство|Иудейского]], воцарился [[ru.wp:Осия (царь Израиля)|Осия]], сын Илы, в [[ru.wp:Самария|Самарии]] над [[ru.wp:Северно-Израильское царство|Израилем]] [и царствовал] девять лет''.
''И делал он неугодное в очах Господних, но не так, как цари Израильские, которые были прежде него''.
''Против него выступил [[ru.wp:Салманасар V|Салманассар]], царь [[ru.wp:Ассирия|Ассирийский]], и сделался Осия подвластным ему и давал ему дань''.
''И заметил царь Ассирийский в Осии измену, так как он посылал послов к Сигору, царю Египетскому, и не доставлял дани царю Ассирийскому каждый год; и взял его царь Ассирийский под стражу, и заключил его в дом темничный. И пошел царь Ассирийский на всю землю, и приступил к Самарии, и держал ее в осаде три года''.
''В девятый год Осии взял царь Ассирийский Самарию, и переселил Израильтян в Ассирию, и поселил их в Халахе и в Хаворе, при реке Гозан, и в городах [[ru.wp:Мидия|Мидийских]].''</poem>
(IV Царств, гл. 17, ст. 1)

<poem>''Когда стали грешить сыны Израилевы пред Господом Богом своим, Который вывел их из земли Египетской, из-под руки фараона, царя Египетского, и стали чтить богов иных,''
''и стали поступать по обычаям народов, которых прогнал Господь от лица сынов Израилевых…''</poem>
(IV Царств, гл. 17, ст. 7)

<poem>''И прогневался Господь сильно на Израильтян, и отверг их от лица Своего. Не осталось никого, кроме одного [[ru.wp:Колено Иудино|колена Иудина]].''</poem>
(IV Царств, гл. 17, ст. 18)

Вновь поясним современному читателю библейский текст. Изначально поселившись на землях древнего Ханаана, двенадцать племен израилевых, имена которых безвестные авторы Библии возводят к их прародителям: двенадцати сыновьям и внукам праотца Иакова (Ефрему, Дану, Вениамину, Иуде и т. д.) племена эти были сравнительно независимы, находясь под управлением выборных глав или судей — «шофетим» (ивр. שופטים‏). Постоянная угроза со стороны филистимлян — одного из самых сильных соседних народов, поставивших израильские племена буквально на грань уничтожения, заставила древних евреев в конечном итоге объединиться в одно государство под эгидой светского царя. Однако, Саул царствовал сравнительно недолго, и погиб в одном из боев против филистимских захватчиков, а его преемники — Давид и Соломон, выходцы из племени иудина, совершили ошибку, характерную для многих властителей того времени, поставив собственное племя в привилегированное положение по отношению к остальным (так, по некоторым данным, Соломон даже освободил иудеев от уплаты государственных налогов). Ситуация эта особенно осложнялась тем, что Соломон, в согласии с распространенной в древневосточных монархиях системой, дополнял денежные взыскания тяжелой системой подневольного труда на строительстве городов, прокладывании каналов и прочей тяжелой работе, куда насильственным образом мобилизовалась каждый год шестая часть населения страны.

Все это не могло не вызвать скрытого, а позднее и явного антагонизма между Севером и Югом, закончившегося при Соломоне чередой открытых мятежей, которые удалось подавить с немалым трудом.

Один из таких мятежников — Иеровоам из племени Ефрема, после разгрома бежал в Египет и был более чем благосклонно принят фараоном Шешонком I, давно вынашивавшем планы ограбления богатого Израильского царства. Впрочем, при жизни Соломона эти тенденции оставались скорее в латентном состоянии, и вышли наружу окончательно после воцарения его сына Ровоама. Как рассказывает Библия, сразу после своего воцарения, это юный неопытный монарх, должен был в согласии с обычаем, отправиться в Сихем, чтобы там принять клятву верности от старейшины, представляющего северные племена. Здесь его ждал неприятный сюприз: в качестве своего представителя северяне не нашли лучшим выдвинуть никого иного как мятежника Иеровоама. Впрочем, этот египетский ставленник изначально казался настроенным достаточно миролюбиво. Заверив юного царя, что северяне вполне готовы ему повиноваться, он выдвинул для того единственное условие: отмены части налогов. Опытные советники, доставшиеся Ровоаму «по наследству» от его отца, пытались сколь то было в их силах склонить царя к уступкам; но, как не раз случалось в истории, в юнце взыграла гордыня, и он, полагая для себя унизительным уступить в подобной просьбе, высокомерно ответил северянам, что в наказание за подобную дерзость, количество налогов будет увеличено.

Переговоры после этого немедленно прервались, Иеровоам и его свита покинули Сихем, после чего весь Север взялся за оружие. Юный царь, все еще не понимая серьезности положения, обрадовался возможности одержать легкую победу и силой принудить мятежников к повиновению. Чтобы еще более унизить их, он не додумался ни до чего лучшего, как поставить во главе своих карателей Адонирама — сборщика налогов, своей жестокостью возбуждавшего общую ненависть. Впрочем, он явно переоценил свои силы. Царские войска были разбиты наголову в первом же бою, и сам Ровоам едва сумел спастись бегством, чтобы скрыться за неприступными стенами Иерусалима.

Вслед за этим государство Давида и Соломона уже окончательно распалось на две половины: Северную (известную также как Северо-Израильское царство) и Южную — собственно Иудею, где с представителями одноименного племени осталась только часть колена Вениаминова. Ровоам, упорно не желая признать своего поражения, собрал очередное войско и ситуация закончилась бы полноценной гражданской войной, не вмешайся в последний момент пророк Самей. Именем Бога он сумел остановить резню, однако, последствия раскола преодолеть было уже невозможно. На развалинах империи Соломона возникло два слабых государства, беспрестанно враждовавшие друг с другом.

Когда еще было сказано, что «дом разделенный выстоять не может», но и в древности и в современном мире многим это еще невдомек. Последствиями раскола, как и следовало ожидать, воспользовался в первую очередь египетский Шешонк. Напав на оба государства, он изрядно опустошил их территорию. Чтобы избавиться от него, Ровоам вынужден был отдать египтянину сокровища Иерусалимского храма, вплоть до того, что со стен были сняты золотые щиты, установленные когда-то Соломоном, а на их место ничтожный сын великого отца приказал установить другие — из золотистой меди. Кого он хотел таким образом обмануть — непонятно, зато навсегда покрыл себя позором в глазах и современников и потомков. Со своей стороны, царь Израиля, Иеровоам, желая совершенно разорвать все связи с прежней столицей и прежней династией, распорядился основать новые храмы в городах Вефиле и Дане, должные заменить для его подданных привычное паломничество в Иерусалим.

Мы не будем здесь останавливаться на долгом соперничестве двух царств, каждое из которых желало покорить соседа, и не гнушалось призвать для этого на помощь внешних врагов. В частности, Израиль призвал к себе в союзники властолюбивого царя Дамаска, в результате чего тот полностью подчинив себе северное царство, заставив Иудею платить ему дань. Южане в свою очередь пытались опереться на помощь Ассирии — хищника еще более опасного и непредсказуемого. Осия, сын Илы, был последним израильским царем, по сути дела, узурпатором на троне, убившим законного монарха — Фокея, и занявшим его трон. Несколько лет он исправно платил дань Ассирии, затем, вновь заручившись поддержкой Египта и Дамаска, где как раз начиналась война против ассирийских захватчиков, он попытался освободиться сразу от всех.

Начинание это потерпело полный крах. Разгромив дамаскскую армию, ассирийский царь Салманассар полностью подчинил себе израильское царство за исключением его сильно укрепленной столицы, которой подступил с осадой в 724 году до н. э. Смерть помешала ему довести начатое до конца, однако, его сын, Саргон II благополучно завершил дело отца, в 722 году до н. э. взяв и разрушив израильскую столицу. Иудея выстояла лишь потому, что признала себя вассалом ассирийцев, обязавшись платить им ежегодно тяжелую дань. Пройдет время, и южное царство также исчезнет, однако, сейчас этот более поздний период не будет нас интересовать.

По обычаю своей страны, царь Саргон полностью переселил десять северных племен на территорию Ассирии. Библия довольно точно называет место ссылки — северная часть Месопотамии (ассирийские провинции Халах и Хавор, которые пересекала бурная река Гозан — бурный приток Евфрата.

Открытие Нового Света произвело эффект разорвавшейся бомбы в среде ученых и богословов того времени — в самом деле, о новом народе в Библии не было ни единого слова. Более того, ему просто неоткуда было взяться. Ну посудите сами, в течение веков полагалось, что все народы (читай: известные древним), являются потомками троих сыновей Ноя: Хама (праотца черных африканских племен), Яфета — породившего белую расу и наконец, Сима, предка евреев, арабов и прочих семитских народов. При небольшом напряжении фантазии, к тому же Симу удавалось «пристегнуть» китайцев, монголов, и прочих представителей «желтой расы», но для американских индейцев места решительно не находилось{{sfn|Fritze|2009|p=30}}.

Кое-кто уже спешил объявить, что обитатели Нового Света вообще не относятся к человеческой расе, это всего лишь высокоразвитые животные, по какому-то недоразумению внешне похожие на обитателей Старого Света. Эта псевдонаучная теория с легкостью была подхвачена теми, кому ну очень хотелось заполучить в свое распоряжение дешевую рабскую силу, не испытывая при том особых угрызений совести. Ничего удивительного,
теория «неполноценных народов» (полов, возрастов… нужное подчеркнуть) стара как мир. Объяви того, кого хочешь превратить в раба неполноценным по факту рождения, и дальше — совесть твоя чиста, и деньги в кармане.<ref>Дело дошло до того, что к спору вынужден был подключиться папа Римский Павел III, буллой Sublimis Deus («Бог Всевышний…», 1537 г.) официально подтвердив, что индейцы являются человеческими существами «способными к восптиятию католической веры». На рабовладельцев это произвело не слишком большое впечатление.</ref> Другие, не менее горячие головы, противореча самой Библии, готовы были допустить, что Господь имел в своем распоряжении два эдемских сада, соответственно для народов Старого и Нового света. Короче говоря, фантазия била через край и неразбериха достигла апогея, когда в общем хоре беспочвенных спекуляций и гаданий, в 1590 году вдруг прозвучал голос Хосе де Акоста, монаха иезуитского ордена, предположившего, что американские индейцы суть азиаты, перешедшие на свой континент по некоему сухопутному мосту, в древности соединявшему два континента. Смелая мысль! По сути своей, Акоста на 350 лет опередил свое время. В течение следующих веков гипотеза «сухопутного моста» оставалась подвешенной в воздухе — у науки не было данных ни для того, чтобы ее подтвердить, ни чтобы окончательно опровергнуть.

Что касается самих индейцев, у них также не было единого мнения на этот счет. Наряду с легендой о том, что в давние времена предки краснокожих пересекли «Великую Воду» на спине гигантской черепахи противопоставлялись другой легендарной традиции, нашедшей себе отражение, к примеру, в священной книге гватемальских туземцев «Пополь-Вух». Согласно этой, второй, точке зрения, предки ниоткуда не приходили. Они здесь же, на американской земле были созданы богами, и здесь же благополучно существуют до сих пор.

Остановимся на несколько минут. Смеяться над прошлым несложно, другое дело, что поступая таким образом, мы забываем, что пройдет не так уже много лет, и потомки будут столь же весело потешаться над нашим с вами непроходимым невежеством. Время идет, и конечно, мы узнаем что-то новое. Однако, стоит повторить известную истину: любая гипотеза, сколь ошибочна бы она ни была, при условии честности того, кто ее выдвинул всегда несет в себе некое здравое зерно. Начиная разговор о долгом поиске, касавшемся вопроса происхождения американских индейцев, давайте взглянем на ситуацию глазами людей XVI века. Философия науки — есть такая интересная дисциплина — говорит нам о том, что во все времена и на всей земле ученые или иные хранители знания свято убеждены, что основы мироздания поняты ими раз и навсегда. Да, конечно, какие-то новые открытия делаться будут, но это касается исключительно периферии, утверждения неких спорных моментов. А «центральная» так сказать, истина (или как ее чаще называют «ядро») уже установлена раз и навсегда и сомнению не подлежит. Здесь же, на глазах рушились сокровенные устои, заведанные даже не прадедами, а пращурами на сотни поколений вглубь. Рушилась привычная картина мира, построенная на Библии и учении Аристотеля и Платона, которое в течение тысячи лет, со времен падения Римской империи казалось незыблемым и не подвластным никаким переменам. Ошарашенное поколение первого века Новой Эры оказалось в самом буквальном смысле, на пепелище прошлого, всю умственную картину мира приходилось строить заново. Было отчего потерять голову!

Возможных выходов в подобных ситуациях обычно два. Это либо попытаться каким-то образом вписать новые факты в привычную картину (и на этом благополучно успокоиться), либо — набравшись смелости зачеркнуть прежние знания и начинать все с нуля. Пройдем этот путь вместе с молодой в то время наукой. По сути дела, вопросов также было два. '''Первый''': каким образом индейцы вообще смогли оказаться на материке, добраться до которого даже «высокоцивилизованные» европейцы смогли не ранее чем через 16 веков после Рождества Христова. Сухопутного пути нет (о его прежнем существовании, как было уже сказано, узнают очень нескоро). Значит, оставались корабли? И надо было искать некий достаточно опытный в мореходном отношении древний народ, способный пересечь океан, и основать колонию на необитаемой земле. Потомки этого народа, соответственно, одичали, забыли свое прошлое и стали тем, кого ныне встречали «отважные мореплаватели». '''Второй вопрос'''. Откуда в Новом Свете взялись такие мощные империи, как ацтекская, майянская или инкская? (Молчаливо подразумевалось, что сами «дикари» до этого додуматься были не в состоянии). Предположим, что местное население каким-то образом «самозародилось» в этих местах (или временно отставим этот вопрос в сторону), «некто» же посетил Америку ранее Колумба, и научил аборигенов уму-разуму? Итак, поиск пошел именно по этим направлениям.

== Беженцы с гибнущей Атлантиды ==
Все, что нам известно о мифической (или все же реальной?) Атлантиде, почерпнуто, по сути дела, из двух диалогов Платона «Тимей» и «Критий». Обратимся к первому, содержащему интересующую нас информацию.

''Через море это в те времена возможно было переправиться, ибо еще существовал остров, лежавший перед тем проливом, который называется на вашем языке Геракловыми столпами. Этот остров превышал своими размерами Ливию и Азию, вместе взятые, и с него тогдашним путешественникам легко было перебраться на другие острова, а с островов — на весь противолежащий материк (…) Hа этом-то острове, именовавшемся Атлантидой,''
''возникло удивительное по величине и могуществу царство, чья власть простиралась на весь остров, па многие другие острова в на часть материка, а сверх того, по эту сторону пролива они овладели Ливией вплоть до Египта и Европой вплоть до Тиррении (…) Позднее, когда пришел срок для невиданных землетрясений и наводнений, за одни ужасные сутки вся ваша воинская сила была поглощена разверзнувшейся землей; равным образом и Атлантида исчезла, погрузившись в пучину . После этого море в тех местах стало вплоть до сего дня несудоходным и недоступным по причине обмеления, вызванного огромным количеством ила, который оставил после себя осевший остров''.<ref>Платон «Тимей». Перевод С. С. Аверинцева</ref>

Диалоги Платона были прекрасно знакомы европейцам позднеатничной и средневековой эпох, по выполненному в IV веке переводу на латинский язык. Едва лишь перед образованными людьми того времени встал вопрос о происхождении американских индейцев, нашлись желающие приписать им «атлантическую» родословную. Сделал это не кто иной как Франсиско Лопес де Гомара (1511- ок. 1566 гг.), секретарь Кортеса, автор, благодаря которому до нашего времени дошла история завоевания и колонизации нового континента. Как видите, начало у теории было вполне солидное, начатое исследователем к авантюрам и вымыслам не склонным. И сама доказательная база для того времени была вполне допустима: Лопес брал за основу то, что «вода» в ацтекском языке обозначается словом «atl» — не могло это быть связано с Атлантидой, островом, добраться от которого до американского континента можно было только по воде?

Ох уж эти языковые сходства! С первого взгляда, аргумент кажется очень весомым — ну недаром же такое поразительное совпадение? Однако, отвлечемся сейчас от уровня знаний XVI века и оценим ситуацию с точки зрения современной лингвистики. Недаром был изобретен известный афоризм что «дьявол прячется в деталях», ошибочные или скороспелые выводы всегда строятся на том, что исследователь не знает (как в нашем случае) или — что куда серьезней — сознательно замалчивает то, что противоречит его теории. В данном случае был проигнорирован более чем серьезный факт: «Атлантида» (точнее, «Атлантис» (Ἀτλαντὶς) есть ''греческое'' название этой земли. Разница очень серьезная. Давайте будем руководствоваться подобной же логикой и возьмем, к примеру, имя, которым в русском языке обозначается один из малых финноязычных народов — «водь». Поразительно похоже на «вода»! Эдак какой-нибудь умник на подобной основе заключит, что русские — на самом деле финны, а Россия — бывшая колония Финляндии, поселенцы из которой прибыли на свою нынешнюю родину по воде. Ведь подобное сходство даром существовать не может, верно? Однако, все сомнения рассеиваются как дым, если посмотреть на подлинное название народа на их родном языке — вадьялайн<ref>http://portal.do.mrsu.ru/info/ethnics/?ELEMENT_ID=836</ref>. Общего, как видите, не слишком много. По сути дела, мы сталкиваемся с очень известным процессом: искажением слова, заимствованного в другой язык. Человек подсознательно всегда пытается «подогнать» непонятное к понятному и привычному, лингвистам этот процесс хорошо знаком под именем «народной этимологии». Подобный ход мыслей когда-то превращал в солдатской речи генерала Барклая-де-Толли в «Болтай-да-и-Только». В самом деле, что-то общее имеется! В случае, когда речь идет о географических названиях ситуация может стать еще серьезней, не будем забывать, что Дойчланд в русском языке превращается в «Германию».

Посему, пока не доказано что Атлантида существовала и и на своем языке атланты называли свою страну именно таким образом — окончательное решение принято быть не может. Мы оказываемся в ситуации — может быть да, может быть нет. Рано! Поиск следует продолжать. Ошибка подобного рода была простительна для исследователя XVI века, в котором наука лингвистика была еще в пеленках, однако смешно, когда идеи с подобной доказательной основой пытаются воскресить уже в наше время, и более того, находятся желающие этому верить.

Однако, заметим, что идею Лопеса даже в его время приняли достаточно критически. Основания для подобного отношения были уже тогда: она опирается на цепь ничем не подтвержденных догадок. Начнем с того, что никем и никогда (вплоть до настоящего времени) еще не было доказано, что Атлантида существовала на самом деле. Далее, для того, чтобы версия приобрела хоть какую-то основу, следовало также найти указания, что атланты совершали плавания к американскому континенту (следы их пребывания там?). И наконец, что они там оказались после гибели своей исконной земли. Гипотеза не пережила своего создателя. Однако, тезис «индейцы — это атланты» пришелся по вкусу Елене Блаватской, основательнице т. н. «теософского» учения, и превратился в один из постулатов новой веры. Однако, к религиозным вопросам наше исследование отношения не имеет.

== Герои Троянской войны ==
Напомним вкратце содержание мифа о Троянской войне в том виде, в каком он дошел до нас в произведениях Гомера и Виргилия. Итак, богатый город Троя (как было выяснено уже в XIX веке) располагавшийся в Малой Азии, на побережье Средиземного моря, был богат, и силен. Принц троянский Парис, соблазнил красавицу Елену, жену спартанского царя, и тайком увез ее с собой. Оскорбленный муж, вместе со своими греческими союзниками, осадил город. Борьба за обладание Троей продолжалась десять лет; в конечном итоге, ахейцы с помощью хитрости ворвались в город. Гомер умалчивает о том, удалось ли кому-либо из побежденных троянцев избежать рабства; историю об Энее, сыне Анхеса и богини Афродиты, которому удалось вместе со своими спутниками благополучно отплыть из горящего города, рассказывает лишь Виргилий, делая своего героя родоначальником города Рима.

== Финикийский след ==

А между тем беспочвенное гадание продолжалось. Испанец Энрике Мартинес, в XVII веке посетивший Ригу, додумался до того, что индейцы — потомки прибалтов, разглядев между теми и другими ему одному ведомое «антропологическое сходство»<ref>http://www.e-reading.biz/chapter.php/126294/52/Kondratov_-_Zagadki_Velikogo_okeana.html</ref>. Но всех перещеголял некий Харольд Гледвин, додумавшийся до того, что индейские цивилизации начались с посещения Америки без вести пропавшим флотом Неарха, флотоводца Александра Македонского, которому неведомым способом удалось пересечь Тихий океан. Теория звучала настолько нелепо, что даже современники задавались вопросом, не пытается ли достопочтенный Гледвин попросту разыграть научное сообщество, выставив ученых мужей дураками. Ответа на этот вопрос не существует до сих пор<ref>http://books.google.ca/books?id=l2BrqdFg5AkC&pg=PT88&dq=alexander's+fleet+theory+Gladwin&hl=fr&sa=X&ei=jAprUu3wDeGbygGu_oGYAQ&ved=0CD8Q6AEwAg#v=onepage&q=Solutrean&f=false</ref>.

http://books.google.ca/books?id=bJouAAAAYAAJ&pg=PP7&lpg=PP7&dq=Historical+researches+on+the+conquest+of+Peru,+Mexico,+Bogota,+Natchez,+and+Talomeco+in+the+thirteenth+century+by+the+Mongols,+accompanied+with+elephants&source=bl&ots=y7MqIrcHHB&sig=8QCC66o2GOQ8wBBlVs89EydSoeU&hl=fr&sa=X&ei=vzpwUrfbNdCuyAGv_YGABA&ved=0CDUQ6AEwAQ#v=onepage&q=Historical%20researches%20on%20the%20conquest%20of%20Peru%2C%20Mexico%2C%20Bogota%2C%20Natchez%2C%20and%20Talomeco%20in%20the%20thirteenth%20century%20by%20the%20Mongols%2C%20accompanied%20with%20elephants&f=false

http://books.google.ca/books?id=9hs7AAAAYAAJ&pg=PA184&dq=indians+from+Atlantis&hl=fr&sa=X&ei=Bz1wUpvCH_PlyAGLpoCwDw&ved=0CG8Q6AEwCA#v=onepage&q=Atlantis%20indians&f=false

http://books.google.ca/books?id=7RGlz9a4wVYC&pg=PA24&dq=basques+discover+america&hl=fr&sa=X&ei=Bk5wUsuFG6SHygHU2YGACA&ved=0CEcQ6AEwAw#v=onepage&q=basques%20discover%20america&f=false

Who first discovered America? : a critique of writings on Pre-Columbian voyages

Pre-Columbian Trans-Oceanic Contact

http://books.google.ca/books?id=vMXH7aV5BXUC&pg=PA345&dq=scythians+discovered+America&hl=fr&sa=X&ei=pmRwUsr5CcviyAGx7YCYBA&ved=0CFEQ6AEwBA#v=onepage&q=scythians&f=false

http://www.obrasraras.museunacional.ufrj.br/o/0040/0040.pdf

https://books.google.ca/books?id=P7tfAAAAcAAJ&pg=PA26&dq=American+indians+%22Trojan+war%22&hl=fr&sa=X&ved=0ahUKEwj8vL-ipeLLAhWMtYMKHXEqAfsQ6AEIJDAB#v=onepage&q=American%20indians%20%22Trojan%20war%22&f=false

https://books.google.ca/books?id=n1xjAAAAMAAJ&pg=PA168&dq=hunns+in+America&hl=en&sa=X&ved=0CCQQ6AEwAWoVChMIyJOuxIyByAIVR3ySCh2nZgmg#v=onepage&q=hunns%20in%20America&f=false

https://books.google.ca/books?id=GhnjmZpSLwAC&pg=PA3&dq=origins+of+indians&hl=fr&sa=X&ved=0ahUKEwjL5ZOduuLLAhUGkIMKHaC-ACoQ6AEIJzAA#v=onepage&q=origins%20of%20indians&f=false

The first Americans : race, evolution, and the origin of native Americans

=== Первые ответы и первые находки ===
Развитие дарвиновской теории, раз и навсегда опровергнув мнение об индейцах как о «животных», неполноценных существах и т. д. со всей строгостью доказала, что они происходят от того же африканского предка, что и население прочих частей Земного шара. Дополнительным подтверждением тому служат генетические исследования Нового времени, о которых мы еще поговорим. Итак, предки индейцев, как и предки европейцев и прочих народов, начали свой путь к новой родине из Северной Африке. Но как и главное, каким образом они оказались на американской земле? Забегая вперед, скажем, что современная наука по-прежнему не может однозначно ответить на этот вопрос. Однако, части головоломки постепенно складываются вместе, и кто знает — быть может, в скором времени в давнем споре будет наконец поставлена окончательная точка?

Великие открытия зачастую обязаны своим происхождением случаю. Так произошло и в этот раз. Все началось в 1908 году, когда в окрестностях городка Фолсом (штат Нью-Мексико) в самом конце лета разразилась жестокая гроза. Потоки воды и града обрушились на плоские базальтовые холмы и каньоны, которыми изобилует местный пейзаж, и размыли давно высохшее русло ручья, у местных фермеров носившего название Wild Horse Arroyo (Ручей Дикой Лошади). На следующий день один из работников ближайшего ранчо, Джордж МакДжанкин, сгоняя в кучу перепуганных овец, неожиданно наткнулся на торчащие прямо из земли огромные кости. Они чем-то напоминали прекрасно ему знакомые скелеты быков, но по размеру превосходили все, виденное им когда-либо!

МакДжанкину даже в голову не пришло молчать о своей находке, наоборот, он готов был рассказать любому, кто желал его слушать, что в русле пересохшего ручья погребен гигантский бизон, а может быть и не один! Неизвестно, как отнеслись к находке местные фермеры, но слухи об огромном бизоне стали распространяться, пока наконец, не дошли до ушей работников Музея Естественной Истории, принадлежащего Колорадскому университету. В 1926 году к бизоньим останкам была организована экспедиция. МакДжанкин к тому времени уже умер, но в живых оставались его друзья, прекрасно помнившие место находки. Искать также не пришлось слишком долго — огромные кости продолжали как и ранее торчать из-под земли. К великому счастью для исследователей, туристов, всегда готовых захватить с собой кусочек «на память» в тех местах еще не было, «черных археологов» столь же к счастью, интересует исключительно золото, искать которое среди бизоньих костей было занятием явно бессмысленным.

Раскопки в русле пересохшего ручья растянулись на три года. Сделанные находки не ограничились окаменелыми костями, в которых археологи без труда узнали останки гигантского бизона, вымершего около 10 тыс. лет назад. В ребрах животного застрял наконечник каменного копья. Более того, наконечник этот имел форму совершенно незнакомую исследователям: боковые оконечности камня были покрыты сетью желобков, в то время как центральная часть оставалась гладкой. Забегая вперед, мы можем сказать, что таким образом, совершенно неожиданно для себя американские археологи открыли первую из культур каменного века. По имени все того же, близлежащего городка она получила имя — Фолсом.

Просвещенная европейская наука, в ответ на заявление коллег из колорадского университета, ответила единодушным хором: Ерунда! В самом деле, тогда, в начале ХХ веке общепринятой была точка зрения, что переселение на американский континент произошло уже достаточно поздно, и достигла его высокоразвитая человеческая общность. Посудите сами. Европейцы смогли добраться до американского континента уже имея в своем распоряжении корабли, компасы и опытных моряков. Да и в момент открытия Америки ее население состояло отнюдь не из примитивных дикарей. У мезоамериканских индейцев были высокоразвитые цивилизации, не уступавшие по своей мощи Древнему Риму или империи Македонского. Более примитивные племена Северной Америки все же строили деревни, выращивали кукурузу и умели плавить металлы. Никто не ходил голым, и не бегал за бизоном с каменным топором.

Однако, с фактами не поспоришь. После небольшой борьбы, споров и несогласий, около 1928 года возобладало мнение, что ископаемый бизон был убит первопроходцами американского континента, около 10 тыс. лет назад. Но судьба, словно не желая, чтобы специалисты по американской археологии вздумали почить на лаврах, подбросила очередную, не менее сенсационную находку. Четырьмя годами позднее, очередная летняя гроза размыла до основания железнодорожную дамбу в районе городка Милликен (Колорадо). Фрэнк Гарнер, бригадир обходчиков, состявший на службе у железнодорожной комании Юнион Пасифик осматривал поврежденную часть полотна, пытаясь составить себе представление о степени размыва, когда наткнулся на очередное кладбище гигантских костей, причем таких, по сравнению с которыми останки фолсомовского бизона казались скромными и маленькими. Это был костяк мамонта, причем, как и в прошлый раз, в груде костей нашлись заточенные с двух сторон наконечники стрел и копий. В отличие от малограмотного МакДжанкина, обходчик немедленно понял, насколько важной для науки может оказаться его находка, и тут же дал о ней знать о. Конраду Билджери, в то время работавшему в Колледже Реджис (Денверский Университет)<ref>В настоящее время это кладбище мамонтов известно под именем Дент. </ref>. Так была открыта культура Кловис, которую также не мудрствуя лукаво, назвали по имени близлежащего городка. Вплоть до настоящего времени принято считать, что именно она сохранила память о первопроходцах американского континента. Культура Кловис датируется временем около 13 тыс. лет назад. Именно с нее мы начнем<ref>http://historylib.org/historybooks/Galina-Gavrilovna-Ershova_Drevnyaya-Amerika-polet-vo-vremeni-i-prostranstve--Severnaya-Amerika--YUzhnaya-Amerika/</ref>.

== Америка 13 тысяч лет назад ==
http://www.news.wisc.edu/17396

== Примечания ==
{{примечания}}

Америка от доисторических времен до европейской колонизации/Глава 1 Начало спора о происхождении индейцев

2016-04-04T23:38:57Z

Dimetr: орфография

{{header-ru
| title = [[Великие цивилизации Месоамерики|" Великие цивилизации Месоамерики "]]
| section = '''Глава 1 Поселенцы'''
| author = Zoe Lionidas
| previous = ←
| next = →
}}
12 октября 1492 участники экспедиции под предводительством [[ru.wp:Колумб, Христофор|Христофора Колумба]] вступили на землю нового континента, вначале (ошибочно) принятого ими за некую часть западной Азии. Ошибка позднее прояснилась, но имя «индейцы» так плотно пристало к ее краснокожему населению, что сохраняется неизменным с тех самых пор.

Сам Колумб, подробно описывая жителей вновь открытой земли — «''с волосами черными и жесткими будто конский хвост… и большими выразительными глазами, не черных, но скорее напоминающих цветом кожи обитателей Канарских островов, в чем нет ничего удивительного, ибо земля их находится на одной линии с [[ru.wp:Иерро (остров)|Иерро]], что в [[ru.wp:Канарские|Канарской гряде]], ежели ее провести с востока на запад''», ни единым словом не касается вопроса об их происхождении. Ничего удивительного в этом нет: для Колумба, вплоть до конца жизни упорно отстаивавшего теорию, будто [[ru.wp:Гаити (остров)|остров Эспаньола]] непосредственно граничил с «[[ru.wp:Китайская цивилизация#«Китай» и «Катай»|катайским]]» берегом, индейцы несомненно были азиатами{{sfn|Huddleston|2015|p=4}}.

Педро Мартир де Англерия, испанский писатель и гуманист, о котором у нас еще неоднократно пойдет речь, в своих «Декадах» увидевших свет пятьдесят лет спустя после смерти великого мореплавателя, приписывает Колумбу мнение, будто «''остров Эспаньола он полагал [[ru.wp:Офир|Офиром]], упомянутом в [[ru.wp:Третья Книга Царств|Третьей Книге Царств]]''». Мнение это представляется вполне правдоподобным, так как «златообильную страну Офир», откуда по приказу мудрого [[ru.wp:Соломон|Соломона]], финикийцы доставляли [[ru.wp:Слоновая кость|слоновую кость]], золото и павлинов, географы XVI века действительно помещали в Азию; однако, доказательств, что Колумб действительно разделял это мнение, в сохранившихся документах великого мореплавателя нет.

[[ru.wp:Веспуччи, Америго|Америго Веспуччи]], купец и мореплаватель, чье имя в конечном итоге и получил новооткрытый континент, уже говорит о «Новом Свете» (лат. Mundus Novus), то есть вполне отдает себе отчет, что речь идет о некоей земле, неизвестной древним авторам. Впрочем, он столь же уверен, что эта новооткрытый материк «''непосредственно прилегает к восточной Азии… ибо… нам довелось повстречать там разнообразных животных, как то львов, оленей, коз… каковые не водятся на островах, но лишь на материковой земле.''» (первое письмо, 18 июля 1500 г.). Впрочем, и этот исследователь твердо держался воззрения, что на этот новый материк местное население пришло из Азии, так как «''лица у них широкие, так что видом своим они сходны с [[ru.wp:Монгольская империя|татарами]]''» (последнее письмо. 1506 г.). Позднее, как мы увидим, все эти соображения будут в той или иной мере использованы в разных научных работах{{sfn|Huddleston|2015|p=5-6}}.

== Небольшое вступление: легенда о «неведомом штурмане» ==
{| width="300px" align="right"
|
{| width="300px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Christopher Columbus.PNG|300px]]
|-
| Христофор Колумб. ''Себастьяно ди Пьомбо «Посмертный портрет, предположительно изображающий Христофора Колумба». - Холст, масло. — 1519 г. - Метрополитан-музей. - Нью-Йорк, США''
|}
|}
[[ru.wp:Гумбольдт, Александр фон|Александр фон Гумбольт]], один из великих [[ru.wp:Гумбольдт, Александр фон|естествоиспытателей]] XIX века однажды не без горькой иронии заметил, что личности с ограниченным кругозором, реагируют на великие открытия до боли одинаково. Вначале они пытаются их отрицать. Когда эта попытка терпит крах, доказывают, что «''в этом нет ничего особенного''». И наконец, приходят к выводу что «''на самом деле это совершил кто-то другой''». Был ли [[ru.wp:Колумб, Христофор|Колумб]] первым из европейцев, кто ступил на землю [[ru.wp:Вест-Индия|Западных Индий]]? Этот вопрос будоражил умы уже современников великого мореплавателя. Надо сказать, что Колумба не любили. Оснований для этого было немало. Коренным испанцам претил «[[ru.wp:Генуя|генуэзский]] выскочка», к которому [[ru.wp:Фердинанд II (король Арагона)|их король]] питал по их же мнению, непростительную благосклонность. Итальянцы и португальцы негодовали на то, что открытия были сделаны под испанским флагом, и новые земли оказались во власти соперничающей державы. Да и сам Колумб сам по себе был человеком с довольно тяжелым характером, властолюбивым, и падким до почестей.

Нет ничего удивительного, что в подобной — не слишком здоровой — атмосфере — появилась и пошла гулять по свету легенда о «неведомом штурмане». В разных вариантах суть ее сводилась к одному: некий торговый корабль (название его не упоминалось), который шел на [[ru.wp:Мадейра|Мадейру]], к [[ru.wp:Азорские острова|Азорским островам]], в [[ru.wp:Великобритания|Англию]], [[ru.wp:Фландрия (историческая область)|Фландрию]] и т. д. — пункт предназначения разнился от одного рассказчика к другому, был унесен бурей к американским берегам, где его команда повстречала [[ru.wp:Индейцы|неизвестный народ]]. В течение некоторого времени, моряки оставались в селении «дикарей», но в конечном итоге, соскучившись по дому, они решили попытать счастья и пересечь океан в обратном направлении. Однако, без карт, без знания господствующих ветров, задача оказалась непосильной. Вся команда погибла от голода и лишений, к моменту, когда корабль достиг испанской земли, в живых оставался один только штурман. Колумб, находившийся в это время на [[ru.wp:Грасьоса|Грасьосе]] или [[ru.wp:Терсейра|Терсейре]] на [[ru.wp:Канарские острова|Канарах]] (в других вариантах легенды: на Азорских островах, на острове [[ru.wp:Порту-Санту (остров)|Порту-Санту]], или на [[ru.wp:Мадейра (остров)|Мадейре]]) приютил его и пытался выходить изо всех сил, но тот в конечном итоге умер, успев в последний момент передать своему новому другу корабельный журнал с необходимыми расчетами. Не выдержав очевидного соблазна, генуэзец присвоил его открытие себе и явился к испанскому королю, уверяя, что без посторонней помощи открыл путь к «Индиям». Остальное известно из истории. Основание для побасенки было вполне «логичным», в самом деле, как можно узнать о существовании неведомой земли никогда там не побывав? Колумб никогда прежде там не бывал (и не мог оказаться), значит — был кто-то другой!{{sfn|Fritze|2009|p=72}}

Со временем легенда обрастала подробностями. Неизвестного штурмана объявляли [[ru.wp:Андалусия|андалузцем]], [[ru.wp:Баски|баском]], [[ru.wp:Галисия|галисийцем]], и наконец, португальцем. [[ru.wp:Гарсилиасо де ла Вега|Гарсилиасо де ла Вега]] зашел так далеко, что дал ему имя — Алонсо Санчес, родом из [[ru.wp:Уэльва|Уэльвы]]. Всплывали все более красочные подробности о плавании корабля через неведомое «море». [[ru.wp:Лас Касас, Бартоломе де|Бартоломе де лас Касас]], современник Колумба, в своих записках отмечает, что в бытность свою на [[ru.wp:Гаити (остров)|Эспаньоле]] (1502 г.) он много раз слышал об этом. О той же истории в своем сочинении «Общая и естественная история Индий» (1532 г.) упоминает также [[ru.wp:Фернандес де Овьедо, Гонсало|Гонсало Фернандес де Овьедо]], впрочем, откровенно сомневаясь в ее достоверности, Диего де лас Касас в своей неопубликованной «Истории Индий» также уделяет внимание этой басне, несколько двусмысленно объявляя, что она «''скорее всего, неподлинна, однако правдоподобна''»{{sfn|Fritze|2009|p=72}}. Позднее [[ru.wp:Колон, Диего|сын Колумба]], руководствуясь понятным желанием обелить память своего отца пытался доказать, что основанием для появления легенды были плавания штурмана Висенте Лопеса, около 1452 года безуспешно пытавшегося пробиться на Запад{{sfn|Fritze|2009|p=73}}. Постоянно дующие в противоположную сторону ветры не дали ему доплыть даже до середины океана, однако, плавание как таковое состоялось — и остальное доделало людское воображение.

К чести испанской короны следует сказать, что в течение десятков лет, когда между ней и Колумбами — отцом и сыном, шел нескончаемый спор о разделе богатств американского континента, монархи никогда не пытались использовать эту историю в своих интересах. По сути дела, образованные испанцы относились к ней более или менее скептически. Что касается ярых ее защитников, которые, заметим в скобках, не перевелись до сих пор, никому из них почему-то не пришло в голову наведаться в морской архив, чтобы просто узнать — реально ли существовал человек с упоминавшимся именем, и действительно ли в нужное нам время его корабль пропал без вести. Однако, история о «неведомом штурмане» упорно не желала умирать, прочно осев на страницах многочисленных маргинальных работ, и сумела благополучно дотянуть до середины ХХ века, а кое-кто желает верить в нее до сих пор, не удосуживаясь подвергнуть этот древний домысел хоть сколько-нибудь серьезному анализу.
{| width="400px" align="left"
|
{| width="400px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Landing of Columbus (2).jpg|400px]]
|-
| Первые шаги по незнакомой земле. ''Джон Вандерлин «Высадка Колумба в Америке» - Холст, масло. - 1847 г. - Смитсоновский музей американского искусства. - Вашингтон, США''
|}
|}
Любая маргинальная теория, безразлично кто и в каком веке ее создавал, всегда имеет одно неизменное свойство, которое позволяет отличить ее от серьезной науки: она представляет собой, как сейчас модно выражаться, «сферического коня в вакууме» — иными словами, создатели и защитники подобных измышлизмов всеми правдами и неправдами уклоняются от возможности проверить свое построение на прочность. Сделаем это сами.

Начнем с того, что парусный корабль в отличие от привычного нам современного теплохода, не способен двигаться иначе, как по направлению господствующих ветров и течений. Их направления изучались столетиями, и в [[ru.wp:Великие географические открытия|эпоху Великих Географических открытий]], о которой у нас идет речь, карты с указаниями пути к той или иной земле (т. н. «[[ru.wp:Лоция|лоции]]») составляли коммерческую или государственную тайну, зачастую обретаясь в надежно охраняемых королевских или частных архивах. Несомненно, опытные капитаны и штурманы умели двигаться вперед при боковом или даже противном ветре, используя для этого косой (т. н. [[ru.wp:Парус#Косые паруса|«латинский» парус]]). Корабль в этом случае несколько отклоняется от курса, но пусть медленно, все же продвигается вперед; однако, предпочтительными считались пути, где где господствующий ветер и/или течение cами гнали его в нужном направлении.

Во время шторма парусный корабль в первую очередь рискует потерять паруса, которые рвет или уносит прочь ветром. При очень сильной штормовой качке и ураганной ветровой скорости, обрушивались мачты, увлекая вместе с собой весь [[ru.wp:Такелаж|такелаж]]; более того, в отчаянных ситуациях, команда сама рубила мачты, возвращая тем самым кораблю относительную устойчивость. В этом случае, потерявший управление корабль становился игрушкой течений — так как ветровое давление на корпус по определению, на несколько порядков меньше. Следовательно, задача сводится к тому, чтобы определить, существует ли течение, способное унести корабль, идущий по указанному легендой маршруту, на другую сторону Атлантики.

Попытку окончательно разрешить этот вопрос поставил себе английский историк Сэмюэл Моррисон в своем сочинении «Адмирал моря-океана, жизнь Христофора Колумба»; в результате чего надежно установил, что направления ветров и течений в этих местах никаким образом не могут отнести потерявший управление корабль к американским берегам{{sfn|Fritze|2009|p=73}}. Напрашивающееся возражение — не изменились ли они с XVI века опять же опровергается сохранившимися испанскими и португальскими лоциями, указывающими направления, не отличающиеся от нынешних.

Сплетни поутихли, впрочем — ненадолго. В 1982 году испанец Хуан Мансано вспомнил о старом португальском пути из [[ru.wp:Гвинея|Гвинеи]], т. н. volta de Mina, когда возвращаясь из Африки, корабль должен был повернуть западней, приблизительно к центру Атлантического океана, после чего попутные ветры и течения несли его назад, к Португалии{{sfn|Fritze|2009|p=73}}. Впрочем, и эта попытка наталкивается на весьма заметную трудность: Колумб в своих путешествиях никогда не пользовался течением volta de mina, и никогда не был в Гвинее.

Легенда о «неведомом штурмане», как несложно догадаться, была с одной стороны порождением зависти и клеветы, с другой — ее с охотой подхватили малообразованные люди, для которых возможность «теоретически» вычислить существование новой земли казалось пустым звуком, и факт переписки Колумба и итальянским астрономом [[ru.wp:Тосканелли, Паоло|Паоло Тосканелли]], и формулы расчетов (пусть и ошибочных) касательно того, как добраться в «Индию» морским путем, представлялись слишком мудреными и потому — лживыми. Здравый смысл подсказывал, что диковинные иксы и игреки — всего лишь средство, как сейчас бы сказали «навести тень на плетень». А на самом деле, Колумб украл у того, кто видел и щупал своими руками. Понятно, просто и зауми не требуется. Удивляться нечему: недоверие к теоретическому знанию было преодолено только в нашу эпоху повальной грамотности (да и то порой недостаточно). Еще в конце ХIX века не где-нибудь, а в ученой среде продолжали утверждать, что невозможно определить вес планет, в самом деле, на весы их не положишь!

== Методом «научного тыка»… ==
Несложно заметить, что многие теории, которые будут изложены далее объединяет одна черта. Из хроник (легенд, неких документов) известно, что некий мореплаватель (или некий народ) куда-то отплыл или где-то там бесследно исчез. Появлялась заманчивая возможность, что этим «куда-то (или где-то) там» был именно американский материк. Дело за малым — найти тому доказательства. Реальные или мнимые.

Другой возможностью, из раза в раз использовавшейся в старинных (а порой и в современных также!) научных и псевдонаучных теориях, была попытка обнаружить некое сходство между тем или иным народом Старого света и индейцами Америки. Сходство это чаще всего сводилось к сходному звучанию некоторых слов, реже — верованиям, обычаям и платью, после чего изобреталась теория, как искомый народ мог достичь американских берегов.

Основой знания в те времена была в первую очередь [[ru.wp:Библия|Библия]] и труды [[ru.wp:Отцы церкви|отцов церкви]], составлявшие в глазах людей начала [[ru.wp:Новое время|Нового времени]], ее естественное и несомненное продолжение. Вторым источником вдохновения были труди великих умов древности — [[ru.wp:Платон|Платона]], [[ru.wp:Аристотель|Аристотеля]], и прочих. Научная мысль пошла по привычной дороге.

Как уже упоминалось, вплоть до 1530 года, вопрос о происхождении американских индейцев как бы не существовал, или получал в научных работах своего века короткие и не слишком внятные ответы, опирающиеся единственно на «здравый смысл» или отрывочные рассказы мореплавателей, побывавших в «Западных Индиях». Американские «дикари» с точки зрения образованных европейцев не отличались от «дикарей» африканских или же азиатских, отрывочные сведения о которых уходили своими корнями в Средневековье, или того дальше — в античную древность. Полулитературные «дети лесов» рисовались образованным европейцам либо наивными и добрыми существами, не испорченными цивилизацией, живущими в гармонии с природой, либо злобными и кровожадными, не брезгующими трупоедством и каннибализмом.

=== Педро Мартир де Англерия и сказка о земле Офир ===
{| width="250px" align="left"
|
{| width="250px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Peter Martyr d'Anghiera03a.jpg|250px]]
|-
| Педро Мартир де Англерия. ''Генри Мейер «Педро Мартир де Англерия». - Гравюра. — 1825 г.''
|}
|}
Пожалуй, первым, кто — пусть в литературной, поэтической — форме поднял вопрос о том, откуда произошли эти наивные и добрые индейцы, не имеющие понятия ни о Боге, ни о дьяволе, ни об искушениях городской жизни — задал в своей «Новой интерлюдии» полузабытый ныне английский поэт Джон Рестелл (John Rastell, ок. 1519 г.). Вопрос остался без ответа, более того, никто даже не обратил на него внимания; и посему, первым, открывшим научную дискуссию о происхождении индейцев считается уже упомянутый нами Педро Мартир де Англерия. Его «Декады Нового Мира» составляют ни много ни мало четыре тома, первый из которых вышел в 1511, следующие два — пятью годами позднее, и наконец, заключительный — в 1530 г. Нам известно, что сведения свои Мартир получал из первых рук, в частности, одним из его информаторов был Мартин Фернандес де Энсисо, покоритель [[ru.wp:Дарьен (провинция)|Дарьена]], заклятый враг [[ru.wp:Нуньес де Бальбоа, Васко|Нуньеса Бальбоа]].

Соглашаясь с мнением (которое, как мы помним, он же приписал Колумбу), что Эспаньола — это Офир, и что по мнению Пинсона — одного из спутников Колумба, что «индейцы кочуют словно [[ru.wp:Скифы|скифы]]», Мартир высказал первую любопытную теорию о происхождении одного из (видимо, легендарных) племен Центральной Америки. Передавая рассказ все того же Фернандеса о том, как Нуньес Бальбоа якобы встретил на территории атлантического побережья нынешней [[ru.wp:Панама|Панамы]] чернокожих «индейцев», потомков некоей [[ru.wp:Эфиопия|эфиопской]] экспедиции, чей корабль потерпел крушение у этих берегов{{sfn|Huddleston|2015|p=6-9}}.
{| width="450px" align="right"
|
{| width="450px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Relief Map of Middle East.jpg|450px]]
|-
| Гавань Ецион-Гавер. Отсюда начинался путь в Офир.
|}
|}
Но что такое земля Офир, и почему Педро Мартир столь уверенно поместил ее на американский берег?

Откроем [[ru.wp:Третья книга Царств|третью книгу Царств]], где описана одна из экспедиций царя Соломона:
<poem>''Царь Соломон также сделал корабль в Ецион-Гавере, что при [[ru.wp:Эйлат|Елафе]], на берегу [[ru.wp:Красное море|Чермного моря]], в земле [[ru.wp:Идумеи|Идумейской]].''
''И послал Хирам на корабле своих подданных корабельщиков, знающих море, с подданными Соломоновыми;''
''и отправились они в Офир, и взяли оттуда золота четыреста двадцать [[ru.wp:Мина (единица измерения)|талантов]], и привезли царю Соломону.''</poem>
(Третья книга Царств, глава 9 ст. 26-28)

Продолжим чтение:
«''И корабль [[ru.wp:Хирам I Великий|Хирамов]], который привозил золото из Офира, привез из Офира великое множество красного дерева и драгоценных камней''.» (Третья книга Царств, гл. 10 ст. 11)

"''ибо у царя был на море Фарсисский корабль с кораблем Хирамовым; в три года раз приходил Фарсисский корабль, привозивший золото и серебро, и слоновую кость, и обезьян, и павлинов''.(Третья книга Царств, гл. 10 ст. 26-28).

Библейские указания достаточно лаконичны, и не слишком ясны для современного человека. Постараемся изложить их в более развернутой форме.

Итак, сколь мы можем судить по [[ru.wp:Пятикнижие|древнейшим книгам Библии]] (а также современным научным данным), древние евреи (чье имя чаще всего толкуют как «живушие за рекой <[[ru.wp:Евфрат|Евфратом]]>» изначально были кочевым скотоводческим народом, образом жизни сходным с современными арабскими [[ru.wp:Бедуины|бедуинами]]. Возможно, в составе пестрой орды «[[ru.wp:Народы моря|народов моря]]», еврейские племена вторглись в [[ru.wp:Древний Египет|Египет]], где осели на несколько столетий, многое переняв из местного образа жизни, философии и культуры. После того, как власть «народов моря» была свергнута, и страна вновь вернулась под управление египетских [[ru.wp:Фараон|фараонов]], еврейские племена покинули Египет, и, оставив позади [[ru.wp:Аравийский полуостров|Аравийский полуостров]], окончательно осели в [[ru.wp:Палестина|Палестине]] — древнем [[ru.wp:Ханаан|Ханаане]], превратившись в земледельческий народ.

Изначально пестрый набор соперничающих между собой племен под влиянием внешней угрозы постепенно объединился в единое государственное образование под властью царей [[ru.wp:Саул|Саула]], [[ru.wp:Давид|Давида]], и наконец, Соломона. Этот последний, считающийся величайшим из владык [[ru.wp:Израильское царство|Древнего Израиля]], задумался, среди прочего, над религиозной реформой. Дело в том, что как многие кочевые народы, евреи в прежние времена не имели определенных мест или храмов для поклонения своему божеству. Древний Бог Израилев, известный нам как «[[ru.wp:Саваоф|Саваоф]]» — «Господь Воинств», предпочитал для себя сравнительно небольшой переносной шатер (т. н. «[[ru.wp:Скиния|скинию]]»), где хранился «[[ru.wp:Ковчег Завета|Ковчег Завета]]» — ящик из древесины [[ru.wp:Акация|акации]], обложенный изнутри золотыми листами, где хранились «[[ru.wp:Скрижали Завета|Скрижали Завета]]» — [[ru.wp:Десять заповедей|Десять Заповедей]] праведной жизни, по преданию написанные рукой Бога.
{| width="600px" align="left"
|
{| width="600px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:PhoenicianTrade DE1.png|600px]]
|-
| Финикия, ее колонии и торговые пути финикийцев в Средиземном море.
|}
|}
В своей новой столице — [[ru.wp:Иерусалим|Иерусалиме]], когда-то силой оружия завоеванной у [[ru.wp:Иевусеи|иевусеев]], отец Соломона, царь Давид, задумался над тем, чтобы построить для грозного Бога Израилева Храм, соответствующий его величию. Однако, в тот момент, знамения, полученные от [[ru.wp:Левиты|жрецов]] были неблагоприятны для строительства — как всегда бывает в религиозных делах, традиция неохотно поддавалась изменению. Однако, идею отца твердо решил воплотить в жизнь царь Соломон.

Впрочем, осуществить проект, рисовавшийся воображению царя было непросто. Для строительства гигантского здания требовалось огромное количество драгоценных материалов, которые требовалось закупать в сопредельных странах. В частности, это были знаменитые [[ru.wp:Ливанский кедр|ливанские кедры]], [[ru.wp:Сандаловое дерево|красное дерево]], серебро, и конечно же, золото. Жители древнего Израиля никогда не были мореходным народом, и потому за помощью Соломон обратился к Хираму Великому — царю финикийских городов [[ru.wp:Сур (город)|Тира]] и [[ru.wp:Библ|Библа]]. Финикийцы были опытными моряками. В течение столетий их корабли вдоль и поперек освоили акваторию Средиземного моря, а также атлантическое побережье, причем маршруты их торговых путей пролегали вплоть до Англии («оловянных островов», где в обмен на средиземноморские товары закупался соответствующий металл, и — по некоторым данным — вплоть до «янтарных» полей Прибалтики. Когда-то нанятые на службу египтянами финикийские моряки впервые обогнули африканский континент, вернувшись в Египет с западной стороны.
{| width="450px" align="right"
|
{| width="450px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:Claude Lorrain 008.jpg|450px]]
|-
| Корабли Соломона. ''Клод Лоррен «Возвращение царицы Савской». - Холст, масло. - 1648 г. - Национальная галерея, Лондон''
|}
|}
Именно этих храбрых мореплавателей, взявших на борт купцов, и возможно, воинов из среды подданных Соломона, царь направил в некую загадочную страну Офир. Местоположение ее вплоть до настоящего времени служит предметом ожесточенных споров; из короткого библейского текста можно лишь сделать вывод, что это была без сомнения тропическая страна, богатая золотом и драгоценной древесиной. Известно, что после Соломона страна погрузилась в хаос гражданских войн. Лишь позднее, [[ru.wp:Иосафат|Иехошафат]], царь [[ru.wp:Иудейское царство|Иудеи]] (одного из государств, возникших на обломках империи Соломона), попытался повторить путь своего предшественника, но безуспешно, и дорога в Офир потерялась раз и навсегда.

Мартир де Англерия не оставил нам указаний, что побудило его отождествить загадочный Офир с американским континентом, однако, мы с достаточной уверенностью можем это сделать. Америка во времена [[ru.wp:Конкистадор|конкистадоров]] воспринималась в первую очередь как страна золота. Многие тонны драгоценного металла «золотая» и «серебряная» флотилия, принадлежавшие испанской короне сумели переправить на европейский континент, в результате чего испанские монархи надолго превратились в богатейших государей Европы.

По всей видимости, по мнению нашего исследователя, драгоценный металл добывали сами моряки, или же получали его у местного населения в обмен на некие товары. Это и служило хотя и шатким, но все же «доказательством». Офир — страна золота, Америка — страна золота. Значит, Офир — это Америка! Кроме того, на американском континенте в изобилии присутствуют благородные породы дерева, которые также могли быть использованы для строительства [[ru.wp:Первый храм|Первого Храма]].

Заметим, что Мартир де Англерия не останавливается на вопросе населенности своего гипотетического Офира, и вопросе о том, оставалась ли после ухода финикийских кораблей там некая колония, должная затем послужить ядром заселения пустынного континента, или быть, может, моряки смешивались с местными жителями, передавая им свои умения и навыки. Судя по всему, его это не интересовало. Зато в начале XVI века, о котором собственно идет речь, большинство ученых и богословов склонялось к тому, что загадочный Офир находился в Азии, в то время как «Новый Свет» почитался продолжением азиатского материка… так что теория казалась достаточно логичной и стройной.

Впрочем, у нее был один, более чем серьезный изъян. Если в точности следовать Библии, финикийцы начинали свой путь от побережья Красного моря<ref>В Библии «Ям-Суф» — тростниковое море. Отождествить его с «Черным» как пытаются делать уже вполне современные любители видеть то, чего нет, не получается никоим образом. Сходство имен существует исключительно по-русски. Кроме того, через Ям-Суф Моисей вел свой народ из Египта.</ref> Здесь находились города идумеев — племен, близких древним евреям по языку и обычаям. Гавань Ецион-Гавер в настоящее время отождествляется с т. н. «Фараоновым островом» (Джезират Фар‘ун) в [[ru.wp:Акаба (залив)|Эйлатском заливе]], на территории современной [[ru.wp:Иордания|Иордании]] — для начала пути в Америку позиция исключительно неудачная, так как «Хирамову кораблю» в этом случае пришлось бы обогнуть африканский континент, без какого на то логического основания. Плыть в Новый Свет было куда проще и быстрее из Средиземного моря, опять же, прекрасно знакомого финикиянам, изученного ими вдоль и поперек.

Впрочем, внимательный читатель заметит, что у Соломона было два корабля, второй из них — «Фарсисский» — находился в пути ни много ни мало, два года — вполне достаточно, чтобы при тогдашних скоростях добраться до Америки и вернуться назад. Судя по всему, речь идет о корабле, отправлявшемся из некоего финикийского порта, носившего имя «[[ru.wp:Фарсис|Фарсис]]» (библейское «Таршиш» תַּרְשִׁישׁ или «Таршиша» תַּרְשִׁישָׁה). Чаще всего этот город пытаются отождествить с финикийской колонией по имени [[ru.wp:Тартесс|Тарсесс]], которую [[ru.wp:|Страбон]] и Плиний располагают на побережье Испании. Менее вероятным предлагается отождествление «Фарсиса» с [[ru.wp:Тарсус|Тарсом]] в [[ru.wp:Малая Азия|Малой Азии]] (где, несколько веков спустя, появится на свет [[ru.wp:Апостол Павел|Апостол Павел]]), [[ru.wp:Сардиния|сардинским]] побережьем и даже [[ru.wp:Карфаген|Карфагеном]]<ref>Еще одна гипотеза состоит в том, что «фарсисский» в имени корабля относится не к порту приписки, но к технологии изготовления, и обозначает просто «тяжелый», или «прочный».</ref>. Однако, предположим, что Фарсис располагался на Средиземноморском побережье, откуда открывалась прямая дорога в Новый Свет. Но и здесь мы встречаемся с более чем серьезной проблемой: слоновую кость и павлинов, которые привозил с собой «фарсисский» корабль в Америке было не добыть никак. Посему, теория отклика не нашла и интереса к себе не вызвала. «Фарсисский» корабль, откуда бы он ни начинал свое путешествие, шел, по всей видимости, в Индию — где и слоны, обезьяны и павлины присутствовали в изобилии.

=== Гонсало Фернандес Овьедо и две его теории ===

==== Древние испанцы в садах Гесперид ====
{| width="500px" align="right"
|
{| width="500px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[File:MorThanFeastofAttila.jpg|500px]]
|-
| Пир Аттилы. По всей видимости, Овьедо сходным образом представлял себе короля Геспера. ''Тан Мор «Пир Аттилы.» - ок. 1870 г. - Холст, масло. - Венгерская национальная галерея. - Будапешт, Венгрия.''
|}
|}
6 сентября 1523 года корабль «Виктория», последний из флотилии [[ru.wp:Магеллан, Фернан|Магеллана]] вошел в [[ru.wp:Севилья|севильскую]] гавань. Несколькими годами позднее из печати выйдет первый отчет о плавании, составленный верным летописцем Магеллана [[ru.wp:Пифагетта, Антонио|Антонио Пифагеттой]], из которого образованные европейцы узнают, что американский материк (по крайней мере, в южной своей части) никак не связан ни с Азией, ни с Европой, но отделен от них огромными пространствами Атлантического и [[ru.wp:Тихий океан|Тихого]] океанов.

Педро Мартир де Англерия, о котором у нас шла речь в предыдущем разделе, сумеет застать это издание, но по всей видимости, будет уже слишком стар и болен, чтобы как-то отреагировать на новые открытия, не оставляющие от его теории камня на камне. Эстафету продолжит [[ru.wp:Фернандес де Овьедо, Гонсало|Гонсало Фернандес де Овьедо]] — писатель, историк и по совместительству крупный чиновник при дворе короля [[ru.wp:Фердинанд II (король Арагона)|Фердинанда-Католика]]. Всесторонне образованный, прекрасно знающий старинную и современную для своего века литературу, он успел побывать государственным нотариусом, чиновником инквизиции, и наконец, пербраться на [[ru.wp:Антильские острова|Антильские острова]], а затем и на материковую часть Америки, где последовательно занимал должности «писаря по рудникам» и «ревизора по переплавке золота», и наконец, в 1532 году был назначен официальным историографом Индий.

В отличие от своих современников, которых занимала «экзотика» новооткрытых земель (в частности конкистадор Педро Санчо в своем «Отчете о покорении [[ru.wp:Перу|Перу]]» (1534 г.) нашел нужным упомянуть, что «''жители сказанной провинции, как мужчины, так и женщины, весьма грязны, у них большие руки, да и сама провинция эта весьма велика''». Всех прочих авторов этих времен интересовали исключительно политический и экономический аспект использования новопокоренных земель, и пожалуй, Овьедо был первым, поставившим себе задачей изложить сведения об Индиях с точки зрения исторической науки. Его главный труд — «Всеобщая и естественная история Индий» в последнем издании (1944—1945 гг.) занимает ни много ни мало 14 томов убористого текста. Впрочем, при жизни автора из печати вышло только краткое изложение будущего многотомного опуса: «Сумма натуральной истории Индий» (1526 г.), и первый том собственно основного издания. Полностью работа Овьедо сумела увидеть свет лишь в 1851—1855 г., будучи напечатанной в [[ru.wp:Мадрид|Мадриде]], и пожалуй, именно этому автору впервые пришло в голову задаться вопросом, каким образом люди и животные оказались на столь отдаленном от Старого Света материке{{sfn|Huddleston|2015|p=15-16}}.

Бывший секретарь инквизиции, прекрасно осведомленный в религиозных вопросах, не мог не понимать, какую мину замедленного действия само существование Американского континента подвело под тысячелетний [[ru.wp:Теология|богословский]] фундамент. В самом деле, в те времена общепринятой точкой зрения было то, что человечество — без всяких исключений, произошло от [[ru.wp:Алам|Адама]] и [[ru.wp:Ева|Евы]], изгнанных из [[ru.wp:Эдем|Райского сада]] после известной [[ru.wp:Грехопадение|истории с яблоком]]. Во времена Овьедо райский сад уверенно располагали в [[ru.wp:Месопотамия|Месопотамии]]{{sfn|Huddleston|2015|p=9}}, в этих же местах была выстроена [[ru.wp:Вавилонская башня|Вавилонская башня]], и здесь же начал свою жизнь [[ru.wp:Ветхий Завет|ветхозаветный]] [[ru.wp:Ной|Ной]]. Уцелеть после [[ru.wp:Всемирный Потом|Всемирного Потопа]] могли только животные и люди, взятые им и его семейством в [[ru.wp:Ноев ковчег|Ковчег]], и после того, как воды потопа окончательно спали, из Ковчега, остановившегося на горе [[ru.wp:Арарат|Арарат]], двуногие и четвероногие пассажиры благополучно разбрелись в разные стороны. Не подлежало сомнению то, как они проникли в Азию, Африку, и даже не близлежащие острова. Люди могли доплыть туда на лодках, птицы — перелететь, звери — добраться вплавь или быть перевезенными вместе с поселенцами по какой-либо необходимости. Но каким образом те и другие смогли оказаться на американском континенте, ставшем доступным даже для цивизизованных европейцев лишь шестнадцать веков после Рождества Христова — объяснению не поддавалось.

Знаменитый [[ru.wp:Парацельс|Парацельс]], кстати говоря, живший также в [[ru.wp:Великие географические открытия|эпоху Великих Географических открытий]], предложил более чем рискованную теорию, что Господь создал двух Адамов в двух райских садах, соответственно в Старом и Новом Свете. Надо сказать, что столь смелое допущение, отдающее к тому же явной ересью, отклика в ученом мире не нашло{{sfn|Huddleston|2015|p=10}}. Столь же бессмысленным с теологической точки зрения послужила еще одна теория, будто Господь создавал людей прежде Адама, и потомки их превратились в американских индейцев. Отвергнув эти и подобные домыслы, Овьедо, как и полагается историку, поставил себе задачу, опираясь на великих мыслителей древности (раз уж Библия отказывалась ему помочь), разыскать ключ к загадке, и надо сказать, вышел из положения довольно своеобразным образом.
{| width="380px" align="left"
|
{| width="380px" style="text-align:center; background:#FFE4E1"
|-
| [[Файл:GardenHesperides BurneJones.jpg|380px]]
|-
| Сад Гесперид в воображении художника ''Эдвард Берн-Джонс «Сад Гесперид.» - ок. 1869-1873 гг. - Холст картон, масло, темпера, гуашь. - Гамбургский художественный музей. - Гамбург, Германия.''
|}
|}
Мода на пышные генеалогии и длинные списки [[ru.wp:Эпоним|эпонимических]] предков, начавшись еще в античности, даже сегодня не дает покоя многим амбициозным личностям. Еще древние греки производили имя города [[ru.wp:Микены|Микены]] от имени мифической прародительницы Микены и не менее мифического Микенея, римляне, желая связать свою сравнительно молодую цивилизацию с величественным миром греческих богов и героев, создали известное сказание об [[ru.wp:Эней|Энее]] — сыне [[ru.wp:Анхис|Анхиса]] и богини [[ru.wp:Афродита|Афродиты]], бежавшем из [[ru.wp:Троянская война|горящей Трои]], чтобы, конечно же, основать [[ru.wp:Рим|город на семи холмах]]. В дальнейшем эту моду подхватили средневековые хроникеры, так что в изложении Готфрида Монмоутского основателями [[ru.wp:Париж|Парижа]] и [[ru.wp:Тур (город)|Тура]] были соответственно греческий [[ru.wp:Парис|Парис]] — похититель [[ru.wp:Елена Прекрасная|Елены Прекрасной]], и [[ru.wp:Турн|Турн]], прославленный Овидием в качестве соперника великого Энея. Франция была обязана своим существованием Франку, сыну Энея, а Британия — ну конечно же, [[ru.wp:Брут Троянский|Бруту]] (не [[ru.wp:Марк Юний Брут|убийце]] [[ru.wp:Гай Юлий Цезарь|Юлия Цезаря]], но правнуку все того же Энея)<ref>http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/Tail/07.php</ref>. Мода на пышные [[ru.wp:Генеалогия|генеалогии]] в конечном итоге вылилась в откровенно анекдотические ситуации, в частности французские [[ru.wp:Герцог|герцоги]] Левисы полагали своим предком ветхозаветного [[ru.wp:Левий|Левия]] — к чьему роду, по их же мнению, относилась [[ru.wp:Богородица|Дева Мария]], и соответственно, сам Христос. Несколько менее амбициозный [[ru.wp:Барон|баронский]] род по фамилии Пон считал своим предком [[ru.wp:Понтий Пилат|Понтия Пилата]]. Существует полулегендарная история, как Левис встретившись с Поном предъявил ему распятие, и не без упрека заметил — вот видите, что ваш предок сделал с моим! Но это в порядке шутки<ref>http://www.e-reading.club/chapter.php/89000/13/Rat-Veg_-_Istoriya_chelovecheskoii_gluposti.html</ref>.

В 1498 году фра Якопо Анний де Виттербо, итальянец по происхождению, опубликовал в латинском переводе несколько древних текстов, оригиналы которых считаются утерянными. Жемчужиной его коллекции был труд античного философа и историка [[ru.wp:Берос|Бероса]], среди прочего, содержащий историю Вавилона со времен Ноя и его Ковчега. Чтобы читатель понял, о чем идет речь, остановимся на этом вопросе более подробно. Берос, или Беросс был по-видимому, [[ru.wp:Вавилон|вавилонским]] жрецом бога [[ru.wp:Бэл|Бэла]], жившим в III в. до н. э. Этот широко образованный человек, знакомый с [[ru.wp:Эллинизм|эллинистической]] философией и наукой, оставил после себя три книги на греческом языке, посвященных истории Вавилона. К сожалению, до нашего времени эти труды не сохранились, и известны лишь в отрывках и цитатах, которые приводятся у таких известных авторов как [[ru.wp:Иосиф Флавий|Иосиф Флавий]], [[ru.wp:Евсевий Кесарийский|Евсевий Кесарийский]] и т. д. Именно труд Бероса якобы положил в основу своего сочинения Анний де Виттербо; однако шитая белыми нитками подделка, полная мифических генеалогий стран и правителей Нового Времени настолько явно бросалась в глаза, что многие современники итальянца категорически отказали этому труду во всяком доверии. Однако, соблазн приписать своей стране или своему народу прославленных предков, которые щедро предлагал фальсификатор был слишком велик, и посему, предложенная им мифология упорно не желала умирать, благополучно просуществовав в качестве ссылок и цитат едва ли не до XVIII века. Именно к этому — не слишком надежному автору в поисках ответа на свой вопрос обратился Овьедо.

В полном согласии с буквой этого сочинения, ему виделся Ной — философ и ученый, преподавший своим сыновьям [[ru.wp:Сим|Симу]], [[ru.wp:Хам|Хаму]] и [[ru.wp:Иафет|Яфету]], прежде чем позволить им удалиться прочь и стать предками тех или иных народов, основы судостроения и астрономии. [[ru.wp:Мицраим|Мицраим]], сын Хама, пращур египтян, был магом и дьяволопоклонником. Со своей стороны, [[ru.wp:Фувал|Тубал]], пятый сын Яфета, обосновался в будущей Испании, начав собой длинную чету мифических королей этой страны<ref>https://books.google.ca/books?id=mfw4AsSstmgC&dq=kings%27+list+spain+Tubal&hl=fr&source=gbs_navlinks_s</ref>, среди которых были столь явные эпонимические личности как Иберо, Испало, и наконец, Геспер или Гесперо, которого Фернандес де Овьедо, вслед за мистификатором, полагает двенадцатым по счету монархом, правившим около 1658 г. до н. э.<ref>https://books.google.ca/books?id=vQdyHIKrqJYC&pg=PA198&dq=king+hesper+of+spain&hl=fr&sa=X&ved=0ahUKEwjgwbPhx-7LAhUKvIMKHWc4DZEQ6AEIKzAC#v=onepage&q=king%20hesper%20of%20spain&f=false</ref>{{sfn|Huddleston|2015|p=18}} По мнению автора, древние испанцы (которых автор представляет в качестве варваров и пьяниц) во времена его правления открыли путь в Индии, которые в честь своего государя назвали Гесперидами. Позднее, когда цивилизация древней Испании пришла в упадок, путь на Геспериды был забыт, и остался единственно в греческой мифологии в качестве скрытых от смертных на далеком Западе садов, где произрастают золотые яблоки.

Соответственно, заключает автор, Индии являются законным владением испанской короны, и Бог озаботился тем, чтобы после многих столетий забвения, вернуть их законному владельцу — думаю, вы догадались, читатель, что ради этого вывода и была написана вся книга с начала и до конца.

Надо сказать, что подобная теория не вдохновила даже самих испанцев, и продолжения себе не имела. От американских «Садов Гесперид» не оставил камня на камне [[ru.wp:Колумб, Фернандо|Фердинандо Колумб]] — сын великого мореплавателя, вполне логично доказав, что [[ru.wp:Геспер|Геспер]] — греческое имя Вечерней Звезды (планеты [[ru.wp:Венера|Венеры]]), ни к Америке, ни к индейцам отношения не имеющее. Несомненно, «''опровергать подобные научные нелепости значит делать им слишком много чести''», но мы все же займемся этим, хотя бы потому, что на основании подобных или сходных с тем методов, продолжают выходить бесконечные маргинальные теории, ценой своей не превосходящие бумаги, на которой написаны.

Проверка любой научной или ненаучной теории «на прочность» начинается всегда с проверки самих фактов, на которых она основана. В данном случае, лже-Берос по всей видимости, положил в основу своего творения известные в то время «[[ru.wp:Хроника Альбельды|Хронику Альбельды]]» а также «Историю свевов» [[ru.wp:Исидор Севильский|Исидора Севильского]]. Проследуем за этими авторами.
 
{{начало цитаты}}
Испания, которая сначала называлась Иберией по реке [[ru.wp:Эбро|Ибер]], впоследствии стала называться Испанией от Испала. Она же зовётся Гесперией от Геспера, западной звезды. Она расположена между Африкой и [[ru.wp:Франция|Галлией]], ограничена с севера [[ru.wp:Пиренеи|Пиренейскими горами]] и со всех сторон окружена морем в прочих частях. Она богата всеми видами плодов и изобилует множеством драгоценных камней и металлов.
{{конец цитаты|источник=[[ru.wp:Хроника Альбельды|Хроника Альбельды]] III. Описание Испании.}}

{{начало цитаты}}
Поскольку ты просил послать тебе рассказ о происхождении [[ru.wp:Готы|готов]], испанцев, [[ru.wp:Свевы|свевов]], [[ru.wp:Вандалы|вандалов]] и [[ru.wp:Аланы|аланов]] и о том, кто Испанией правил, то мы эту часть извлекли и можем, по возможности, кратко описав, твоей милости объяснить. Как свидетельствует [[ru.wp:Библия|Священное Писание]], три было сына у Ноя, а именно Сим, Хам и Иафет, и происшедший от них человеческий род распространился по всем частям света, то есть по Азии, Европе и Африке. Сыновья Сима вместе с сыновьями Иона, сына Ноя, который родился после потопа, завладели северной частью, а именно Европой, сыновья Хама населили южную, то есть Ливию, или Африку, а позже насильственно вторглись в землю [[ru.wp:Ханаан|Ханаан]] в Азии. Иафет же родил сыновей Магога, Тубала и других. Считается, что от Магога произошли готы, а от Тубала — испанцы и италийцы. Первым царем Испании был Испан (Hispanus), который основал знаменитый город, по его имени названный [[ru.wp:Севилья|Гиспалисом]] (Hispalis), и в нем основал свою столицу; от его имени и Испания получила свое название. Говорят также, что она от реки Ибер стала называться Иберией и от звезды Геспер — Гесперией.
{{конец цитаты|источник=[[ru.wp:Исидор Севильский|Исидор Севильский]] «История свевов».}}

Начнем с того, что никаких «древних испанцев» в указанное время еще не существовало и существовать не могло. Испанская нация в том состоянии, в каком она существует сейчас, начнет складываться уже в Римское время, когда древние народы, постепенно романизируются, смешавшись с италийскими пришельцами. Предшественники испанцев на [[ru.wp:Пиренейский полуостров|Пиренейском полуострове]] были [[ru.wp:Иберы|иберы]] — народ не-[[ru.wp:Праиндоевропейский язык|индоевропейского]] происхождения, который в современности пытаются сблизить с [[ru.wp:Баски|басками]]. Именно от них, а не от мифического предка страна получила свое древнее наименование.

Что касается Геспера, имя это греческого происхождения, в современности его возводят к индоевропейскому корню *wes-pero — «вечер» или «ночь». Подобным образом греки именовали бога Вечерней Звезды (современной Венеры). [[ru.wp:Геспериды|Геспериды]] в согласии с греческим же мифом — нимфы, дочери Геспера. [[ru.wp:Гея|Гея]], богиня Земли, в качестве подарка на свадьбу верховных божеств [[ru.wp:Зевс|Зевса]] и [[ru.wp:Гера|Геры]], вырастила чудесное дерево, приносящее золотые плоды. Чтобы обезопасить столь драгоценный дар, Зевс поместил его на крайний запад, в чудесный сад, где его вечными охранительницами стали Геспериды-певицы. Добыть и принести в мир смертных золотые яблоки Гесперид стало одиннадцатым подвигом [[ru.wp:Геракл|Геракла]]. Геспером греки называли Италию, представлявшую для них крайний запад, [[ru.wp:Древний Рим|римляне]] позднее перенесли это наименование на Испанию.

Вот собственно и все. Таким образом, даже если мы на минуту представим, что «король Гесперо» существовал на самом деле, следующие детали полностью отсутствуют в источниках и были сочинены самим автором теории:
# Что «древние испанцы» (то есть иберы) II тысячелетия до н.э. были мореходным народом.
# Что они были столь сведущи в морском деле, чтобы управлять кораблем в открытом море.
# Что им удалось достичь Америки.
# Что неведомые земли назвали «Гесперидами». Последний пункт смотрится еще более странно, так как «-ида» — греческий суффикс, обозначает «дочь такого-то». К примеру, Елена Прекрасная зачастую звалась Тиндаридой, то есть «дочерью [[ru.wp:Тиндарей|Тиндарея]]», но ни в одном из сочинений, как известных во времена Овьедо, так и опубликованных позднее, «-ида» не использовался для названия страны.
# Что свой миф греки позаимствовали у иберов, основательно его исказив.

Таким образом, перед нами «теория», в которой довольно скудная фактологическая основа дополняется прихотливыми построениями автора, заимствованными исключительно из его собственной фантазии, и поверьте мне, дорогой читатель, в современности, таких прихотливых построений, чья научная ценность равна нулю, меньше не стало. К сожалению, никто и никогда не отменит для нас необходимости самостоятельно проверять фактологическую основу, и только тогда делать вывод об истинности или же ложности всего построения.

==== Посланцы древнего Карфагена ====
Вторая теория, которую сам Овьедо считал «вспомогательной», в отличие от Садов Гесперид нашла куда больший отклик в ученой среде, и вплоть до настоящего времени никем не была ни окончательно доказана, ни окончательно отвергнута. Расскажем о ней подробнее.

Со времен древности до нас дошел рассказ «О диковинах», обычно приписываемый Аристотелю. Впрочем, касательно авторства, среди ученых нет единого мнения, так как в те далекие от нас времена подобного понятия в современном его понимании еще не существовало, и малоизвестные, а порой и вовсе неизвестные авторы имели обыкновение ставить на свои опусы имена великих мыслителей прошлого, желая таким образом привлечь внимание к своим творениям. Если в современности подобное полагалось бы подделкой, в то время полагалось подвигом самоотверженности, так как реальный автор обрекал себя на забвение, даря при том же бессмертие своей работе.

До нашего времени во многих списках дошли произведения лже-Аристотеля, лже-[[ru.wp:Гиппократ|Гиппократа]], и а также подделок под многих других менее известных авторов, причем для исследователей бывает непросто с полной уверенностью ответить на вопрос, действительно ли то или иное произведение принадлежит перу того, чье имя стоит на заглавной странице. В этом случае мы имеем дело именно с таким трудом, который, среди прочего, дошел до нас не в первоисточнике, но в виде отрывков и цитат у более поздних авторов. Впрочем, не будем больше испытывать терпение читателя, и процитируем искомый отрывок:
{{начало цитаты}}
Передают, что в море за [[ru.wp:Геркулесовы столбы|Геракловыми Столпами]] [[ru.wp:Карфаген|карфагеняне]] обнаружили необитаемый остров, полный всевозможной растительности, полноводных рек, пригодных для навигации, изобилующий удивительными плодами; (остров этот находится) на расстоянии многих дней плавания. Поскольку между карфагенянами часто возникали столкновения из-за обладания столь счастливым местом, — пока там никто не поселился, карфагенские власти распорядились, чтобы всякий намеревающийся туда отправиться был приговорён к смерти; а также умерщвлены все там уже побывавшие, чтобы предотвратить массовое переселение на остров, дабы не было соперников карфагенскому владычеству и могуществу.
{{конец цитаты|источник=[[ru.wp:Псевдо-Аристотель|Псевдо-Аристотель]] «О диковинах»}}

Было отмечено, что Овьедо, пересказывая источник своими словами, не слишком сильно отдалился от него, дописав лишь несколько мелких деталей, так карфагенские купцы у него оказались на океанском просторе, двигаясь через Гибралтар, остров был «весьма велик» и населен «дикими и иными зверями». Сам Овьедо полагал, что речь в у Псевдо-Аристотеля без сомнения шла о Кубе или Эспаньоле, хотя затруднялся с точностью ответить на вопрос, вернулась ли целиком домой карфагенская экспедиция, или часть ее осталась на острове, пополнив собой население, и растворившись среди «древних испанцев» (иберов){{sfn|Huddleston|2015|p=18-19}}.

Предположение вызвало оживленную дискуссию среди образованной публики, впрочем, не всегда доброжелательную. Так Фернандо Колумб, усмотрев в подобных измышлениях попытку покуситься на приоритет своего отца в открытии Нового Мира, со всем пылом атаковал построения Овьедо, указав, что тот, не зная греческого языка, и пользуясь плохим переводом, упустил из вида множество важных деталей. В частности, в греческом оригинале, автор откровенно сомневаяется в правдивости этой истории, предваряя ее замечанием: «Говорят, будто…»{{sfn|Huddleston|2015|p=19}}.

Кроме того, задает риторический вопрос Фернандо Колумб, как могло случиться, что столь плодородный и удобный для жизни остров остался необитаемым? И зачем было убивать первопроходцев, если другая мореходная нация могла столь же случайно наткнуться на этот остров и заселить его? Не разумней было бы карфагенцам первыми создать колонию и закрепить столь благословенную землю за собой? Кроме того, не стоит забывать, что Куба и Эспаньола не подходят под описание — на них нет ни полноводных рек, ни диких зверей. Конечный вывод Колумба-младшего был суров — беспочвенная фантазия и чушь{{sfn|Huddleston|2015|p=19}}.

=== Десять пропавших колен Израилевых ===
Следующую по времени гипотезу выдвинул датский теолог Иоганн Фридрих Люмниус. В своем сочинении «О страшном суде Божием и призвании индейцев» (ок. 1569 г.) он отстаивает мнение, что индейцы являются прямыми потомками десяти пропавших племен (или на библейский манер — «колен» Израилевых, судьба которых до нынешнего времени остается предметом научных споров<ref>https://books.google.ca/books?id=GhnjmZpSLwAC&pg=PA3&dq=origin+of+indians&hl=fr&sa=X&ved=0ahUKEwiVkfuc_-vLAhVGroMKHUhuD1AQ6AEIMzAC#v=onepage&q=origin%20of%20indians&f=false</ref>.

Откроем Библию еще раз.

<poem>''В двенадцатый год [[ru.wp:Ахаз|Ахаза]], царя [[ru.wp:Иудейское царство|Иудейского]], воцарился [[ru.wp:Осия (царь Израиля)|Осия]], сын Илы, в [[ru.wp:Самария|Самарии]] над [[ru.wp:Северно-Израильское царство|Израилем]] [и царствовал] девять лет''.
''И делал он неугодное в очах Господних, но не так, как цари Израильские, которые были прежде него''.
''Против него выступил [[ru.wp:Салманасар V|Салманассар]], царь [[ru.wp:Ассирия|Ассирийский]], и сделался Осия подвластным ему и давал ему дань''.
''И заметил царь Ассирийский в Осии измену, так как он посылал послов к Сигору, царю Египетскому, и не доставлял дани царю Ассирийскому каждый год; и взял его царь Ассирийский под стражу, и заключил его в дом темничный. И пошел царь Ассирийский на всю землю, и приступил к Самарии, и держал ее в осаде три года''.
''В девятый год Осии взял царь Ассирийский Самарию, и переселил Израильтян в Ассирию, и поселил их в Халахе и в Хаворе, при реке Гозан, и в городах [[ru.wp:Мидия|Мидийских]].''</poem>
(IV Царств, гл. 17, ст. 1)

<poem>''Когда стали грешить сыны Израилевы пред Господом Богом своим, Который вывел их из земли Египетской, из-под руки фараона, царя Египетского, и стали чтить богов иных,''
''и стали поступать по обычаям народов, которых прогнал Господь от лица сынов Израилевых…''</poem>
(IV Царств, гл. 17, ст. 7)

<poem>''И прогневался Господь сильно на Израильтян, и отверг их от лица Своего. Не осталось никого, кроме одного [[ru.wp:Колено Иудино|колена Иудина]].''</poem>
(IV Царств, гл. 17, ст. 18)

Вновь поясним современному читателю библейский текст. Изначально поселившись на землях древнего Ханаана, двенадцать племен израилевых, имена которых безвестные авторы Библии возводят к их прародителям: двенадцати сыновьям и внукам праотца Иакова (Ефрему, Дану, Вениамину, Иуде и т. д.) племена эти были сравнительно независимы, находясь под управлением выборных глав или судей — «шофетим» (ивр. שופטים‏). Постоянная угроза со стороны филистимлян — одного из самых сильных соседних народов, поставивших израильские племена буквально на грань уничтожения, заставила древних евреев в конечном итоге объединиться в одно государство под эгидой светского царя. Однако, Саул царствовал сравнительно недолго, и погиб в одном из боев против филистимских захватчиков, а его преемники — Давид и Соломон, выходцы из племени иудина, совершили ошибку, характерную для многих властителей того времени, поставив собственное племя в привилегированное положение по отношению к остальным (так, по некоторым данным, Соломон даже освободил иудеев от уплаты государственных налогов). Ситуация эта особенно осложнялась тем, что Соломон, в согласии с распространенной в древневосточных монархиях системой, дополнял денежные взыскания тяжелой системой подневольного труда на строительстве городов, прокладывании каналов и прочей тяжелой работе, куда насильственным образом мобилизовалась каждый год шестая часть населения страны.

Все это не могло не вызвать скрытого, а позднее и явного антагонизма между Севером и Югом, закончившегося при Соломоне чередой открытых мятежей, которые удалось подавить с немалым трудом.

Один из таких мятежников — Иеровоам из племени Ефрема, после разгрома бежал в Египет и был более чем благосклонно принят фараоном Шешонком I, давно вынашивавшем планы ограбления богатого Израильского царства. Впрочем, при жизни Соломона эти тенденции оставались скорее в латентном состоянии, и вышли наружу окончательно после воцарения его сына Ровоама. Как рассказывает Библия, сразу после своего воцарения, это юный неопытный монарх, должен был в согласии с обычаем, отправиться в Сихем, чтобы там принять клятву верности от старейшины, представляющего северные племена. Здесь его ждал неприятный сюприз: в качестве своего представителя северяне не нашли лучшим выдвинуть никого иного как мятежника Иеровоама. Впрочем, этот египетский ставленник изначально казался настроенным достаточно миролюбиво. Заверив юного царя, что северяне вполне готовы ему повиноваться, он выдвинул для того единственное условие: отмены части налогов. Опытные советники, доставшиеся Ровоаму «по наследству» от его отца, пытались сколь то было в их силах склонить царя к уступкам; но, как не раз случалось в истории, в юнце взыграла гордыня, и он, полагая для себя унизительным уступить в подобной просьбе, высокомерно ответил северянам, что в наказание за подобную дерзость, количество налогов будет увеличено.

Переговоры после этого немедленно прервались, Иеровоам и его свита покинули Сихем, после чего весь Север взялся за оружие. Юный царь, все еще не понимая серьезности положения, обрадовался возможности одержать легкую победу и силой принудить мятежников к повиновению. Чтобы еще более унизить их, он не додумался ни до чего лучшего, как поставить во главе своих карателей Адонирама — сборщика налогов, своей жестокостью возбуждавшего общую ненависть. Впрочем, он явно переоценил свои силы. Царские войска были разбиты наголову в первом же бою, и сам Ровоам едва сумел спастись бегством, чтобы скрыться за неприступными стенами Иерусалима.

Вслед за этим государство Давида и Соломона уже окончательно распалось на две половины: Северную (известную также как Северо-Израильское царство) и Южную — собственно Иудею, где с представителями одноименного племени осталась только часть колена Вениаминова. Ровоам, упорно не желая признать своего поражения, собрал очередное войско и ситуация закончилась бы полноценной гражданской войной, не вмешайся в последний момент пророк Самей. Именем Бога он сумел остановить резню, однако, последствия раскола преодолеть было уже невозможно. На развалинах империи Соломона возникло два слабых государства, беспрестанно враждовавшие друг с другом.

Когда еще было сказано, что «дом разделенный выстоять не может», но и в древности и в современном мире многим это еще невдомек. Последствиями раскола, как и следовало ожидать, воспользовался в первую очередь египетский Шешонк. Напав на оба государства, он изрядно опустошил их территорию. Чтобы избавиться от него, Ровоам вынужден был отдать египтянину сокровища Иерусалимского храма, вплоть до того, что со стен были сняты золотые щиты, установленные когда-то Соломоном, а на их место ничтожный сын великого отца приказал установить другие — из золотистой меди. Кого он хотел таким образом обмануть — непонятно, зато навсегда покрыл себя позором в глазах и современников и потомков. Со своей стороны, царь Израиля, Иеровоам, желая совершенно разорвать все связи с прежней столицей и прежней династией, распорядился основать новые храмы в городах Вефиле и Дане, должные заменить для его подданных привычное паломничество в Иерусалим.

Мы не будем здесь останавливаться на долгом соперничестве двух царств, каждое из которых желало покорить соседа, и не гнушалось призвать для этого на помощь внешних врагов. В частности, Израиль призвал к себе в союзники властолюбивого царя Дамаска, в результате чего тот полностью подчинив себе северное царство, заставив Иудею платить ему дань. Южане в свою очередь пытались опереться на помощь Ассирии — хищника еще более опасного и непредсказуемого. Осия, сын Илы, был последним израильским царем, по сути дела, узурпатором на троне, убившим законного монарха — Фокея, и занявшим его трон. Несколько лет он исправно платил дань Ассирии, затем, вновь заручившись поддержкой Египта и Дамаска, где как раз начиналась война против ассирийских захватчиков, он попытался освободиться сразу от всех.

Начинание это потерпело полный крах. Разгромив дамаскскую армию, ассирийский царь Салманассар полностью подчинил себе израильское царство за исключением его сильно укрепленной столицы, которой подступил с осадой в 724 году до н. э. Смерть помешала ему довести начатое до конца, однако, его сын, Саргон II благополучно завершил дело отца, в 722 году до н. э. взяв и разрушив израильскую столицу. Иудея выстояла лишь потому, что признала себя вассалом ассирийцев, обязавшись платить им ежегодно тяжелую дань. Пройдет время, и южное царство также исчезнет, однако, сейчас этот более поздний период не будет нас интересовать.

По обычаю своей страны, царь Саргон полностью переселил десять северных племен на территорию Ассирии. Библия довольно точно называет место ссылки — северная часть Месопотамии (ассирийские провинции Халах и Хавор, которые пересекала бурная река Гозан — бурный приток Евфрата.

Открытие Нового Света произвело эффект разорвавшейся бомбы в среде ученых и богословов того времени — в самом деле, о новом народе в Библии не было ни единого слова. Более того, ему просто неоткуда было взяться. Ну посудите сами, в течение веков полагалось, что все народы (читай: известные древним), являются потомками троих сыновей Ноя: Хама (праотца черных африканских племен), Яфета — породившего белую расу и наконец, Сима, предка евреев, арабов и прочих семитских народов. При небольшом напряжении фантазии, к тому же Симу удавалось «пристегнуть» китайцев, монголов, и прочих представителей «желтой расы», но для американских индейцев места решительно не находилось{{sfn|Fritze|2009|p=30}}.

Кое-кто уже спешил объявить, что обитатели Нового Света вообще не относятся к человеческой расе, это всего лишь высокоразвитые животные, по какому-то недоразумению внешне похожие на обитателей Старого Света. Эта псевдонаучная теория с легкостью была подхвачена теми, кому ну очень хотелось заполучить в свое распоряжение дешевую рабскую силу, не испытывая при том особых угрызений совести. Ничего удивительного,
теория «неполноценных народов» (полов, возрастов… нужное подчеркнуть) стара как мир. Объяви того, кого хочешь превратить в раба неполноценным по факту рождения, и дальше — совесть твоя чиста, и деньги в кармане.<ref>Дело дошло до того, что к спору вынужден был подключиться папа Римский Павел III, буллой Sublimis Deus («Бог Всевышний…», 1537 г.) официально подтвердив, что индейцы являются человеческими существами «способными к восптиятию католической веры». На рабовладельцев это произвело не слишком большое впечатление.</ref> Другие, не менее горячие головы, противореча самой Библии, готовы были допустить, что Господь имел в своем распоряжении два эдемских сада, соответственно для народов Старого и Нового света. Короче говоря, фантазия била через край и неразбериха достигла апогея, когда в общем хоре беспочвенных спекуляций и гаданий, в 1590 году вдруг прозвучал голос Хосе де Акоста, монаха иезуитского ордена, предположившего, что американские индейцы суть азиаты, перешедшие на свой континент по некоему сухопутному мосту, в древности соединявшему два континента. Смелая мысль! По сути своей, Акоста на 350 лет опередил свое время. В течение следующих веков гипотеза «сухопутного моста» оставалась подвешенной в воздухе — у науки не было данных ни для того, чтобы ее подтвердить, ни чтобы окончательно опровергнуть.

Что касается самих индейцев, у них также не было единого мнения на этот счет. Наряду с легендой о том, что в давние времена предки краснокожих пересекли «Великую Воду» на спине гигантской черепахи противопоставлялись другой легендарной традиции, нашедшей себе отражение, к примеру, в священной книге гватемальских туземцев «Пополь-Вух». Согласно этой, второй, точке зрения, предки ниоткуда не приходили. Они здесь же, на американской земле были созданы богами, и здесь же благополучно существуют до сих пор.

Остановимся на несколько минут. Смеяться над прошлым несложно, другое дело, что поступая таким образом, мы забываем, что пройдет не так уже много лет, и потомки будут столь же весело потешаться над нашим с вами непроходимым невежеством. Время идет, и конечно, мы узнаем что-то новое. Однако, стоит повторить известную истину: любая гипотеза, сколь ошибочна бы она ни была, при условии честности того, кто ее выдвинул всегда несет в себе некое здравое зерно. Начиная разговор о долгом поиске, касавшемся вопроса происхождения американских индейцев, давайте взглянем на ситуацию глазами людей XVI века. Философия науки — есть такая интересная дисциплина — говорит нам о том, что во все времена и на всей земле ученые или иные хранители знания свято убеждены, что основы мироздания поняты ими раз и навсегда. Да, конечно, какие-то новые открытия делаться будут, но это касается исключительно периферии, утверждения неких спорных моментов. А «центральная» так сказать, истина (или как ее чаще называют «ядро») уже установлена раз и навсегда и сомнению не подлежит. Здесь же, на глазах рушились сокровенные устои, заведанные даже не прадедами, а пращурами на сотни поколений вглубь. Рушилась привычная картина мира, построенная на Библии и учении Аристотеля и Платона, которое в течение тысячи лет, со времен падения Римской империи казалось незыблемым и не подвластным никаким переменам. Ошарашенное поколение первого века Новой Эры оказалось в самом буквальном смысле, на пепелище прошлого, всю умственную картину мира приходилось строить заново. Было отчего потерять голову!

Возможных выходов в подобных ситуациях обычно два. Это либо попытаться каким-то образом вписать новые факты в привычную картину (и на этом благополучно успокоиться), либо — набравшись смелости зачеркнуть прежние знания и начинать все с нуля. Пройдем этот путь вместе с молодой в то время наукой. По сути дела, вопросов также было два. '''Первый''': каким образом индейцы вообще смогли оказаться на материке, добраться до которого даже «высокоцивилизованные» европейцы смогли не ранее чем через 16 веков после Рождества Христова. Сухопутного пути нет (о его прежнем существовании, как было уже сказано, узнают очень нескоро). Значит, оставались корабли? И надо было искать некий достаточно опытный в мореходном отношении древний народ, способный пересечь океан, и основать колонию на необитаемой земле. Потомки этого народа, соответственно, одичали, забыли свое прошлое и стали тем, кого ныне встречали «отважные мореплаватели». '''Второй вопрос'''. Откуда в Новом Свете взялись такие мощные империи, как ацтекская, майянская или инкская? (Молчаливо подразумевалось, что сами «дикари» до этого додуматься были не в состоянии). Предположим, что местное население каким-то образом «самозародилось» в этих местах (или временно отставим этот вопрос в сторону), «некто» же посетил Америку ранее Колумба, и научил аборигенов уму-разуму? Итак, поиск пошел именно по этим направлениям.

== Беженцы с гибнущей Атлантиды ==
Все, что нам известно о мифической (или все же реальной?) Атлантиде, почерпнуто, по сути дела, из двух диалогов Платона «Тимей» и «Критий». Обратимся к первому, содержащему интересующую нас информацию.

''Через море это в те времена возможно было переправиться, ибо еще существовал остров, лежавший перед тем проливом, который называется на вашем языке Геракловыми столпами. Этот остров превышал своими размерами Ливию и Азию, вместе взятые, и с него тогдашним путешественникам легко было перебраться на другие острова, а с островов — на весь противолежащий материк (…) Hа этом-то острове, именовавшемся Атлантидой,''
''возникло удивительное по величине и могуществу царство, чья власть простиралась на весь остров, па многие другие острова в на часть материка, а сверх того, по эту сторону пролива они овладели Ливией вплоть до Египта и Европой вплоть до Тиррении (…) Позднее, когда пришел срок для невиданных землетрясений и наводнений, за одни ужасные сутки вся ваша воинская сила была поглощена разверзнувшейся землей; равным образом и Атлантида исчезла, погрузившись в пучину . После этого море в тех местах стало вплоть до сего дня несудоходным и недоступным по причине обмеления, вызванного огромным количеством ила, который оставил после себя осевший остров''.<ref>Платон «Тимей». Перевод С. С. Аверинцева</ref>

Диалоги Платона были прекрасно знакомы европейцам позднеатничной и средневековой эпох, по выполненному в IV веке переводу на латинский язык. Едва лишь перед образованными людьми того времени встал вопрос о происхождении американских индейцев, нашлись желающие приписать им «атлантическую» родословную. Сделал это не кто иной как Франсиско Лопес де Гомара (1511- ок. 1566 гг.), секретарь Кортеса, автор, благодаря которому до нашего времени дошла история завоевания и колонизации нового континента. Как видите, начало у теории было вполне солидное, начатое исследователем к авантюрам и вымыслам не склонным. И сама доказательная база для того времени была вполне допустима: Лопес брал за основу то, что «вода» в ацтекском языке обозначается словом «atl» — не могло это быть связано с Атлантидой, островом, добраться от которого до американского континента можно было только по воде?

Ох уж эти языковые сходства! С первого взгляда, аргумент кажется очень весомым — ну недаром же такое поразительное совпадение? Однако, отвлечемся сейчас от уровня знаний XVI века и оценим ситуацию с точки зрения современной лингвистики. Недаром был изобретен известный афоризм что «дьявол прячется в деталях», ошибочные или скороспелые выводы всегда строятся на том, что исследователь не знает (как в нашем случае) или — что куда серьезней — сознательно замалчивает то, что противоречит его теории. В данном случае был проигнорирован более чем серьезный факт: «Атлантида» (точнее, «Атлантис» (Ἀτλαντὶς) есть ''греческое'' название этой земли. Разница очень серьезная. Давайте будем руководствоваться подобной же логикой и возьмем, к примеру, имя, которым в русском языке обозначается один из малых финноязычных народов — «водь». Поразительно похоже на «вода»! Эдак какой-нибудь умник на подобной основе заключит, что русские — на самом деле финны, а Россия — бывшая колония Финляндии, поселенцы из которой прибыли на свою нынешнюю родину по воде. Ведь подобное сходство даром существовать не может, верно? Однако, все сомнения рассеиваются как дым, если посмотреть на подлинное название народа на их родном языке — вадьялайн<ref>http://portal.do.mrsu.ru/info/ethnics/?ELEMENT_ID=836</ref>. Общего, как видите, не слишком много. По сути дела, мы сталкиваемся с очень известным процессом: искажением слова, заимствованного в другой язык. Человек подсознательно всегда пытается «подогнать» непонятное к понятному и привычному, лингвистам этот процесс хорошо знаком под именем «народной этимологии». Подобный ход мыслей когда-то превращал в солдатской речи генерала Барклая-де-Толли в «Болтай-да-и-Только». В самом деле, что-то общее имеется! В случае, когда речь идет о географических названиях ситуация может стать еще серьезней, не будем забывать, что Дойчланд в русском языке превращается в «Германию».

Посему, пока не доказано что Атлантида существовала и и на своем языке атланты называли свою страну именно таким образом — окончательное решение принято быть не может. Мы оказываемся в ситуации — может быть да, может быть нет. Рано! Поиск следует продолжать. Ошибка подобного рода была простительна для исследователя XVI века, в котором наука лингвистика была еще в пеленках, однако смешно, когда идеи с подобной доказательной основой пытаются воскресить уже в наше время, и более того, находятся желающие этому верить.

Однако, заметим, что идею Лопеса даже в его время приняли достаточно критически. Основания для подобного отношения были уже тогда: она опирается на цепь ничем не подтвержденных догадок. Начнем с того, что никем и никогда (вплоть до настоящего времени) еще не было доказано, что Атлантида существовала на самом деле. Далее, для того, чтобы версия приобрела хоть какую-то основу, следовало также найти указания, что атланты совершали плавания к американскому континенту (следы их пребывания там?). И наконец, что они там оказались после гибели своей исконной земли. Гипотеза не пережила своего создателя. Однако, тезис «индейцы — это атланты» пришелся по вкусу Елене Блаватской, основательнице т. н. «теософского» учения, и превратился в один из постулатов новой веры. Однако, к религиозным вопросам наше исследование отношения не имеет.

== Герои Троянской войны ==
Напомним вкратце содержание мифа о Троянской войне в том виде, в каком он дошел до нас в произведениях Гомера и Виргилия. Итак, богатый город Троя (как было выяснено уже в XIX веке) располагавшийся в Малой Азии, на побережье Средиземного моря, был богат, и силен. Принц троянский Парис, соблазнил красавицу Елену, жену спартанского царя, и тайком увез ее с собой. Оскорбленный муж, вместе со своими греческими союзниками, осадил город. Борьба за обладание Троей продолжалась десять лет; в конечном итоге, ахейцы с помощью хитрости ворвались в город. Гомер умалчивает о том, удалось ли кому-либо из побежденных троянцев избежать рабства; историю об Энее, сыне Анхеса и богини Афродиты, которому удалось вместе со своими спутниками благополучно отплыть из горящего города, рассказывает лишь Виргилий, делая своего героя родоначальником города Рима.

== Финикийский след ==

А между тем беспочвенное гадание продолжалось. Испанец Энрике Мартинес, в XVII веке посетивший Ригу, додумался до того, что индейцы — потомки прибалтов, разглядев между теми и другими ему одному ведомое «антропологическое сходство»<ref>http://www.e-reading.biz/chapter.php/126294/52/Kondratov_-_Zagadki_Velikogo_okeana.html</ref>. Но всех перещеголял некий Харольд Гледвин, додумавшийся до того, что индейские цивилизации начались с посещения Америки без вести пропавшим флотом Неарха, флотоводца Александра Македонского, которому неведомым способом удалось пересечь Тихий океан. Теория звучала настолько нелепо, что даже современники задавались вопросом, не пытается ли достопочтенный Гледвин попросту разыграть научное сообщество, выставив ученых мужей дураками. Ответа на этот вопрос не существует до сих пор<ref>http://books.google.ca/books?id=l2BrqdFg5AkC&pg=PT88&dq=alexander's+fleet+theory+Gladwin&hl=fr&sa=X&ei=jAprUu3wDeGbygGu_oGYAQ&ved=0CD8Q6AEwAg#v=onepage&q=Solutrean&f=false</ref>.

http://books.google.ca/books?id=bJouAAAAYAAJ&pg=PP7&lpg=PP7&dq=Historical+researches+on+the+conquest+of+Peru,+Mexico,+Bogota,+Natchez,+and+Talomeco+in+the+thirteenth+century+by+the+Mongols,+accompanied+with+elephants&source=bl&ots=y7MqIrcHHB&sig=8QCC66o2GOQ8wBBlVs89EydSoeU&hl=fr&sa=X&ei=vzpwUrfbNdCuyAGv_YGABA&ved=0CDUQ6AEwAQ#v=onepage&q=Historical%20researches%20on%20the%20conquest%20of%20Peru%2C%20Mexico%2C%20Bogota%2C%20Natchez%2C%20and%20Talomeco%20in%20the%20thirteenth%20century%20by%20the%20Mongols%2C%20accompanied%20with%20elephants&f=false

http://books.google.ca/books?id=9hs7AAAAYAAJ&pg=PA184&dq=indians+from+Atlantis&hl=fr&sa=X&ei=Bz1wUpvCH_PlyAGLpoCwDw&ved=0CG8Q6AEwCA#v=onepage&q=Atlantis%20indians&f=false

http://books.google.ca/books?id=7RGlz9a4wVYC&pg=PA24&dq=basques+discover+america&hl=fr&sa=X&ei=Bk5wUsuFG6SHygHU2YGACA&ved=0CEcQ6AEwAw#v=onepage&q=basques%20discover%20america&f=false

Who first discovered America? : a critique of writings on Pre-Columbian voyages

Pre-Columbian Trans-Oceanic Contact

http://books.google.ca/books?id=vMXH7aV5BXUC&pg=PA345&dq=scythians+discovered+America&hl=fr&sa=X&ei=pmRwUsr5CcviyAGx7YCYBA&ved=0CFEQ6AEwBA#v=onepage&q=scythians&f=false

http://www.obrasraras.museunacional.ufrj.br/o/0040/0040.pdf

https://books.google.ca/books?id=P7tfAAAAcAAJ&pg=PA26&dq=American+indians+%22Trojan+war%22&hl=fr&sa=X&ved=0ahUKEwj8vL-ipeLLAhWMtYMKHXEqAfsQ6AEIJDAB#v=onepage&q=American%20indians%20%22Trojan%20war%22&f=false

https://books.google.ca/books?id=n1xjAAAAMAAJ&pg=PA168&dq=hunns+in+America&hl=en&sa=X&ved=0CCQQ6AEwAWoVChMIyJOuxIyByAIVR3ySCh2nZgmg#v=onepage&q=hunns%20in%20America&f=false

https://books.google.ca/books?id=GhnjmZpSLwAC&pg=PA3&dq=origins+of+indians&hl=fr&sa=X&ved=0ahUKEwjL5ZOduuLLAhUGkIMKHaC-ACoQ6AEIJzAA#v=onepage&q=origins%20of%20indians&f=false

The first Americans : race, evolution, and the origin of native Americans

=== Первые ответы и первые находки ===
Развитие дарвиновской теории, раз и навсегда опровергнув мнение об индейцах как о «животных», неполноценных существах и т. д. со всей строгостью доказала, что они происходят от того же африканского предка, что и население прочих частей Земного шара. Дополнительным подтверждением тому служат генетические исследования Нового времени, о которых мы еще поговорим. Итак, предки индейцев, как и предки европейцев и прочих народов, начали свой путь к новой родине из Северной Африке. Но как и главное, каким образом они оказались на американской земле? Забегая вперед, скажем, что современная наука по-прежнему не может однозначно ответить на этот вопрос. Однако, части головоломки постепенно складываются вместе, и кто знает — быть может, в скором времени в давнем споре будет наконец поставлена окончательная точка?

Великие открытия зачастую обязаны своим происхождением случаю. Так произошло и в этот раз. Все началось в 1908 году, когда в окрестностях городка Фолсом (штат Нью-Мексико) в самом конце лета разразилась жестокая гроза. Потоки воды и града обрушились на плоские базальтовые холмы и каньоны, которыми изобилует местный пейзаж, и размыли давно высохшее русло ручья, у местных фермеров носившего название Wild Horse Arroyo (Ручей Дикой Лошади). На следующий день один из работников ближайшего ранчо, Джордж МакДжанкин, сгоняя в кучу перепуганных овец, неожиданно наткнулся на торчащие прямо из земли огромные кости. Они чем-то напоминали прекрасно ему знакомые скелеты быков, но по размеру превосходили все, виденное им когда-либо!

МакДжанкину даже в голову не пришло молчать о своей находке, наоборот, он готов был рассказать любому, кто желал его слушать, что в русле пересохшего ручья погребен гигантский бизон, а может быть и не один! Неизвестно, как отнеслись к находке местные фермеры, но слухи об огромном бизоне стали распространяться, пока наконец, не дошли до ушей работников Музея Естественной Истории, принадлежащего Колорадскому университету. В 1926 году к бизоньим останкам была организована экспедиция. МакДжанкин к тому времени уже умер, но в живых оставались его друзья, прекрасно помнившие место находки. Искать также не пришлось слишком долго — огромные кости продолжали как и ранее торчать из-под земли. К великому счастью для исследователей, туристов, всегда готовых захватить с собой кусочек «на память» в тех местах еще не было, «черных археологов» столь же к счастью, интересует исключительно золото, искать которое среди бизоньих костей было занятием явно бессмысленным.

Раскопки в русле пересохшего ручья растянулись на три года. Сделанные находки не ограничились окаменелыми костями, в которых археологи без труда узнали останки гигантского бизона, вымершего около 10 тыс. лет назад. В ребрах животного застрял наконечник каменного копья. Более того, наконечник этот имел форму совершенно незнакомую исследователям: боковые оконечности камня были покрыты сетью желобков, в то время как центральная часть оставалась гладкой. Забегая вперед, мы можем сказать, что таким образом, совершенно неожиданно для себя американские археологи открыли первую из культур каменного века. По имени все того же, близлежащего городка она получила имя — Фолсом.

Просвещенная европейская наука, в ответ на заявление коллег из колорадского университета, ответила единодушным хором: Ерунда! В самом деле, тогда, в начале ХХ веке общепринятой была точка зрения, что переселение на американский континент произошло уже достаточно поздно, и достигла его высокоразвитая человеческая общность. Посудите сами. Европейцы смогли добраться до американского континента уже имея в своем распоряжении корабли, компасы и опытных моряков. Да и в момент открытия Америки ее население состояло отнюдь не из примитивных дикарей. У мезоамериканских индейцев были высокоразвитые цивилизации, не уступавшие по своей мощи Древнему Риму или империи Македонского. Более примитивные племена Северной Америки все же строили деревни, выращивали кукурузу и умели плавить металлы. Никто не ходил голым, и не бегал за бизоном с каменным топором.

Однако, с фактами не поспоришь. После небольшой борьбы, споров и несогласий, около 1928 года возобладало мнение, что ископаемый бизон был убит первопроходцами американского континента, около 10 тыс. лет назад. Но судьба, словно не желая, чтобы специалисты по американской археологии вздумали почить на лаврах, подбросила очередную, не менее сенсационную находку. Четырьмя годами позднее, очередная летняя гроза размыла до основания железнодорожную дамбу в районе городка Милликен (Колорадо). Фрэнк Гарнер, бригадир обходчиков, состявший на службе у железнодорожной комании Юнион Пасифик осматривал поврежденную часть полотна, пытаясь составить себе представление о степени размыва, когда наткнулся на очередное кладбище гигантских костей, причем таких, по сравнению с которыми останки фолсомовского бизона казались скромными и маленькими. Это был костяк мамонта, причем, как и в прошлый раз, в груде костей нашлись заточенные с двух сторон наконечники стрел и копий. В отличие от малограмотного МакДжанкина, обходчик немедленно понял, насколько важной для науки может оказаться его находка, и тут же дал о ней знать о. Конраду Билджери, в то время работавшему в Колледже Реджис (Денверский Университет)<ref>В настоящее время это кладбище мамонтов известно под именем Дент. </ref>. Так была открыта культура Кловис, которую также не мудрствуя лукаво, назвали по имени близлежащего городка. Вплоть до настоящего времени принято считать, что именно она сохранила память о первопроходцах американского континента. Культура Кловис датируется временем около 13 тыс. лет назад. Именно с нее мы начнем<ref>http://historylib.org/historybooks/Galina-Gavrilovna-Ershova_Drevnyaya-Amerika-polet-vo-vremeni-i-prostranstve--Severnaya-Amerika--YUzhnaya-Amerika/</ref>.

== Америка 13 тысяч лет назад ==
http://www.news.wisc.edu/17396

Шаблон:Resize/doc

2016-04-03T04:28:14Z

Dimetr: Новая страница: «<noinclude>{{docpage}}</noinclude> Шаблон, изменяющий размер шрифта произвольного текстового фрагмента. ...»

<noinclude>{{docpage}}</noinclude>
Шаблон, изменяющий размер шрифта произвольного текстового фрагмента.

== Синтаксис ==
<pre>{{resize|N|текст}}
{{resize|текст}}</pre>

'''N''' — требуемый размер шрифта: <code>50%</code>, <code>1.2em</code> и т. д. Значение по умолчанию — <code>90%</code>. 

=== Примеры ===
* <code><nowiki>{{resize|1.2em|Этот текст на 0.2em крупнее обычного.}}</nowiki></code> → {{resize|1.2em|Этот текст на 0.2em крупнее обычного.}}
* <code><nowiki>{{resize|80%|Размер этого текста — 80 % от обычного.}}</nowiki></code> → {{resize|80%|Размер этого текста — 80 % от обычного.}}
* <code><nowiki>{{resize|Размер этого текста — 90 % от обычного (по умолчанию).}}</nowiki></code> → {{resize|Размер этого текста — 90 % от обычного (по умолчанию).}}

== См. также ==
* {{tl|oncolor}}
* {{tl|^}}
{{Font-sizes}}
<includeonly>
[[Категория:Шаблоны:Форматирование|Resize]]
</includeonly>